Eurasianet: Амбициозные энергетические проекты Таджикистана вызывают напряженность в отношениях с Узбекистаном

Усилия Таджикистана, направленные на развитие гидроэнергетики и увеличение производства алюминия, привели к резкому обострению напряженности в отношениях с соседним Узбекистаном.

В последнее время узбекские власти применяют жесткие меры, выражая свое недовольство нынешней таджикской политикой, а также планами страны на будущее. Так, Ташкент продолжает препятствовать поставкам кыргызской электроэнергии одному из крупнейших промышленных предприятий Таджикистана — Таджикскому алюминиевому заводу, расположенному в городе Турсунзаде на юго-западе страны.

28 сентября премьер-министр Таджикистана Окил Окилов направил узбекскому правительству письмо, в котором предложил разрешить вопрос с поставками. Узбекские власти лаконично уведомили Окилова, что ответ будет дан не ранее 9 октября. Между тем Узбекистан прекратил в конце сентября газоснабжение Таджикистана и не будет его восстанавливать до тех пор, пока Душанбе не выплатит почти половину оставшегося долга в $4,5 миллиона за предыдущие поставки газа.

Вдобавок к этому в конце сентября произошел инцидент с участием таджикских и узбекских пограничников, который внес свой вклад в обострение двусторонних отношений. Ташкент обвинил таджикских пограничников в том, что они открыли огонь по узбекским силам «без предупреждения», якобы для того, чтобы защитить группу таджикских гражданских лиц, пытавшихся нелегально перейти узбекскую границу. Сообщается, что, когда узбекская сторона попыталась взять таджиков под стражу, неподалеку от погранпоста в селении Хаваст началась стрельба. Генерал-майор Сафарали Сайфуллоев, заместитель председателя таджикского Государственного комитета по охране государственной границы, заявил, что узбекские обвинения «не соответствуют действительности».

Сайфуллоев сказал также, что ранее таджикские пограничники взяли в плен узбекского солдата, оказав противодействие попыткам Узбекистана в одностороннем порядке создать буферную зону на спорном участке границы. «Такого рода пограничные инциденты происходят очень часто», - сказал Сайфуллоев. На сегодня демаркировано лишь около одной трети таджикско-узбекской границы, общая протяженность которой составляет почти 1000 миль.

Причиной давних разногласий между Таджикистаном и Узбекистаном главным образом является убеждение Ташкента в том, что администрация президента Эмомали Рахмонова не способна принять адекватные меры в борьбе с радикальным исламизмом, ставшем угрозой для региона в конце 1990-х гг. Будучи страной с самой высокой в Средней Азии численностью населения и крупнейшей в регионе армией, Узбекистан постоянно запугивает Таджикистан. Однако, по мнению ряда региональных наблюдателей, динамика двусторонних отношений может претерпеть серьезные изменения, если Таджикистан сумеет реализовать на практике планы своего экономического развития.

В последние два года администрация Рахмонова прилагала все усилия, чтобы привлечь иностранные инвестиции в сектор производства электроэнергии. До последнего времени наибольшую заинтересованность в инвестициях проявила Россия, которая рассматривает это в контексте стремления Москвы вернуть себе роль главного стратегического партнера Таджикистана. Финансовая помощь со стороны России позволит завершить строительство Сангтудинской ГЭС-1 на реке Вахш. Кроме того, в 2004 году был подписан инвестиционный контракт на сумму $2 миллиарда с российским алюминиевым конгломератом РУСАЛ, согласно которому эта компания должна завершить строительство Рогунской ГЭС.

Значительные инвестиции идут со стороны Ирана, с которым у Таджикистана имеются тесные культурные связи. В ходе визита Рахмонова в Тегеран в начале 2006 года иранское правительство согласилось профинансировать строительство Сангтудинской ГЭС-2.

Интерес к развитию гидроэнергетики Таджикистана будет расти, есть принять во внимание, что энергоэкспортный потенциал страны играет центральную роль в планах США, направленных на налаживание более тесных связей между Центральной и Южной Азией.

Ташкент склонен видеть в предпринимаемых Таджикистаном шагах угрозу лидирующей роли Узбекистана в Средней Азии. Политика в сфере водоснабжения давно служит источником региональных споров. Таджикистан и Кыргызстан обеспечивают водой большую часть всего региона, в то время как Узбекистан и Казахстан выступают в качестве главных потребителей. Повышение уровня контроля над водными ресурсами может дать Таджикистану серьезные рычаги в его деловых отношениях с Узбекистаном.

Узбекские власти особенно обеспокоены инвестициями РУСАЛа в Таджикистан. После того как российский конгломерат объявил о планах модернизации плавильных печей в Турсунзаде, Узбекистан развернул масштабную кампанию в СМИ, заявив, что производимые таджикским заводом выбросы в атмосферу наносят серьезный экологический ущерб узбекским сельскохозяйственным угодьям.

По мнению таджикских экспертов и политических деятелей, приостановление Узбекистаном энергоснабжения завода в Турсунзаде связано с желанием воспрепятствовать модернизации этого предприятия. Многие в Душанбе считают также, что узбекские власти оказывают давление непосредственно на РУСАЛ, стремясь, чтобы компания сократила планируемый объем инвестиций. На их взгляд, Ташкент, возможно, стоит и за разногласиями между Таджикистаном и РУСАЛом, которые касаются высоты и типа дамбы на Рогунском водохранилище. Сразу же после встречи между главой РУСАЛа Олегом Дерипаской и узбекским президентом Исламом Каримовым российская компания пересмотрела планы строительства, заявив, что хочет возвести дамбу высотой не в 335, как предполагалось вначале, а 280 метров.

«Eurasianet»