Суд продлил арест Имамидину Ташову, в ответ он попытался перерезать себе горло
Суд продлил срок содержания под стражей бизнесмену Имамидину Ташову. Решение сегодня вынес Первомайский райсуд Бишкека, удовлетворив ходатайство следователя.
На слушании сначала отсутствовал адвокат обвиняемого Нурсултан Жаныбеков, он в это время участвовал в другом процессе и пришел позже.
Второй адвокат Самат Матцаков направил в суд письмо, пояснив, что не может прийти «по не зависящим от него причинам». Напомним, он арестован по обвинению в мошенничестве и подделке документов.
Самат Матцаков попросил суд направить судебное требование в ГКНБ, чтобы его привозили на заседания суда по делу Имамидина Ташова для осуществления защиты.
Сам подсудимый сказал, что ему стыдно перед семьей Матцакова, потому что его преследуют из-за него.
Суд отказал в удовлетворении этой просьбы, отметив, что у Имамидина Ташова есть другой адвокат.
После этого владелец KG Group попытался порезать себе горло. Журналистов и родственников бизнесмена вывели из зала заседания. К зданию суда приехала скорая помощь.
29 октября в Первомайском районном суде Бишкека началось рассмотрение уголовного дела в отношении Имамидина Ташова. Сам он из СИЗО доставлен в больницу после попытки суицида.
Напомним, Имамидину Ташову предъявлены обвинения в попытке насильственного захвата власти, публичных призывах к захвату власти и незаконном пересечении государственной границы.
Он задержан в апреле в селе Каинды Чуйской области. По данным ГКНБ, в Кара-Балте предприниматель якобы планировал организовать временный штаб по консолидации сил для акции протеста с последующим захватом власти. Находясь в розыске, он проводил активную вербовочную работу через соцсети, заявляли в ведомстве.
В госкомитете также сообщали, что в столице компания KG Group построила шесть многоквартирных жилых домов. Но ни один из этих объектов не ввели в эксплуатацию в связи с самовольным возведением, без разрешительных документов.
До этого в соцсетях опубликовали видеообращение Имамидина Ташова, где он заявил, что его «по-бандитски похитили», держали в неволе и требовали, помимо уже перечисленных в доход государства 52 миллионов сомов, еще 100 миллионов «в левый карман».
