Адвокатская контора Медетбекова: «Решение Конституционного суда о признании неконституционной главы 16-1 Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша» является неправосудным»

Ренат Медетбеков,

директор адвокатской конторы

 

Решение Конституционного суда от 14 сентября 2007 года

 

«Конституционный суд Кыргызской Республики в открытом судебном заседании рассмотрел представления депутатов Жогорку Кенеша Кыргызской Республики Карабекова К.Д. (от 24 августа 2007 года) о признании главы 16-1 Закона Кыргызской Республики «О Регламенте Жогорку Кенеша Кыргызской Республики» не конституционной и противоречащей пункту 2 статьи 22, подпункту 1 пункта 1 статьи 58 и статье 96 Конституции Кыргызской Республики, принятой на двенадцатой сессии Верховного Совета Республики Кыргызстан двенадцатого созыва 5 мая 1993 года, изложенной в Законе Кыргызской Республики «О новой редакции Конституции Кыргызской Республики» от 18 февраля 2003 года, и Эшимканова М.А. (от 3 сентября 2007 года) о признании неконституционными и противоречащими подпункту 1 пункта 1 статьи 58 и статье 96 Конституции Кыргызской Республики, изложенной в Законе Кыргызской Республики «О новой редакции Конституции Кыргызской Республики» от 18 февраля 2003 года, статей 123-1 - 123-5 главы 16-1 Закона Кыргызской Республики «О Регламенте Жогорку Кенеша Кыргызской Республики», а также принятых на их основе Законов Кыргызской Республики «О новой редакции Конституции Кыргызской Республики» от 9 ноября и 30 декабря 2006 года.

Конституционный суд считает представления депутатов Карабекова К.Д. и Эшимканова М.А. подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В пункте 3 статьи 96 Конституция требует, что предложения о внесении изменений и дополнений в Конституцию рассматриваются Жогорку Кенешем с учетом заключения Конституционного суда не ранее чем через три месяца, но не позднее шести месяцев со дня поступления предложений в Жогорку Кенеш.

Игнорируя названные конституционные процедуры и предусмотренный статьей 12 Конституции конституционный принцип о высшей юридической силе и прямом действии Конституции, и то, что законы и другие нормативные правовые акты принимаются на основе Конституции, Жогорку Кенеш дополнил главой 16-1 Закон «О Регламенте Жогорку Кенеша».

Нарушив требования пункта 2 статьи 22 Конституции, Жогорку Кенеш вышел за пределы своих конституционных полномочий и установил неконституционную процедуру возможности принятия изменений и дополнений в Конституцию без заключения Конституционного суда и соблюдения сроков, предусмотренных статьей 96 Конституции.

При этом Жогорку Кенеш не принял во внимание, что Конституция, принятая 5 мая 1993 года, изложенная в Законе «О новой редакции Конституции» от 18 февраля 2003 года, принята референдумом 2 февраля 2003 года.

В соответствии со статьей 1 Закона «О нормативных правовых актах Кыргызской Республики» изменение либо отмена закона, принятого референдумом, возможны только путем референдума, в круг полномочий Жогорку Кенеша этот вопрос не входит.

При указанных обстоятельствах Конституционный суд считает, что глава 16-1 Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша» является не конституционной и не соответствует пунктам 3 и 5 статьи 1, статьям 7 и 12, пункту 2 статьи 22, статьям 58 и 96 Конституции, принятой 5 мая 1993 года, изложенной в Законе «О новой редакции Конституции» от 18 февраля 2003 года, принятом референдумом 2 февраля 2003 года.

В соответствии с пунктом 4 статьи 82 Конституции, принятой 5 мая 1993 года, изложенной в Законе «О новой редакции Конституции» от 18 февраля 2003 года, установление Конституционным судом неконституционности законов и иных актов отменяет их действие на территории Кыргызской Республики, а также отменяет действие других нормативных и иных актов, основанных на акте, признанном неконституционным, за исключением судебных актов.

Следовательно, признание неконституционной главы 16-1 Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша» влечет отмену действия законов «О новой редакции Конституции» от 9 ноября и 30 декабря 2006 года, основанных на ней, принятых без соблюдения обязательных конституционных процедур и сроков, предусмотренных Конституцией, действовавшей в момент их принятия» (сайт «АКИpress», 15.09.2007, 11:30).

 

При проверке конституционности правового акта Конституционный суд руководствуется не той Конституцией, которая действовала в момент принятия акта, а той Конституцией, которая действует в момент проведения проверки

 

«Депутат Болотбек Шерниязов заметил: «Рассматривать вопрос о легитимности ноябрьского варианта Основного закона – это все равно, что судить мертвого человека» (ИА «24.kg», Наргиза ЮЛДАШЕВА, 14.09.2007, 08:14).

Хорошее сравнение, но прикладывать его нужно не к ноябрьской редакции Конституции. Тут все понятно. Тот, кто позволил Конституционному суду удовлетворить представления Кабая Карабекова и Мелиса Эшимканова, боялся, что отмена декабрьской редакции Конституции приведет к восстановлению ноябрьской редакции. Поэтому судебной атаке были подвергнуты обе последние редакции Конституции.

Сравнение нужно прикладывать к февральской 2003 года редакции Конституции таким способом: рассматривать вопрос о соответствии главы 16-1 Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша» февральской 2003 года редакции Конституции, признанной утратившей силу, – это все равно, что обращаться за решением к мертвому человеку.

По данным информационно-правовой системы «ТОКТОМ» первым решением Конституционного суда по проверке конституционности правовых актов было решение от 15 мая 1996 года по ходатайству Ирены Степкичевой о признании неконституционной статьи 381 Уголовно-процессуального кодекса Кыргызской Республики от 29 декабря 1960 года. Тогда Конституционный суд совершенно правильно проверял статью 381 УПК на соответствие Конституции, принятой 5 мая 1993 года, измененной и дополненной Законом Кыргызской Республики от 16 февраля 1996 года № 1, несмотря на то, что в момент принятия статьи 381 УПК действовала Конституция 1978 года либо еще более ранняя Конституция.

На соответствие Конституции, действовавшей в момент проведения проверки, а не в момент принятия правовых актов, проходили и все остальные правовые акты в решениях Конституционного суда (исключая решение от 14 сентября 2007 года).

По данным той же системы «ТОКТОМ» последним решением было решение Конституционного суда от 3 июля 2006 года по ходатайству ОсОО «Огуз» о признании неконституционной части 1 пункта 2 статьи 366 Гражданского процессуального кодекса Кыргызской Республики от 29 декабря 1999 года. Тогда Конституционный суд совершенно правильно проверял часть 1 пункта 2 статьи 366 ГПК на соответствие февральской 2003 года редакции Конституции, несмотря на то, что в момент принятия части 1 пункта 2 статьи 366 ГПК действовала майская 1993 года редакция Конституции.

Если бы с момента принятия ноябрьской редакции Конституции, следуя собственной практике, Конституционный суд провел проверку конституционности хотя бы одного правового акта, он волей-неволей признал бы де-факто ноябрьскую или декабрьскую редакцию Конституции. И возможность появления решения, похожего на решение от 14 сентября 2007 года, была бы исключена.

Но Конституционный суд более года безмолвствовал. Поэтому и стал возможным технически нонсенс от 14 сентября 2007 года.

 

При проверке конституционности правового акта Конституционный суд оценивает на соответствие Конституции сам акт, а не действия органа, принявшего акт

 

1. 8 ноября 2006 года Жогорку Кенеш не изменял Закон «О Регламенте Жогорку Кенеша». 8 ноября 2006 года Жогорку Кенеш лишь дополнил Закон «О Регламенте Жогорку Кенеша» главой 16-1.

В главе 16-1 нет норм, устанавливающих, что изменения и дополнения в Конституцию принимаются без заключения Конституционного суда и без соблюдения сроков, предусмотренных Конституцией. В главе 16-1 также нет норм, отменяющих высшую юридическую силу и прямое действие Конституции.

Поэтому, дополняя Закон «О Регламенте Жогорку Кенеша» главой 16-1, Жогорку Кенеш не выходил за пределы своих конституционных полномочий и не устанавливал неконституционную процедуру возможности принятия изменений и дополнений в Конституцию без заключения Конституционного суда и без соблюдения сроков, предусмотренных Конституцией.

 

2. Статья 1 Закона «О нормативных правовых актах» действительно устанавливает, что изменение либо отмена закона, принятого референдумом, возможны только путем референдума.

Поэтому Конституционный суд мог бы признать главу 16-1 Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша» не соответствующей Закону «О нормативных правовых актах», но – не Конституции.

 

3. Конституция не содержит положения о том, что изменение либо отмена закона, принятого референдумом, возможны только путем референдума.

Поэтому неконституционной должна быть признана сама статья 1 Закона «О нормативных правовых актах».

 

4. Вывод Конституционного суда о соответствии или несоответствии главы 16-1 Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша» Конституции мог зависеть только от содержания главы 16-1 и содержания Конституции, но не от того обстоятельства, каким путем был принят Закон, в котором была изложена февральская 2003 года редакция Конституции.

Поэтому, дополняя Закон «О Регламенте Жогорку Кенеша» главой 16-1, Жогорку Кенеш не должен был принимать во внимание, что Конституция, принятая 5 мая 1993 года, изложенная в Законе «О новой редакции Конституции» от 18 февраля 2003 года, принята референдумом 2 февраля 2003 года.

 

5. С подобными аргументами Конституционный суд мог бы взять любую другую главу Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша», относящуюся к принятию законов, признать ее неконституционной и отменить действие тех же самых законов о новых редакциях Конституции от 8 ноября и 30 декабря 2006 года.

Но Конституционный суд выбрал именно главу 16-1 указанного Закона, потому что он знал, что 8 ноября и 30 декабря 2006 года Жогорку Кенеш действительно принимал новые редакции Конституции с нарушениями закона: без заключения Конституционного суда и без соблюдения сроков, предусмотренных Конституцией. Признавая неконституционной именно главу 16-1 Закона, Конституционный суд полагал, что так ему легче будет придать делу законный вид и толк.

Но обеспечение внесения изменений и дополнений в Конституцию без нарушений закона – это не задача Конституционного суда. Это – задача профильного комитета Жогорку Кенеша, которую тот решает, когда дает заключение по проекту закона. Это – задача Жогорку Кенеша, которую тот решает, когда принимает закон. Это – задача Президента, которую тот решает, когда подписывает закон.

 

Зачем была устроена вся эта затея

 

Если бы Конституционный суд поступил по закону и рассмотрел главу 16-1 Закона «О Регламенте Жогорку Кенеша» на соответствие декабрьской редакции Конституции, он бы, возможно, признал ее неконституционной, но это не привело бы к отмене действия декабрьской редакции Конституции. Тогда бы вся затея была лишена смысла, потому что целью затеи было свалить декабрьскую редакцию Конституции и выйти на февральскую 2003 года редакцию.

Декабрьская редакция Конституции не мешала проведению конституционной реформы с участием всех политических сил. Тогда почему и кому вдруг понадобилась именно февральская редакция Конституции? Что в февральской редакции Конституции и для кого есть такого, чего нет в декабрьской или ноябрьской редакции?

Очевидных преимуществ у февральской редакции два и оба в пользу Президента:

1) только по февральской 2003 года редакции Конституции Президент может распускать Жогорку Кенеш, в том числе по результатам референдума;

2) только по февральской 2003 года редакции Конституции Президент может назначать референдум для внесения изменений и дополнений в Конституцию, не спрашивая согласия депутатов Жогорку Кенеша.

Для предоставления Президенту возможности назначения таких референдумов и роспуска Жогорку Кенеша и была устроена вся эта затея.

 

Варианты развития событий

 

Наиболее обсуждаемым вариантом развития событий является вариант, исходящий из того, что решение Конституционного суда от 14 сентября 2007 года окончательно и обязательно для исполнения всеми. Это тот самый вариант, на который и рассчитывали те, кто устраивал всю эту затею.

Но возможен и другой вариант.

Статья 328 Уголовного кодекса Кыргызской Республики предусматривает, что вынесение судьей (судом) заведомо неправосудного решения, повлекшее тяжкие последствия, наказывается лишением свободы на срок до десяти лет.

Принятие политических решений нынешним режимом происходит в русле одной и той же закономерности: каждое последующее решение вытекает из предыдущего и хуже него.

Так, 1,5-годичное нежелание проводить конституционную реформу привело к ноябрьским митингам 2006 года и принятию ноябрьской редакции Конституции с нарушениями. Принятие ноябрьской редакции Конституции с нарушениями привело к принятию декабрьской редакции Конституции с еще большими нарушениями и пониманию того, что людей обманули. Принятие декабрьской редакции Конституции с еще большими нарушениями привело к принятию Конституционным судом вообще абсурдного решения, появлению ощущения условности правовых институтов и пониманию того, что людей обманули во второй раз.

Если этот ряд будет продолжен насильственным роспуском Жогорку Кенеша, проталкиванием через референдум выгодной режиму новой редакции Конституции (а у нас в стране референдумы только для таких целей и проводятся) и тому подобными вещами, тогда не исключено, что однажды в стране могут произойти события, которые направят развитие по второму варианту.

 

(Публикуется на правах рекламы, стиль и орфография сохранены)