Китай тихо прокладывает себе путь глубоко в Центральную Азию, пишет

The New York Times (США). Строительство нового таможенного пункта на окраине города Муграба в Таджикистане, который был основан в 1893 году в качестве российского военного городка, знаменует собой возвращение другой великой державы.

Новый таможенный пункт после своего открытия в этом году сможет принимать гораздо больше колонн китайских грузовиков, чем существующий, ускорив приток одежды, электроники и бытовой техники, наводнивших за последнее время Центральную Азию.

Представители Китая видят в Центральной Азии важный рубеж для энергетической безопасности своей страны, расширения торговли, межнациональной стабильности и обороны. Государственные предприятия проникли в регион с помощью энергетических трубопроводов, железных дорог и автомагистралей, в то время как правительство недавно открыло институты Конфуция для преподавания китайского в столицах ЦА.

5 преимущественно мусульманских государств, получивших независимость после распада Советского Союза в 1991 году - Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан, снова стали территориями соперничества супердержав, как это было в данном регионе во время «Большой игры» между Россией и Великобританией в XIX веке. На этот раз игроками оказались Китай, Россия и Соединенные Штаты, которые используют Центральную Азию для доставки своих войск в Афганистан.

Но новое присутствие Китая в Центральной Азии является во многих отношениях, скорее, возрождением Великого шелкового пути, чем возобновлением «Большой игры», говорится в статье. По словам китайских аналитиков, цель Пекина состоит в экономической интеграции ЦА с неспокойным западным регионом Синьцзян путем преодоления торговых барьеров. По данным Министерства торговли, объем торговли между КНР и пятью государствами Центральной Азии в 2009 году составил $25,9 миллиарда по сравнению с $527 миллионами в 1992-м.

http://inopressa.ru/article/03Jan2011/nytimes/china.html