В России завершилась техническая часть расследования катастрофы Ту-154Б-2 Минобороны, рухнувшего в Черное море 25 декабря 2016 года после взлета из аэропорта Адлера. Об этом написало издание «Коммерсант».

Как отмечает газета, версия об ошибке экипажа стала доминирующей в расследовании еще в декабре, после опроса немногочисленных свидетелей ночной авиакатастрофы, заявивших экспертам: следовавший в Сирию Ту-154 не падал и не пикировал после взлета, а как бы приводнился. Этот маневр оказался роковым для самолета и 92 находившихся на его борту людей: от удара судно развалилось на куски, которые сразу затонули.

Итогом работы МАК стала так называемая 3D-модель последнего полета Ту-154 — видеореконструкция движения машины в пространстве с наложенными на нее цифрами, отражающими высоту полета, скорость, режим работы двигателей и прочее, а также с описанием всех произнесенных при этом слов и действий летчиков.

Самолет, как показало 3D-моделивание, взлетел в штатном режиме. После взлета экипаж не совершил ни одной из традиционных в подобных случаях ошибок: машина не выходила на закритические углы атаки, не теряла скорость, не попадала в штопор и вообще не падала.

Примерно через минуту после отрыва от земли Ту-154 набрал высоту около 250 м и скорость 360-370 км/ч, а сразу после этого на борту, как выразился собеседник «Ъ», стала «стремительно развиваться нештатная ситуация».

Выразилась она в том, что управляющий пилот — командир экипажа Роман Волков, который должен был дальше набирать высоту, фактически перевел машину в режим посадки. Ту-154, как показало моделирование, в течение десяти секунд — до самого столкновения с водой — снижался в так называемом контролируемом полете под управлением летчика.

Набирая высоту в темноте, над морем, пилот не контролировал визуально положение машины, поскольку не видел впереди ориентиров и даже горизонта. Дезориентировать экипаж могли даже звезды, которые одновременно были как сверху, так и снизу — в виде отражения на поверхности воды.

В этой сложной обстановке пилотирующий летчик, по словам экспертов, должен был полностью довериться приборам, показания которых он, видимо, проигнорировал, доверившись своему опыту и физиологическим ощущениям. Так, например, возникшая при ускорении машины перегрузка могла создать у летчика иллюзию набора высоты, в то время как на самом деле самолет снижался.

Сейчас военные специалисты изучают профессиональную биографию погибшего пилота и его летную подготовку, в которой, возможно, обнаружатся какие-то пробелы.

Трагедия наверняка произошла из-за рокового сочетания сразу нескольких неблагоприятных факторов. В их числе усталость экипажа и эмоциональная напряженность летчиков, у которых достаточно обычный полет в Сирию затянулся на целый день.

Как сообщил «Ъ», экипажу пришлось сначала несколько часов ждать вылета из Москвы, а затем еще и садиться из-за погодных условий в плохо известном ему аэропорту Адлера вместо запланированного Моздока. В итоге рейс из дневного фактически превратился в ночной.

Как отреагировал на все эти трудности командир, пока не ясно. Возможно, задержка рейса спровоцировала обострение у пилота каких-то хронических заболеваний или привела его в стрессовое состояние, с которым летчик не сумел быстро справиться. Сейчас специалисты изъяли в медучреждениях все документы Романа Волкова и результаты его психологических тестирований, которые предстоит тщательно изучить.

Проведение «административного» расследования, по мнению источников «Ъ», поможет установить способствующие трагической ошибке военного летчика факторы, а после подведения его итогов командирам Романа Волкова, его летным инструкторам, психологам и врачам, возможно, придется разделить с погибшим ответственность за катастрофу.

Стоит отметить, что в самом Минобороны версию о возможной ошибке экипажа отвергают. Во всех сообщениях ведомства многократно говорилось об опытности и безупречном послужном списке членов разбившегося экипажа.