О неизвестных документах из личного архива Горбачева рассказывает

Der Spiegel (Германия). Покидая Кремль, «президент без страны» забрал официальные бумаги за период пребывания у власти. Теперь «около 10 тысяч документов» хранятся в московском здании «Горбачев-фонда». «Молодой российский историк Павел Строилов, в настоящее время живущий в Лондоне, в ходе научной работы в «Горбачев-фонде» тайно скопировал около 30 тысяч страниц хранящихся там материалов и передал их в распоряжение Spiegel».

Архив включает бумаги советников Горбачева по внешнеполитическим делам - Вадима Загладина и Анатолия Черняева, в том числе протоколы переговоров с зарубежными лидерами и дискуссий в Политбюро, рукописные рекомендации Горбачеву, записи телефонных разговоров. Эти документы «иллюстрируют финал коммунистического эксперимента», в них освещаются все без исключения темы, с которыми приходилось иметь дело «самопровозглашенному обновителю Союза».

Горбачеву советуют, как лучше закончить войну в Афганистане, рекомендуют не давать аудиенции главе Организации освобождения Палестины Ясиру Арафату, а совершившего посадку на Красной площади немецкого летчика Матиаса Руста, напротив, принять в Кремле. От «доносчиков в СЕПГ» генсек узнает, как плохо обстоят дела в ГДР, ему сообщают, что пишет о Раисе Горбачевой Paris Match и как певица Алла Пугачева в немецкой газете отозвалась о перестройке. О том, что партийно-бюрократический аппарат при Горбачеве работал не лучше, чем прежде, можно судить по характеристикам лидеров мирового коммунистического движения, которые давал Черняев: главу французской компартии Жоржа Марше он сравнил с «дохлой кобылой», а о генеральном секретаре КП США Гэсе Холле отозвался как о «некультурном человеке с плебейским самомнением».

Отдельные документы Горбачев использовал в книгах, чем «сильно досаждал нынешнему кремлевскому руководству», но «большинство бумаг до сих пор остаются под спудом», и в основном потому, что «не укладываются в тот образ, который создал себе сам Горбачев: целеустремленного, передового реформатора, который шаг за шагом меняет на собственный вкус огромную страну».

Из документов «явствует то, что очень не хотел бы предавать огласке Горбачев: что он подчинился течению событий в умиравшем Советском государстве и в хаосе тех дней часто терял ориентацию. Кроме того, что он вел себя двулично и - вопреки собственным утверждениям - время от времени объединялся со сторонниками жесткого курса в партии и армии. Кремлевский начальник, таким образом, сделал то, что делают многие государственные мужи после ухода в отставку: сильно приукрасил портрет смелого реформатора».

«На Западе Горбачева превозносят за то, что он не стал насильственными методами противиться крушению Советского Союза. В действительности же до сих пор не ясно, не давал ли шеф Кремля санкций на военные действия против грузин, азербайджанцев и литовцев, восставших в 1989-1991 годах против центральной власти Москвы. Впоследствии он никого не привлек к ответственности; еще и сегодня он говорит, что это «большая загадка», кто отдал приказ на применение силы».

На заседании Политбюро 4 октября 1989 года Горбачеву доложили, что на площади Тяньаньмэнь в Пекине погибло 3 тысячи человек. Он отреагировал: «Нужно быть реалистами, им нужно было защищаться, и мы будем делать то же самое».

В январе 1991 года «под нажимом спецслужб и армии» Горбачев согласился и на «весьма безнадежную авантюру» в Литве. За два дня до штурма телецентра в Вильнюсе, при котором погибло 14 человек, Горбачев заверял президента США Джорджа Буша-старшего, что вмешательство произойдет «лишь в том случае, если прольется кровь или начнутся беспорядки, которые будут угрожать не только нашей конституции, но и человеческим жизням».

Черняев по этому поводу написал шефу письмо следующего содержания: «Михаил Сергеевич! Ваша речь в Верховном Совете (по поводу событий в Вильнюсе) означала конец. Это было не выступление значительного государственного деятеля. Это была сбивчивая, с запинками речь. Вы, очевидно, не знаете, что о вас думают в народе - на улицах, в магазинах, в троллейбусах. Там только и говорят, что «о Горбачеве и его клике». Вы говорили, что хотите изменить мир, и своими собственными руками эту работу губите».

http://inopressa.ru/article/08Aug2011/spiegel/gorbi.html