Охотник за приключениями

Вы любите охоту? Я - да, хоть и ходил с ружьем всего однажды - лет 10 назад на фазана. Но сегодняшний собеседник ИА «24.kg» отдал охоте 27 лет жизни и готов поведать миру занятные истории из своей практики. Встречайте: Василий Куликов.

Над входом на веранду его дома висят огромные рога.

- Этот трофей из Аламединского ущелья, - говорит Василий Дмитриевич. - На них и документы есть. Возили на конкурс в Варшаву и взяли «золото»!

Поражаешься внутреннему убранству жилища опытного охотоведа. У многих дома есть вешалка из овечьих рогов? Стены спальни украшают рожки козы и косули. На шкафу - чучело коршуна, гордо восседающего на забитой жертве. В зале примостились кеклик и две утки. Как живые! Декоративными украшениями служат череп рыси и челюсть кабана со следом от пули.

- Много трофеев пораздавал. А вот это - ножки элика, - начинает Василий Дмитриевич рассказ. - С ними связана занятная история.

Лейтенант Коломбо? Нет, инспектор Куликов!

В то время я работал инспектором Кыргызглавохоты и охотоведом Аламединского района. Дело было в Аламединском ущелье. Поехали туда какие-то студенты ранней весной на экскурсию. Приходят к роднику, глядь - следы крови на снегу и отпечатки копыт. Осмотревшись, нашли 4 ножки горной косули и рваную газету. Принесли их нам. Начальник мне говорит: «Беда в твоем районе. Видно, шкодит кто-то! Ты у нас следопыт, давай, займись делом!». Я в замешательстве: за что ухватиться? Поехал на место и, изучив следы, понял, что там были две лошади и три-четыре собаки. Осмотрел газету, а на ней буквы какие-то от руки написаны: «Кир 7» и «Ку». Стал гадать, что означает «Кир». Скорее всего, улица. Но тут есть варианты: может, Кирпичная, может, Кирова... Объездил в поисках адреса весь город, но браконьеров не нашел. Вдруг думаю: «А что я здесь-то ищу? Надо искать их среди тех, кто лошадьми пользуется».

Поселков вблизи ущелья немало. Сначала съездил в Арталыш, а затем в Воронцовку направился. Только заехал, почтальон идет. Достал газету и спрашиваю: «Это, случаем, не ваш почерк?». «Мой!», - отвечает. «А что здесь написано?», - интересуюсь. «А в чем дело?», - волнуется она. «Да все в порядке! Друзей ищу», - ответил я. «Кир 7 - это улица Киргизская, дом 7. А Ку - первые две буквы фамилии», - пояснила женщина.

Приехал по адресу. Ни забора, ни ворот. Прохожу во двор, там три тайгана лежат. А на веранде мясо элика на ветру сушится. Дома никого. Узнав у соседей, где трудится хозяин, явился к нему на работу. «Я пришел по твою душу! - грозно сказал. - Сейчас едем к тебе с обыском, забираем трофеи и оружие, а затем - в милицию». «Только не милиция!», - взмолился он. Ради свободы он согласился добровольно сдать «добро» и заложить подельника.

Вернулись к нему. Отдал он мне малокалиберную винтовку и 2 ружья. Вроде как, все. А я за его взглядом слежу. Косит куда-то в сторону, сам себя выдавая. «А что у тебя под шкафом? Ну-ка выкладывай!», - потребовал я. «Вот мерзавцы! Сдали!», - поругал он кого-то и вытащил еще одну новенькую винтовку, не поняв, что я сам догадался о тайнике.

По его наводке следующим утром поехал в село Стрельниково. Проник в дом браконьера, сразу найдя две винтовки, разбудил хозяина и устроил допрос. Оказалось, он специально ездил в горы в марте в пору беременности самок косули. Из зародышей делал амулеты и продавал. Тот еще бизнесмен! Забрал я оружие, капканы, шкурки убитых косуль и сразу в прокуратуру поехал. Я же без санкций обыск проводил! Разобрались в ситуации; первого браконьера по моей просьбе судить не стали. А вот второму дали 2 года тюрьмы. А мне - премию 100 рублей!

Охота за красным одеялом

В Ысык-Ате, помню, случай был. Никак не мог задержать группу браконьеров. Иду как-то по следу берегом реки. Глядь - а они по другой стороне удирают. И не перебраться, не достать. И так каждый раз. Будто знают наперед каждый мой шаг. Я одного знакомого наставил: «Влейся в группу и прознай, где они охотятся и оружие хранят». И он все выяснил. Оказалось, у них был свой человек в селе. Он сидел в трехэтажном доме и следил, когда я приезжаю. Видит меня - вывешивает из окна красное одеяло. Те в горах смотрят - ага, опасность.

Тогда я взял отпуск и поехал на курорт «под прикрытием». Как-то вечером встретил этих браконьеров, идущих с гор с мясом и трофеями. В руках держат оружие. А я и говорю: «Ой, охотники! Молодцы! Я так охоту люблю! Можно с вами сфотографироваться?». Они были не против, и мы снялись в обнимку.

Оставалось только связаться с органами и опознать преступников. Вместе с майором Лисиным из Ивановки поехали в село, ближайшее к Ысык-Ате, и стали опрашивать людей, кто на фото. Одним из браконьеров оказался муж председателя сельсовета! Заартачилась она, конечно, но мы свое дело сделали. Выявили браконьеров, забрали оружие. Вяжут их, а я смеюсь: «Это вам за красное одеяло!».

Маленькие хитрости больших жуликов

Хитрецы нам часто попадались. Как-то ночью остановили рыбаков на машине. Заглядываем внутрь, а там гроб стоит. «Поехали, - говорят, - на рыбалку, и один из нас вдруг помер». А сами туда рыбу нагрузили.

Некоторые придумывали фокусы с бочками. Натолкают в двухсотлитровку рыбы и пробкой заткнут. А сверху нальют пару ведер бензина. «Что везем?», - спросишь. «Бензин!», - отвечают. Нюхнешь - вроде, действительно. Но опытного инспектора не провести!

В другой раз тормознули автомобиль, груженный ящиками якобы с взрывчаткой. И печать стоит: «Без представителей власти не вскрывать». Съездят молодцы в Казахстан на охоту, настреляют дичи и назад, положив ее в эти ящики. Таких хитростей мы немало раскрыли.

Скорая охотничья помощь

Как-то был вместе с семьей на охоте в Алайской долине. Вдруг приходит какой-то чабан: «У меня жена рожает, помогите!». Дело ночью, а до ближайшей больницы - 30 километров. Ну сели на мотоцикл. Километров через 10 у женщины отошли воды. Кричит, плачет! Порвал свою фуфайку, обложил ее. Вроде, успели. Вытаскиваем ее из коляски, а малыш наружу показался! Пришлось и роды принять!

В другой раз с сыном возвращаемся с охоты. Стоит у реки другой чабан и рукой машет. «Что стряслось-то?», - спросили, войдя в юрту. Внутри сидит женщина и маленькую девочку качает. Видно, плохо малютке - губки посинели и пальцы. Я: «Что с ней?». А родители сдаются: мол, бог дал, бог взял. Я сыну говорю: «Сгоняй за аптечкой». У меня была гейзерная соль «Карловы Вары», которую я решил дать девочке, догадавшись об отравлении. Накапали мы ей несколько капель, оставили про запас и уехали.

Приходит потом ее отец ко мне и радуется: помогло средство, и девочка поправилась. «Василий, продай чудо-лекарство!», - попросил он. «Не продам!», - отказал я. «Я тебе барашка дам за него!», - предложил чабан. «Нет!», - отказываюсь. «Ну сколько ты хочешь?», - не сдается он. «Рубль шестьдесят!», - весело отвечаю. «Как так?». «Да это красная цена этому лекарству!».

Былое и думы

В общей сложности я за свою жизнь сдал в органы около 600 стволов, изъятых у браконьеров. Ветеран войны и труда, имею грамоту президиума Верховного совета СССР. Но за что мне обидно? В наше время работали будь здоров! Отлавливали у Сары-Челека диких кабанов и выпускали в Чуйской области. Рисковали, конечно. Однажды кабан, вместо того чтобы уйти в горы, бросился на нас. В другой раз у меня на руках умер сотрудник милиции Володя Шелестов. Могли и меня подстрелить.

Делали расселение представителей дикой природы по регионам, вывозили соль-лизунец в горы на подкормочную площадку... У нас был план работы, и мы давали его егерям. Сейчас такого нет. Хозяйства нет. Идет бесконтрольный отстрел животных, все разворовывается, земли распродаются. Больно сейчас наблюдать такое отношение людей к родной земле.