Почему премьер-министр Кыргызстана не боится приписок, а его супруга спит спокойно

Игорь Чудинов, премьер-министр, едва ли не единственный из всех глав правительства Кыргызстана, не успевший заразиться вирусом бюрократизма и чиновничьей спеси. На интервью соглашается легко и в отличие от своих подчиненных не требует предоставить ему вопросы на согласование заранее. В разговоре искренен, не тратит времени на подбор заученных формулировок. Во всяком случае, такое впечатление остается после беседы начистоту с шестнадцатым по счету премьер-министром страны. 

 

- Игорь Витальевич, скажите откровенно, сложно работать на посту премьер-министра? У вас же не такая богатая практика государственного служащего.

 

- Было бы смешно, если бы я ответил «не сложно». И дело не в том, что приходится решать массу серьезных вопросов. Сложность в другом. Ох… К сожалению, степень оперативности принятия решения, которой сегодня обладает правительство, его аппарат, министерства, не отвечает тем требованиям, которые нам предъявляет время.

 

Между анализом, разработкой и принятием самого решения проходит катастрофически много времени, масса согласований: то ли чиновники так устроены, то ли жизнь их много била, но, к сожалению, не всегда наши управленцы берут на себя смелость принять решение.

 

- А по-моему, мало их жизнь била… Например, президент страны в беседе с вами откровенно говорит, мол, от Минсельхоза мы с вами, Игорь Витальевич, ничего не дождемся, давайте так и так поступим. И дает вам задание сократить сроки исполнения его решений до минимума – 1 месяц на все про все. На заседании правительства глава министерства вступает с вами в перепалку: вы ему – срок исполнения один месяц, он вам – нет, дайте два-три…

 

- …Хотя, в частных беседах они все понимают, что время требует кардинальных изменений, но сложность самая главная – переломить такое отношение к работе, саму ситуацию. Она же и главная задача моя.

 

Давайте откровенно. Ведь последние 18 лет правительство как управляло раньше экономикой, так и пытается сегодня это делать. Но это уже практически невозможно. Та же торговля в частных руках, там нет ни ресурсов, ни госуправления, все бизнес-услуги тоже, в сельском хозяйстве – сплошные фермерские и крестьянские хозяйства тоже частные. То есть управлять структурно у нас сегодня нет ни функциональных возможностей, ни ресурсной базы. А каждое министерство, по сути, должно заниматься секторальной политикой, отраслевой. Однако мы по старинке уповаем на административные методы управления…

 

Видимо, не обойтись нам в ближайшее время без новой структуры правительства, без новых функциональных схем управления, потому что сегодня, если посмотреть внимательно, большой разницы между министерствами, агентствами, комитетами, инспекциями нет. Все они стараются заниматься и политикой в своей отрасли, и регулятивными функциями, и контрольными тоже. В итоге бывает - решение выходит, а оно уже и ненужное вовсе.

 

- Что делает правительство Кыргызстана для снижения угрозы социального взрыва, предрекаемого уже целым рядом политологов и экспертов?

 

- Задача номер один - энергетическое обеспечение, а не энергетическая безопасность, поскольку речь идет в первую очередь об интересах граждан. Так как мы с вами – каждый из нас - субъект энергетического рынка, то для правительства сейчас это самая больная проблема, и думаю, она не связана напрямую с увеличением тарифов. Ведь объективно говоря, 12 тыйынов за 1 киловатт для людей, обладающих невысоким достатком и, как правило, невысоким энергопотреблением, в месяц прибавили не более 50 сомов расходов. При этом беднейшим из них, пенсионерам, мы компенсируем их из госбюджета. Население, скорее, тревожит стабильность в этом вопросе.

 

Закрывать глаза на кризис, а это кризис энергетический (мы должны откровенно и объективно это признать), мы не намерены. Будучи министром промышленности, энергетики и топливных ресурсов, я неоднократно говорил, что рост экономики на 8 процентов и отсутствие роста базы энергетики рано или поздно приведут нас к дефициту электроэнергии. 

 

- Еще посетуйте, что год маловодный, да?

 

- Это не новость. Маловодные циклы повторяются с периодичностью 6-7 лет. Вспомните аналогичные проблемы зимы 1994-1995 года, когда Бишкек будоражило – света не было то в одном районе, то в другом. Причем тогда тоже говорили о недостатке мощностей.

 

Как оказалось, что мы опять пришли к проблеме энергонедостаточности? Надо честно сказать, что в 2004 году, когда страна находилась на пике водности, был неоправданно высокий экспорт электроэнергии. Вспомните, как в те славные годы говорили о 3 миллиардах киловатт/часах экспорта, часть из которого ушла за бесценок в Россию. К сожалению, никто тогда не подумал, а сможем ли мы вслед за 2004 годом, в 2005-м, когда, по прогнозам специалистов, начинался очередной спад, успеть прийти к той критической точке запаса.

 

Говорить сейчас, кто это сделал и почему, думаю, не стоит. На такие вопросы ответит рабочая комиссия, которая будет создана правительством. Сейчас главное - сделать выводы. Вот в советское время все четко просчитывалось. Больше 2 миллиардов киловатт/часов мы ни в какой год не имеем права экспортировать. В противном случае позже это отражается на собственных ресурсах.

 

Что мы делаем теперь? Ну, откровенно признаюсь, – без определенных ограничений потребления электроэнергии нам не обойтись. Уже фактически понятно: в лучшем случае мы выйдем на запасы воды в Токтогульской ГЭС объемом около 11 миллиардов кубов. А нам надо еще успешно пережить зиму. И еще на следующий год сохранить в рабочем состоянии весь каскад.

 

- Люди, похоже, психологически готовы к очередным веерным отключениям, ограничениям в подаче электричества…

 

- Увы, но нам придется снизить ежедневное потребление электроэнергии. Если в обычное время каждый день страна потребляет порядка 15-18 миллионов киловатт/часов, то нам надо сейчас потреблять не более 12 миллионов киловатт/часов, то есть 30 процентов надо сэкономить. При этом стоит задача - в зимний период свет абсолютно во всех домах должен быть.

 

К сожалению, мы вынуждены продлить школьные каникулы минимум на 60 дней. 880 школ - это 880 котлов. Те учебные заведения, которые могут перейти на уголь, перейдут. Но таких немного. Отказ от весенних и осенних каникул, увы, это мера вынужденная. Минимум на 60 дней мы должны отпустить школьников на каникулы, потому что это позволит нам сэкономить около 250 мВт, а в целом - 600 мВт.

 

- Радость детям какая! Не думаю, что родители ее разделят.

 

- Я за то, что лучше сейчас людям сказать правду – запасайтесь углем, кто может себе позволить – соляркой, мазутом, электроподача будет осуществляться только для обеспечения населения светом. Электроотопления не будет. Здания дошкольных и медицинских учреждений станут исключением.

 

Еще раз подчеркну, это вынужденная мера. К сожалению, наши энергетики, как помягче сказать, достаточно пассивны. У них, несомненно, есть резервы. Внутренние.

 

- Какие?

 

- В первую очередь необходимо работать над сокращением потерь. В 2007 году на аналогичный период (август) приходилось 42 процента энергопотерь, сейчас ситуация немного улучшилась – сократили их до 36. До конца года сократим уже до 30. Это реально. Но, к сожалению, 30 процентов - это 3 миллиарда киловатт/часов – просто разворованная электроэнергия. Поэтому я твердо стою на позиции: без приватизации распределительных компаний проблему не решить.

 

Кто будет стоять за ними – частное лицо или государство, разницы нет. А что касается энергобаронов, я думаю, они богатеют и жиреют как раз за счет того, что уже сейчас по льготным ценам разворовывают электроэнергию, прячась за госпредприятия.

 

Если придет частник, который государству заплатил за каждый киловатт/час, который он получил у госкомпании, он же не позволит ни мне, ни вам воровать. Тем более все будет определяться в жестких рамках тарифа.

 

Понятно, что есть люди состоятельные, которые могут выкупить распредкомпании. Хотя у меня большие сомнения, что мы с первого захода найдем покупателя. Слишком большой разрыв между заработком и обязательствами, которые мы пытаемся повесить на инвестора. Не исключаю, что это будет вовсе не частная компания. Возможно, будет достаточно крупная государственная энергетическая компания. Ну не кыргызская, а другого государства.

 

- Судя по вашим обстоятельным разъяснениям, вы, Игорь Витальевич, знаете этих самых энергобаронов. Имена назовете?

 

- Откровенно говоря, я не знаю энергобаронов. Знаю, что у людей есть бизнес, который потихонечку растаскивает систему. Крупных энергобаронов, честно говоря, я не вижу. Да знаю, на кого вы намекаете. На Балкибекова? Не думаю, что он причастен, что он энергобарон.

 

- А как с обеспечением продовольственной безопасности дела обстоят в стране?

 

- На сегодня 55 процентов посевных площадей убрано, получено 674 тысячи тонн зерновых. То есть у нас есть основания полагать, что в итоге мы реально будем иметь 800 тысяч тонн зерновых в этом году. Несмотря на холодную весну и засушливое лето.

 

Согласитесь, те меры, которые правительство приняло в начале года – закупка топлива, поставка тракторов и обеспечение семенами, минеральными удобрениями, - дали результат. Хотя, честно говоря, мы рассчитывали немного на большее.

 

- А вы уверены, что аграрная отрасль докладывает вам без приписок?

 

- У меня свои источники информации. Потом, после завершения сбора урожая, сверю цифры, предоставленные мне чиновниками, с теми, которые я получаю, как вы, журналисты, говорите, из достоверных источников.

 

Мы создали продовольственную корпорацию, основной задачей которой будет обеспечение ресурсной базы зерновых и продуктовых. Это будет закупка продовольствия, как у населения, так и за рубежом с тем, чтобы постоянно иметь определенный запас и влиять на ценообразование на рынке. Думаю, дефицита продовольствия на рынке не будет.

 

- Дефицита-то не будет, но цены пугают…

 

- Сказать, что завтра у нас цены станут ниже мировых, я не могу. Но держать под контролем ситуацию возможно. Но вы же понимаете, что в любом случае ценовая составляющая не будет на 10-20 процентов ниже, чем в целом стоит зерно, иначе его в стране не удержать.

 

- Дело в том, что такую ценовую ситуацию на рынках создают все-таки перекупщики…  

 

- Мы обсуждали вопрос о рынках, о ситуации на них. Вот министра видели, вышел только что? (глава МВД КР Молдомуса Конгантиев. – Прим. ИА «24.kg»). Сейчас Министерство внутренних дел активно включается в работу. Насколько это будет эффективно, посмотрим. Понимаете, когда 15 лет рынок не регулировался, за 15 дней порядок не наведешь.

 

Хочу, чтобы все поняли главное: меры будут приняты, потому что для правительства главным должна быть забота о социально уязвимых слоях населения. Таких в стране 500 тысяч человек. Но я не хочу, чтобы у кого-то возникало чувство, что вся страна должна ждать от государства помощи. В сегодняшней ситуации мы должны обеспечить возможность деловой активности населения.

 

- Мораторий на проверки предпринимателей ввели, и бизнесмены вообще перестали платить налоги?

 

- Да, к сожалению, указ президента КР о моратории ярко показал «ответственность» наших бизнесменов перед обществом. Вместо ожидаемого мы получили резкое сокращение налоговой базы. Около 2 тысяч предприятий вообще перестали платить налоги, ссылаясь на мораторий. Я подчеркиваю: все, кто перестал отчитываться или резко уменьшил налоговые отчисления, будут проверены. 

 

- Сколько недополучила госказна в связи с введением моратория только в июле 2008 года?

 

- По налогам план не выполнен на 50 миллионов сомов.

Подсчет и сверки еще продолжаются.  

 

- Игорь Витальевич, скажите откровенно, как вы оцениваете деятельность правительства? Как в школе, какую бы вы оценку ему поставили?

 

- Тройку. Я глубоко уверен в том, что 6 месяцев работы правительства – не время для оценки его руководителя. Проблему кабинета министров вижу в исполнительской дисциплине.

 

У меня есть свои субъективные суждения… Человек, как правило, не уходит и не приходит один. Ведь это новая встряска аппарата, опять отвлечение людей от работы… Даже заставить министра за полгода структурно изменить ведомство тоже невозможно. Человек же должен представлять, как это сделать. 

 

Рост в экономике есть, незначительный, но все же. В сельском хозяйстве планировали 4 процента роста, получили 2. В промышленности недостаточный рост, но там есть резервы, чтобы к концу года выправить ситуацию. Поэтому, несмотря ни на что, тройку я бы правительству поставил.

 

- То есть стоит ждать отставок?

 

- Дело не в кадровой политике…

 

- Вот вы говорите: «Дело не о кадровой политике». А президент КР как раз таки все время о ней и ставит вопрос…

 

- Я не говорил: «Дело не в кадровой политике», я говорю об оргвыводах. Вы спросили, а будут ли отставки? Я сказал, что не хочу сейчас разговаривать об оргвыводах.

 

- Хорошо. По-другому поставим вопрос. Президент Кыргызстана периодически и публично призывает вас быть посмелее. А если завтра глава государства скажет: «Я предлагаю снять министра такой-то отрасли», как вы поступите?

 

- Во-первых, президент аргументирует свое предложение. Безусловно, если причины будут объективные, я сниму этого министра.

 

- А вы себя чувствуете достаточно самостоятельным премьер-министром – ни техническим, ни номинальным?

 

- В области управления правительством – да, абсолютно самостоятельным.

 

- Просто ваши предыдущие предшественники откровенно говорили: «Ну что я буду там впрягаться?», если сегодня я премьер, а завтра меня в отставку…  

 

- Я бы не стал сидеть, если бы знал, что меня в моих полномочиях в чем-то ограничивают. Считаю, что президент абсолютно мне доверяет.

 

- Мы все время говорим о коррупции, разоблачаем, и все же ее масштабы не уменьшаются. У нас не менее 10 структур занимаются борьбой с ней, но многие чиновники ездят на шикарных авто, живут в роскошных особняках, носят дорогие часы, не стесняясь этого… При этом мы все знаем, какие у них зарплаты. Как вы считаете, этично ли вашим подчиненным вот так вот жить откровенно напоказ?

 

- Ну машины-то, наверное, вы имеете в виду, государственные?..

 

- Мы с трибун все время призываем экономить бюджет… В том-то и дело, что, скорее всего, машины эти куплены за счет министерства и оформлены как служебные…

 

- Хочу сказать, что за полгода наше правительство не приобрело новых машин и не обновляло автопарк. Это машины, которые были в министерстве.  

 

В этом году, вы знаете, я уменьшил расходы министерств на 20 процентов, в целом по стране - на 1 миллиард 200 миллионов сомов, как раз за счет статьи «Прочие приобретения, ремонт и приобретение оборудования». Как бы ни было больно министрам, но им нечего было возразить.

 

- В СМИ развернулась полемика о конкурсе «Мисс туризма-2008». В Кыргызстан прибыл один из его организаторов и учредителей господин Джон Сингх, который в своем интервью говорит о том, что правительство КР выделило деньги, контролирует и помогает…

 

- На конкурс красоты правительство денег не выделяло. Я встречался, кажется, в феврале с этим господином. О том, что из бюджета туда будут направлены деньги, речи не было и не могло быть.

 

Это хорошее мероприятие, но во всем мире на подобное идут либо спонсорские деньги, либо бизнес-сообщество помогает. Ради бога, пусть вкладываются, пускай зарабатывают. Но выделять 12 миллионов сомов, когда в стране речь идет о поддержке пенсионеров и о продовольственной безопасности, я бы никогда не согласился и не соглашался.

 

Пусть господин Мамашов сам разбирается, а мы потом по всем этим вопросам уже с Мамашовым разберемся.

 

- О чем я вас не спросила?

 

- Даже не знаю… Нормально поговорили. Об отпуске меня не спросили (смеется). Личные планы сегодня на втором месте.

 

- А ваша супруга заплатила налоги, причитающиеся от ресторана «Адмирал»?

 

- Конечно. Я с нее строго спрашиваю, как там дела у нее в бизнесе. И чтоб ни-ни, никаких нарушений. Так что она спокойно спит, не волнуйтесь.