Египетская революция глазами России и Китая, рассказывает

Foreign Policy (США). Москва и Пекин встревожены каирскими событиями, и Вашингтон поневоле должен учесть их реакцию. Одним из главных принципов внешнеполитического курса США при Обаме стало построение конструктивных, насколько это возможно, отношений с Россией, Китаем и другими великими державами.

Падение режима Мубарака - суровое предостережение, обнажающее трудности всех авторитарных правительств в современном мире. Его судьбу предопределили экономический спад, высокий уровень безработицы, возмутительное имущественное неравенство, рост народного недовольства и непредсказуемая динамика, порождаемая новыми формами СМИ и социальных сетей. Однопартийный режим Китая в свою очередь видит серьезные угрозы своему господству, а коллегиальному руководству нелегко справиться с возможными кризисами. Россия особенно уязвима: ее экономический рост напрямую связан с мировыми ценами на нефть, при этом на политической арене, как и в Египте, доминирует один человек - Путин, и легитимность правительства держится на его личной популярности.

После египетских событий «Китай и Россия сильно поостерегутся с допуском на внутриполитическую арену населения для участия в передаче власти» - побоятся, что СМИ будут активнее освещать их недостатки, а оппозиционеры и их сторонники выйдут на улицы. Москва и Пекин будут также внимательно наблюдать за политикой США в Египте: выискивать намеки на то, что США поддержат российскую и китайскую оппозицию теперь, когда политические веяния в Вашингтоне, кажется, вновь благоволят продвижению демократии.

Российское и китайское руководства хорошо осознают опасность демонстраций и роль социальных сетей, благодаря которым даже маленькая демонстрация может выйти из-под контроля. Китай запретил вести поиск в Интернете по слову «Египет», российские государственные СМИ склонны раздувать гипотезу, что каирские события срежиссированы извне, Америкой и другими внешними силами.

Россия имеет больше поводов для тревог: «В Китае сохраняется компартия, в России есть только Путин». В данный момент в РФ нет серьезной организованной оппозиции, но многое указывает на то, что народ и элита жаждут более серьезных реформ. Египетские события показали, что, «если народ достаточно рассержен, его можно вывести на улицы и без серьезной организованной оппозиции».

На международном уровне самая болезненная проблема для России и Китая, связанная с последствиями египетских событий, - ситуация в Северной Корее. РФ заинтересована в дружественных отношениях между двумя Кореями или в их объединении, так как мечтает создать в регионе зону свободной торговли. Кошмарный сон Москвы: она беспомощно стоит в стороне, а КНР и США либо торгуются, либо дерутся за право наводить порядок после социальных потрясений в Северной Корее.

Китайские и российские лидеры и элиты сильно преувеличивают способность США влиять на события даже в самых благоприятных обстоятельствах. Поэтому Москве и Китаю будет казаться, что США активно манипулируют ситуацией в Египте, хотя, очевидно, Вашингтон лишь пытается за ней угнаться.

До смещения Мубарака Россия, Китай и США одинаково отдавали предпочтение постепенной, а не резкой смене режима в Египте, отмечает автор. Теперь, вероятно, обстановка вынудит Америку требовать немедленно передать власть временному правительству, которое по возможности будет представлять интересы всех молодых политических сил. РФ и КНР предпочтут видеть старый режим с новым лицом.

США следует постоянно консультироваться с Пекином и Москвой, чтобы выяснить их мнение и развеять тревоги. Задача политики США - конструктивное, а не обструктивное участие Китая и России в развитии Египта.

http://inopressa.ru/article/16Feb2011/foreignpolicy/egypt2.html