Кыргызстан. Хроника трагедии. Временное правительство

ИА «24.kg» продолжает публикацию фрагментов из итогового отчета Международной независимой исследовательской комиссии (Исследовательской комиссии Кыргызстана - IIC). Она завершила работу по изучению фактов и обстоятельств, имеющих отношение к событиям, произошедшим на юге страны в июне 2010 года. У комиссии был мандат и на квалификацию нарушений и преступлений в рамках международного права, определение ответственности и представление рекомендаций властям КР.

ИА «24.kg» предлагает читателям следующую главу из отчета под названием

Временное правительство и президент переходного периода

Действия временного правительства и президента переходного периода следует рассматривать сквозь призму конституционных рамок как с юридической, так и с политической точки зрения. В течение двух месяцев со дня прихода к власти и до июньских событий временное правительство сосредоточилось на реформах, которые должны были быть утверждены на конституционном референдуме, и на опасности возвращения к власти сторонников Бакиева. IIC считает, что временное правительство либо не заметило, либо недооценило ухудшение межэтнических отношений на юге Кыргызстана.

Сразу же после событий члены временного правительства сделали публичные заявления, что произошедшее явилось для них полной неожиданностью, и у них была ограниченная информация о ситуации на юге Кыргызстана до 10 июня 2010 года. Они заявляли, что к ним поступали только данные о спорадических криминальных разборках. Эти утверждения временного правительства повторила и IIC.

Аргументы, выдвинутые президентом переходного периода Отунбаевой, что вспышка насилия приобрела такой размах, что временному правительству трудно было его сдержать, не освобождают правительство от его основной ответственности - по защите населения.

IIC отмечает, что 23 апреля 2010 года временное правительство создало Комиссию по поддержанию безопасности, закона и порядка. При этом недвусмысленно сослалась не только на напряженную ситуацию в Ошской и Джалал-Абадской областях, но и на возможность гражданской войны. Отунбаеву назначили председателем, в комиссию входили министр обороны Исаков и заместитель министра внутренних дел Алымбеков. До сих пор не ясно, состоялось ли когда-либо собрание комиссии. Она не посещала южный регион ни до, ни после событий, не поддерживала связи с мэром города Оша Мырзакматовым. По-видимому, комиссия направляла усилия против сторонников Бакиева и призрака его возвращения к власти.

Однако Мырзакматов не преминул проинформировать комиссию о том, что связывался с временным правительством конкретно по поводу ухудшения ситуации с безопасностью на юге страны. В конце апреля он писал президенту переходного периода, выражая озабоченность по поводу растущего межэтнического напряжения на юге.

IIC сообщает, что в мае в Оше и Джалал-Абаде имели место бурные межэтнические столкновения. События в Джалал-Абаде были достаточно серьезными для того, чтобы объявить чрезвычайное положение с 19 мая по 1 июня и назначить министра обороны Исакова специальным представителем по югу Кыргызстана.

В первые же часы 11 июня, сразу после сообщений о насилии в районе гостиницы «Алай», члены временного правительства собрались в Бишкеке; в 02.00 они объявили чрезвычайное положение и организовали делегацию и отряды для отправки в Ош особым рейсом до рассвета. Это показывает, что временное правительство понимало: этот инцидент - не просто очередной пример группового насилия. IIC признает, что быстрота, с которой объявили чрезвычайное положение в Оше в 02.00 11 июня, заслуживает всяческой похвалы.

Комиссия считает, что можно было с достаточной степенью вероятности предвидеть: развитие событий может привести к такому насилию, какое произошло в южном Кыргызстане 10-14 июня. IIC полагает, что временному правительству следовало предвидеть такую вероятность и принять меры для ее уменьшения. Далее временное правительство должно было на всякий случай разработать запасной план, чтобы в случае насилия сдерживать его.

Несмотря на утверждения министра обороны и специального представителя по югу Кыргызстана Исакова о том, что армия находится под его контролем, он также заявил IIC, что 11 июня не все подразделения в Оше подчинялись законному командованию. Это касается отрядов, дислоцированных в южной столице, а также двух отрядов, прилетевших из Бишкека 11 июня. Комиссия отмечает, что подразделения, размещенные в мае в Джалал-Абаде, не проявили неподчинение.

IIC полагает, что временное правительство несет ответственность за надлежащее обучение войск с тем, чтобы они могли сохранять оружие и экипировку. В этой связи комиссия ссылается на приказ № 312 министра внутренних дел от 11 июня 2010 года, который определяет особые правила использования огнестрельного оружия во время полицейских операций при ЧП. Этот приказ санкционирует применение огнестрельного оружия милицией для предотвращения захвата оружия, вооруженных нападений на гражданских лиц, здания, работников милиции и солдат Внутренних войск.

Спецпредставитель временного правительства по югу Кыргызстана

13 мая 2010 года временное правительство назначило министра обороны Исакова специальным представителем в Ошской, Джалал-Абадской и Баткенской областях. Ему предоставили полномочия принимать решения по «социально-политической и экономической ситуации». Во время июньских событий Исаков взял на себя командование оперативным штабом в городе Оше и одноименной области. В частности, он контролировал подготовку плана действий во время чрезвычайного положения. Согласно декрету ВП о чрезвычайном положении, его полномочия были более ограничены. Декрет передал всю власть коменданту города Оша и области Алымбекову.

Генерал Исаков рассказал IIC, что в его подчинении было 200 вооруженных военных и милиционеров. Он организовал штаб и ознакомился с ситуацией на местах, передвигался по городу Ошу на БТРе и вертолете. Комиссия считает, что единственно возможным решением для генерала Исакова 11 июня было военное вмешательство. Его невмешательство в этот день в последующем стало серьезным упущением.

IIC считает, что отказ применить силу, чтобы захватить обратно БТРы или разогнать толпу, из-за боязни подвергнуть опасности жизни гражданских лиц не является адекватным объяснением бездействия Исакова. По мнению комиссии, генерал мог остановить насилие быстрее с помощью четких команд и применения силы, не угрожающей жизни. Он должен был усилить все контрольные пункты по пути в Ош, чтобы остановить поток нападающих из сельской местности.

Продолжение следует.