International Herald Tribune (США). На прошлой неделе ситуация на дорогах в районе площади Тяньаньмэнь была хуже обычного: Владимир Путин прибыл в Пекин укреплять китайско-российские отношения, которые, по уверениям официальных лиц, и так переживают расцвет. Китайские и российские государственные предприятия подписали серию крупных контрактов, а Китай объявил о вложении значительных средств в новый Российский фонд прямых инвестиций.
Встречи прошли в доброжелательной атмосфере, однако российская сторона с трудом скрывала озабоченность усилением китайского влияния в бывших советских республиках Центральной Азии.
Основную тревогу у России вызывает медленное, но уверенное развитие Шанхайской организации сотрудничества, созданной после окончания «холодной войны» для демаркации границ между пятью государствами - Китаем, Казахстаном, Кыргызстаном, Россией и Таджикистаном (позже присоединился Узбекистан). Но за последние десять лет ШОС стала самым интересным и, пожалуй, самым важным примером китайской дипломатии. Как сказал один китайский ученый, организация переключила свое внимание с безопасности в регионе на вопросы развития - эта траектория в точности соответствует интересам КНР и центральноазиатских стран.
Будучи равноправным членом организации, Россия ощущает себя младшим партнером. РФ, бывшую некогда одним из двух мировых полюсов, сегодня относят к числу новых усиливающихся держав - принадлежать к этой группе совсем не плохо, но это явно шаг вниз по сравнению с ее предыдущей позицией в мировых делах. Москва стремилась воспрепятствовать этому, поддерживая связи и влияние в бывших советских республиках. Те из них, которые находятся в Европе, поглощены Европейским союзом, но евразийские государства остаются в сфере влияния Кремля, состоя в таких организациях, как ОДКБ, СНГ и ЕврАзЭС.
Поначалу Россия игнорировала ШОС, созданную десять лет назад, но она постепенно эволюционировала во все более важного игрока, ставшего для Китая инструментом развития Центральной Азии. КНР сосредоточила усилия на превращении ШОС из военно-политической организации в экономический блок - эта политика рассчитана на эффект домино, который стабильная и процветающая Центральная Азия должна оказать на слаборазвитую китайскую провинцию Синьцзян.
Вкладывая деньги в бедные государства Центральной Азии, Китай добился заключения энергетических контрактов, работает над созданием ГЭС и помогает развивать инфраструктуру - от дорог до систем телефонии. Но КНР не ограничивается голой экономикой и разрабатывает целостную стратегию, призванную наращивать ее «мягкое влияние» в регионе. Китай учредил институты Конфуция во всех центральноазиатских государствах, кроме Туркменистана, а также способствовал созданию сетевого Университета ШОС, объединяющего более 50 университетов КНР и Евразии.
В качестве усилий по развитию ШОС как не только военно-политического и экономического, но и культурного образования, все это, видимо, детские шаги, однако есть свидетельства успеха. В китайских университетах обучается все больше студентов из Центральной Азии, а, судя по отчетам институтов Конфуция в регионе, все больше детей из богатых семей пытаются учить китайский язык.
Видимо, это крупнейшая угроза мощному наследию России в регионе. У Москвы нет лишних денег, поэтому она спокойно относилась к инвестициям Китая в Центральную Азию, пока там сохранялось культурное влияние РФ. Ситуация начинает меняться. Поэтому усилия Путина по созданию Евразийского союза - это своего рода арьергардная операция, призванная пресечь нарастание китайского влияния на периферии России.
http://rus.ruvr.ru/2011/10/18/58910510.html
