Тимур Исаков: Пока в Кыргызстане сохраняется социально-политическая нестабильность, число наркозависимых в стране будет только расти

В Кыргызстане, по экспертным оценкам, число наркозависимых достигло 55 тысяч, из них подростки до 18 лет составляют 12 процентов. Получается, что каждый сотый кыргызстанец пристрастился к дурману. В интервью ИА «24.kg» советник директора Агентства КР по контролю наркотиков, эксперт Международного комитета ООН по контролю над наркотиками Тимур Исаков рассказывает о масштабах и последствиях данного явления.  

- Тимур Аспекович, вы один из основателей АКН, автор многих публикаций, телевизионных проектов, сценария фильма о незаконном обороте наркотиков и наркопотребителях в КР. Расскажите, с чем связан стремительный рост числа потребителей зелья?        

- Где есть спрос, там, соответственно, будет и предложение. Для Кыргызстана это, в первую очередь, наркотики афганского происхождения, незаконно перемещаемые через его территорию. В 2005 году в Афганистане произведено 4100 тонн опиума, а 2006-м уже 6100 тонн. Это страшно много. Если до 1992 года в Кыргызстане в год изымалось до пяти килограммов опия, а в 1993 году, когда началась афганская наркоэкспансия, – 150 килограммов, то в 2006-м общий вес опия и героина вместе взятых составляет уже 560 килограммов.

С другой стороны, рост числа потребителей связан с психологическим состоянием отдельного индивидуума и, конечно, социально-политической и иной нестабильностью в государстве. Человек, находящийся в постоянном стрессовом состоянии, считает наркотики лекарством от страха.

Поэтому когда «волшебники» от медицины и наркологи утверждают, что наркомания излечима, они тем самым вербуют следующих пациентов. Я умоляю и заклинаю этих людей: если вы давали клятву врача, где сказано «не навреди», нельзя делать подобных заявлений! Наркомания неизлечима, все зависимые просыпаются и засыпают только с одной мыслью: где бы найти очередную дозу! Расскажу историю из своей практики. Для роли в социальном телевизионном ролике о вреде дурмана привлекли актрису, которая играла наркоманку. Ей дали шприц с ложкой и щепоткой соды. И, знаете, она очень ловко справилась со сценой приготовления дозы! В личной беседе актриса призналась, что действительно употребляла в прошлом наркотики, но уже 5-6 лет назад «завязала». При этом с грустью сказала, что если сейчас ей кто-то предложит пакетик с героином и шприц, то она вряд ли устоит перед соблазном.

Среди негативных примеров «излечимости» наркомании могу назвать и тот, когда солист российской группы «Алиса» Константин Кинчев с экрана телевизора «авторитетно» заявляет, что полностью излечился от пристрастия к наркотикам и стал набожным человеком. Я уверен, что не все, но какая-то часть подростков может сделать из этого следующий вывод: я тоже хочу «покайфовать» 5-6 лет (как обожаемый Костя), а потом тоже вылечусь! Подобные признания, на наш взгляд, - не что иное, как скрытая реклама наркотиков или программирование на уровне подсознания.      

- Как тогда быть с теми 55 тысячами наркозависимых кыргызстанцев?  

- Наркомания неизлечима, но жить наркозависимому без наркотиков все же возможно. Это один из постулатов принятых в Кыргызстане национальной концепции и программы профилактики этого недуга до 2010 года. Но до сих пор нет единых стандартов лечения таких людей. В 2006 году АКН КР внесло на рассмотрение депутатов ЖК КР проект закона о профилактике наркозависимости, разработанный на основе международного опыта. В нем предусматривались и новейшие подходы к решению этой проблемы – программы «снижения вреда», заместительная терапия и прочее. Однако законопроект «завис» в ЖК, а при его первичном рассмотрении некоторые депутаты, не знаю, всерьез ли, но спрашивали, не являемся ли мы сторонниками наркомафии?      
Это к тому, что мы выступаем за отказ от принудительного лечения, которое слишком очевидно доказало свою несостоятельность. Достаточно вспомнить советские ЛТП, в которых фактически не лечились, а принудительно работали алкоголики, и которых от этого не стало меньше. Вот и задаешься вопросом: может, не будем больше наступать на те же грабли?

 

Да и для государства это непосильная ноша. Мы посчитали, что для организации системы принудительного лечения необходимо два миллиарда сомов единовременно и, кроме того, до 300 миллионов сомов ежегодно на поддержание ее работы. Пациентам, кроме того, придется смириться тем, что их будут охранять военные, а на окнах установят решетки.

 

Так что надо выбирать: будем организовывать второй ГУИН или в ногу со всем цивилизованным человечеством займемся профилактикой и организуем лечение по самым передовым технологиям. Все это сегодня зависит от наших парламентариев.

 

- Сколько кыргызстанцев в год попадают за колючую проволоку за хранение до 1 грамма наркотиков?  
       
- Практически ежедневно в республике сотрудниками правоохранительных органов задерживаются по 2-3 человека с таким количеством зелья. Умножаем эту цифру на 365 дней и получаем, за некоторым исключением, реальное число. В зоне эти люди проходят первые криминальные университеты, зачастую заболевают туберкулезом, выходят оттуда с клеймом отвергнутого, не могут найти работу, вновь уходят в наркотический «запой», и вновь зона. Порочный круг. Мы что, этого добиваемся?

 

А ведь во многих странах, взять, например, наших соседей – Казахстан, Россию, не говоря о многих других, вопрос этот решается более рационально: на первый раз административное взыскание, постановка на учет, профилактика, лечение. Да и лечение умное. Например, организация общин, куда зависимый может обратиться в любое время и уйти откуда также волен. Там работают в основном отказавшиеся от наркотиков. Единственное условие - никаких наркотиков на территории объекта. Если в Кыргызстане введут такую систему, то той актрисе, о которой я говорил ранее, было бы, куда и к кому обратиться за своевременной поддержкой.

- Тимур Аспекович, давайте теперь непосредственно поговорим о незаконном обороте наркотиков в Кыргызстане. С какими трудностями приходится сталкиваться сотрудникам ведомства?

- АКН КР в 2006 году из незаконного оборота вывел 1,2 тонны наркотических средств всех видов. Борьба с наркобизнесом постоянно активизируется. И это в немалой степени произошло по той причине, что у нас практически во всех правоохранительных органах есть специализированные структуры. Мы отказались от монополизма. В настоящее время в борьбе с этим явлением задействованы пограничники, таможенники, милиционеры, сотрудники ГКНБ, а координатором выступает АКН КР. При таком раскладе незаконный оборот дурмана становится все рискованнее, потому что невозможно «договориться» с монополистом, которого нет. 

- Тем не менее осенью 2006 года в Кыргызстане сотрудниками агентства задержаны офицеры милиции при попытке перевоза почти 100 килограммов тяжелых наркотиков. Есть немало других фактов, когда сами силовики содействовали транспортировке и продаже дурмана…

- Риск того, что сотрудники правоохранительных органов будут вовлечены в наркобизнес, все еще высок. Почему? Да потому что их на этот шаг толкает плохое материальное положение, низкая заработная плата, отсутствие социальных гарантий и тому подобное. В 45-50 лет сотрудник правоохранительных органов выходит на заслуженный отдых со средним размером пенсии чуть более 1000 сомов. А если он при этом единственный кормилец в семье? Вот и пытаются поправить свое финансовое благополучие на ниве наркобизнеса. Боюсь, что картина сохранится до тех пор, пока оплата их труда, пенсия и условия проживания не будут на должном человеческом уровне.  

- Тимур Аспекович, в обществе бытует не то мнение, не то утверждение, что в АКН КР работают сами наркобароны…

- Ну, знаете, несколько смешно. Но чтобы не было подозрений и дальше, еще раз вернусь к тому, что в борьбе с наркотиками у нас нет монополиста. Поэтому наличие служебной корочки не дает сегодня никаких преимуществ. Автомашины сотрудников АКН в определенных законом случаях беспрепятственно осматривают работники погранслужбы, таможни, МВД, ГКНБ и наоборот. Если откажешь в содействии, то против тебя примут жесткие законные меры. Кроме того, для поступления на службу в агентство необходимо пройти тест на «полиграфе» (детекторе лжи), отбор осуществляет международная комиссия, кандидат сдает экзамены и так далее. Все это снижает риск коррупции. Однако мы не утверждаем, что все проблемы уже решены. Мы только в начале пути. И путь этот верный.  

 

- А что насчет VIP персон?

- Есть такое понятие, как экономическая целесообразность. В переводе: да где вы столько VIP персон наберете, чтобы обеспечить транспортировку всего потока наркотиков!? У нас в стране такого числа их нет. Да и все они топчутся здесь, в Бишкеке, графики дня этих людей полностью расписаны, их местонахождение легко вычислить. Вот поэтому в моде у наркобизнесменов не черные «мерседесы», а неприметные «москвичи» и «запарики» с безликими безработными за рулем.

- Если у нас в Кыргызстане поток и сбыт наркотиков держится под контролем, то чем объяснить их подорожание?

- Самым действенным результатом работы борцов с наркотиками можно считать их цену. Повышение стоимости опиума, героина и гашиша на рынке Кыргызстана говорит о том, что рискованность этого бизнеса возрастает. За последние два года цена на героин в КР возросла на $1 тысячу, а стоимость спичечного коробка с гашишем - от 600 до 1100 сомов.

- Все же, несмотря на это, в республике растет число наркозависимых.

- Число потребителей наркотиков умножается не только в КР, но и во всем мире. А Афганистан будет увеличивать экспорт дурмана до тех пор, пока на него есть спрос. Пока в стране среднестатистическому гражданину будет жить трудно, все большее их число будет принимать «лекарство от страха» - наркотики. Но с существенной оговоркой: если не задействовать программы по снижению спроса и предложения. А на них в такие моменты денег, как правило, и не находится. Говорят: подождите до тех пор, пока все будет хорошо. А жаль, потому что потом будет поздно. Как говорится, хороша ложка к обеду.

- Тимур Аспекович, что бы вы хотели пожелать читателям?

- Как бы ни было нам тяжело, найти в себе силы противостоять всем жизненным невзгодам. Кто-то из мудрецов сказал по этому поводу: «Все, что нас не убивает, делает нас крепче». Хочу призвать людей не искать решения проблем в алкоголе или наркотиках, поскольку это не поможет - проверено временем и человеческими судьбами. Решайте трудные задачи смело, не вводя себя в самообман.