Михаил Надель: Налицо попытка Нацбанка Кыргызстана оправдать свои действия заведомо ложными обвинениями в адрес АУБ, варварски разграбленного и разрушенного

Михаил Надель - в Кыргызстане фигура не просто неоднозначная, а, скажем прямо, вызывавшая раздражение у определенной части общественности. При этом о нем мало кто что-то знает, и уверенно лишь отмечают: председатель совета директоров «АзияУниверсалБанка», который с момента основания коммерческого учреждения «грабил народ Кыргызстана».

Без малого шесть месяцев ИА «24.kg» просило гражданина России ответить на вопросы журналистов. Его адвокаты передавали неизменный ответ: «Позже». Наконец Михаил Надель согласился дать интервью, добавив, что «ничего хорошего он в адрес правительства сказать не может». Мы парировали: как и власти Кыргызстана о вас, господин Надель, тоже ничего позитивного не могут отметить. Тем не менее разговор состоялся.  

- Вас обвиняют в том, что возглавляемый вами АУБ занимался отмыванием преступных доходов, а это, общеизвестно, является серьезным правонарушением отечественного законодательства...

- ...Важно четко понимать, что же такое легализация доходов, полученных преступным путем, обвинение в которой пытается притянуть за уши руководство Национального банка КР. Я убежден, что под предлогом борьбы с отмыванием на самом деле расхищаются активы некогда самого крупного банка в стране. Отмывание - это превращение средств, полученных от торговли наркотиками, оружием и прочих преступлений, в легальный оборот. В 2006 году я был в числе именно тех, кто был заинтересован в принятии Закона «О противодействии финансированию терроризма и легализации доходов, полученных преступным путем», которого в Кыргызстане тогда вообще не было, и это грозило определенными санкциями со стороны международных организаций. Начало работы страны в этом направлении было крайне важным, чтобы с банками Кыргызстана сотрудничали зарубежные финансовые институты. Позже ФАТФ (Financial action task force on money laundering - межправительственная организация, которая занимается выработкой мировых стандартов в сфере противодействия отмыванию преступных доходов и финансированию терроризма) позитивно оценило меры, предпринятые Кыргызстаном.

Я могу вам сказать, что в АУБ еще до принятия закона было создано профильное управление Compliance. Оно как раз проводило мониторинг и анализ деятельности клиентов, а в случае подозрений осуществляло и блокировку счета. Сотрудники Compliance повышали квалификацию за рубежом. Мы потратили не один миллион долларов, чтобы выстроить систему по противодействию отмыванию преступных доходов. Позже привлекли компанию номер один в мире - Kroll Association, которая проводила аудит Compliance как минимум два раза в год. И на заседании совета директоров мы постоянно заслушивали отчет Kroll Association и рекомендации компании. Так как мы налаживали сотрудничество с зарубежными партнерами, у нас система Compliance была серьезнее, чем даже того требовало отечественное законодательство. Зачем же банк тратил огромные деньги и усилия для борьбы с отмыванием, если мы могли получать от этого большую прибыль? Если кому-то нужно было отмыть преступные средства, то легче было провести сделки в других банках. Так что все эти обвинения в нарушении законодательства - не более чем пустые слова.

- Возможно, Национальный банк намеренно представляет негативную информацию о деятельности АУБ, ведь нужно было как-то оправдывать свои решения, решения новых властей после 7 апреля - прямо скажем, не очень законные, декретные. Но есть и такой вид отмывания, как нелегальная минимизация доходов. Ее чаще называют легализацией «серого» импорта с использованием счетов оффшорных компаний. Несмотря на то, что такие схемы не прописаны в законодательстве как преступные, Государственная служба финансовой разведки Кыргызстана такие операции относит к категории подозрительных. Скажите честно, каково участие АУБ было в этом процессе?

- Хочу отметить: оффшорные компании - это не карт-бланш на воровство, как очень любит представлять ситуацию Национальный банк, а широко используемые во всем мире структуры, которые позволяют минимизировать налогообложение для их владельцев. Посмотрите структуру владения десяти самых крупных в мире банков: их основными владельцами являются оффшорные фонды. Если придерживаться логики банкиров от государства, то крупнейшие финансовые институты мира и плетут мировой заговор по отмыванию денег. Однако любому здравомыслящему человеку понятно, что это не так. Наоборот, крупнейшие мировые банки находятся в авангарде борьбы с отмыванием доходов, полученных преступным путем. А уже банки поменьше стараются придерживаться высоких стандартов, которые задают лидеры рынка, если мы хотим с ними работать.

Открывая счет оффшорной компании, банк, бесспорно, должен проанализировать бизнес клиента. Оффшор сам по себе бизнесом не является. Географическое расположение Кыргызстана и его либеральное банковское законодательство позволяло АУБу привлекать в страну международные торговые компании, которые, к слову, приносили банку неплохой доход, с которого, в свою очередь, банк платил государству все причитающиеся налоги, а также финансировал широкую благотворительную деятельность.

Вот если бы АУБ использовал оффшоры для минимизации собственных налогов, то это было бы преступлением, и его должностные лица должны были бы пойти под суд. Однако даже в условиях очень предвзятого отношения к АУБ и откровенной охоты на ведьм, устроенной банку, никаких претензий в части уклонения от уплаты налогов никто не предъявлял.

- А как же тогда быть с официальным уведомлением Центробанка России, в котором АУБ подозревался как раз-таки в отмывании...   

- Вот так и подтасовываются факты. И НБ КР в этом, не стесняясь, участвует, постоянно «пугая» этим письмом. Напомню, официальное уведомление Центробанка РФ было опубликовано в феврале 2006 года. Рекомендую всем прочитать его внимательнее. На самом деле в письме ЦБ РФ, которое, подчеркну, было адресовано региональным отделениям самого Центробанка, говорится о том, чтобы управления усилили контроль за теми российскими предприятиями, которые работают с АУБ. У ЦБ РФ возникли подозрения, что эти российские предприятия, а не клиенты АУБ, возможно, занимаются «серым» импортом. Таким образом, обеспокоенность российского регулятора вызвали контрагенты клиентов нашего банка. ЦБ РФ говорит о возможных нарушениях российскими компаниями правил таможенного оформления грузов при пересечении российской границы. Ни в одной строке этого письма не было обвинений в адрес АУБ. И, тем более, нигде не сказано об «отмывании». Так что растиражированные НБ КР новости - не более чем фантазии.  

- А почему вы ни разу с 2006 года не опровергли эту информацию? Вы же, если честный и законопослушный банкир, не занимающийся отмыванием средств, должны были хоть что-то предпринять и пресечь домыслы, якобы порочащие имидж АУБ?

- АУБ было сделано официальное заявление. Но почему я должен вступать в полемику и обсуждать то, чего нет и не было? Безусловно, письмо государственного регулирующего органа Российской Федерации с упоминанием нашего банка не могло не вызвать у нас серьезных опасений и настороженности. По сути, именно оно и послужило толчком для реорганизации уже существующего управления Compliance. Получается, во многом благодаря ЦБ РФ наш банк создал лучшее в Средней Азии - а по оценкам многих экспертов, и в СНГ - управление Compliance. Кстати, письмо Центробанка России вызвало обеспокоенность у Нацбанка Кыргызстана. На следующий же день после того, как оно появилось на сайте ЦБ РФ, в АУБ началась специальная проверка, инициированная НБ КР. По ее итогам никаких нарушений законодательства со стороны банка найдено не было.   

- Но финразведка настаивает на наличии подозрительных операций...

- При этом финразведка, полагаю, признает, что под критерий подозрительности попадает огромное количество операций всех банков, так как имеются утвержденные нормы, что считать подозрительным, а что нет. И убежден, что в самой финразведке признают, что «подозрительные» не значит «незаконные». И именно в ней, финразведке, не могут не знать, что АУБ уделял очень серьезное внимание вопросам противодействия отмыванию. Все клиенты банка подвергались тщательному мониторингу. Обо всех операциях, которые по формальным параметрам попадали в разряд подозрительных, банк незамедлительно сообщал именно в Государственную службу финансовой разведки. Если у последней возникали какие-либо вопросы, то она их нам задавала и получала исчерпывающие ответы.

Знаете, не кажется ли странным, что обвинения в адрес АУБ начали поступать после революции, хотя я приобрел банк еще 13 лет назад? То есть за это время сменилось несколько руководителей Нацбанка, правительства страны и президентских режимов. А мне кажется, что здесь налицо обычная попытка руководства НБ КР оправдать свои действия заведомо ложными обвинениями в адрес АУБ, который был варварски разграблен и разрушен.

- Как же разграблен? Руководство НБ КР утверждает, что АУБ был банкротом еще до 7 апреля 2010 года, к тому же выводил государственные средства. Где деньги, Михаил Анатольевич?

- Нацбанк сегодня может смело претендовать на звание «чемпиона мира по ничего не значащим словам». Я так часто слышу из уст его руководства, что АУБ куда-то выводил деньги, но по какой-то загадочной причине ни разу не слышал, зачем и куда. Чтобы убедиться, что денег было достаточно для выполнения банком своих обязательств перед клиентами и государством, достаточно взглянуть на данные баланса АУБ до его разграбления. Не буду приводить много цифр, скажу: остатков денежных средств на корреспондентском счете в НБ КР и денег, размещенных в государственные ценные бумаги, с лихвой хватало, чтобы рассчитаться с государством и большинством частных вкладчиков. Таким образом, возникает законный вопрос: чьи деньги и куда выводил АУБ, если все средства оказались на месте?

Да и вообще, что значит «выводить деньги»? Осуществление денежных переводов по поручению клиентов - одна из главных задач любого банка. Размещение денег клиентов в кредитах - также один из основных видов деятельности каждого финансово-кредитного учреждения. Размещение временно свободных средств в ценных бумагах - то, что банк доложен делать в своей повседневной работе. Ничего другого банк по определению делать не может. Обо всем этом говорится в Законе «О банках и банковской деятельности». Может быть, регулятор мне расскажет, что он имеет в виду под намеренной ложью о выводе денег?   

То, что АУБ был банкротом до апреля 2010 года, даже смешно комментировать. До 7 апреля 2010 года АУБ полностью выполнял свои обязательства перед клиентами. Ни разу не слышал о том, что кого-либо из клиентов отказались обслужить или задержали выплату принадлежащих ему средств. Помимо того, что банк работал как часы и выполнял все обязательства перед государством по уплате налогов и прочих отчислений, он еще вел широкую благотворительную деятельность. Был создан даже целый фонд с выделенным на него бюджетом. Все это как-то не очень вяжется с банком-банкротом.

- А что вы можете рассказать о размещении средств в корпоративные ценные бумаги? В НБ КР никто не хочет прояснить ситуацию.

- Хорошо. Разрешите мне прокомментировать ситуацию вокруг «утерянных» ценных бумаг. Заметьте, не мною утерянных, а тем органом, который как раз должен был отвечать за сохранность активов банка. Временно свободные денежные средства АУБ постоянно размещал в различных ценных бумагах. Это позволяло банку иметь дополнительный доход. Но при выборе ценной бумаги, в которую планировалось инвестировать свои средства, сначала внимательно изучался эмитент, и только потом, в зависимости от степени его надежности, принималось решение вкладывать средства. Я не могу сказать, что все без исключения операции с ценными бумагами были прибыльными, иногда нам приходилось брать на себя убыток, а это нормальная практика на финансовом рынке, но в целом торговля была успешна. Для торговли ценными бумагами банк обычно использовал брокера, что также является обычной практикой. То, что после революции у брокера пропали ценные бумаги, это нонсенс, потому что раньше никогда проблем не было, а размещением средств в ЦБ мы занимались много лет. Ответственность за сохранность активов лежала полностью на брокерской компании. И если у нее возникли какие-то проблемы, то в первую очередь от этого пострадал я как акционер АУБ. Однако даже если пропавшие по чьей-то вине ценные бумаги просто списать с баланса банка, то его активов все равно полностью хватало для покрытия обязательств перед всеми клиентами.

- Вы будете бороться за свой банк?

- Его же полностью разрушили. Зачем он теперь мне нужен?

- Но вы заявляли, что намерены обратиться с исками в международные суды...   

- Конечно. Подготовка таких исков требует времени и тщательности, я же должен представить весь пакет документов, затем привлечь международные юридические компании. Так что судебные разбирательства впереди.

- Вы намереваетесь привлечь к ответственности руководство Нацбанка КР?

- Иск будет предъявлен правительству страны, и весьма скоро.

- Будете требовать вернуть АУБ?

- Повторюсь: АУБ больше нет, его разграбили и разрушили. Я буду требовать только денежной компенсации.