Случится ли в Кыргызстане третья революция? Судя по тому, как протекал 2010 год, подобного исхода событий исключать пока нельзя. Сменив власть, вчерашняя оппозиция так и не сумела (а возможно, попросту, не захотела) решить главные проблемы страны, которые назывались основными причинами свержения прежнего режима. В Кыргызстане все также царствует коррупция, имеет место сговор политических игроков в угоду исключительно своим узким интересам, захватывается частная собственность, а доверие общества к госинститутам, равно как и чувство безопасности, упали практически до нуля. Складывается впечатление, что Кыргызстан движется по заколдованному кругу, в который попал еще в 2005 году после мартовского переворота.
Весна - пора революций
Говорят, что снаряд дважды в одну воронку не попадает. Наверное, это действительно так. Но никакая теория вероятности не помешает ему упасть рядом, как это произошло в апреле 2010 года. Едва в Кыргызстане справили пятилетие «мартовской народной революции», как грянула следующая. И снова - народная.
Участвовал ли в революции народ, вопрос спорный. Часть его участвовала однозначно. Ну а пассивное большинство, которым с удовольствием рулит активное меньшинство, в революции заинтересовано не было. Люди, по большому счету, едва успели приспособиться к режиму Курманбека Бакиева, наметился устойчивый экономический рост, как все в одночасье рухнуло.
По сути, в апреле 2010 года Кыргызстан вернулся к тому, с чего начинал в марте 2005 года. Оппозиция свергала власть под теми же лозунгами. Властью Бакиева были недовольны по тем же причинам, из-за которых президентского кресла лишился его предшественник. К браздам правления страной вернулась практически та же команда, что получала их пять лет тому назад. С той лишь разницей, что самого Курманбека Бакиева, некогда руководившего Народным движением Кыргызстана, уже не было, а состав оппозиционеров пополнился бывшими сторонниками Аскара Акаева.
Новые власти принялись за дело рьяно. По стране, как и пять лет назад, прокатились передел собственности и кадровая чехарда. В основном, как водится, пострадали те, кто попал под горячую руку. Тем же, кто был причастен к становлению и укреплению так называемого режима Курманбека Бакиева, за редким исключением, удалось не только сохранить за собой прочные позиции, но и улучшить положение. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на список депутатов и членов правительства. Среди них большое число бывших членов партии «Ак Жол». Спрашивается, а была ли в Кыргызстане революция? Ведь смещение узкого круга лиц без коренного передела элиты, как правило, называют просто и неказисто - переворотом.
Беркут двуглавый
Вопреки ожиданиям некоторых экспертов, Кыргызстан по-прежнему остается в эпицентре столкновения интересов крупных держав. Один из показателей тому - ситуация вокруг американской авиабазы, переименованной прежними властями в Центр транзитных перевозок. Предполагалось, что после смены власти официальный Бишкек будет вынужден показать янки на дверь. Этого не произошло, что связывается с влиянием Запада на окружение президента переходного периода и саму Розу Отунбаеву. Вполне вероятно, база останется на прежнем месте, по меньшей мере, до окончания срока ее правления. Что будет потом? Очевидно, американцы найдут способ оставить ЦТП под Бишкеком. Тем более, заинтересованность в этом обозначена главой Госдепа США Хиллари Клинтон.
Кыргызские политики, впрочем, продолжают играть на два фронта. Роза Отунбаева, представлявшая на политолимпе республики СДПК, не скрывала, что тяготеет к евроатлантическим партнерам. Это позволило ей увеличить внешний долг страны за счет внушительных заимствований от донорских организаций, где первыми скрипками выступают США и ЕС. Непосредственный лидер партии социал-демократов Алмазбек Атамбаев тем временем активно разыгрывает российскую карту. Он бравирует поддержкой Кремля, не уставая заверять Москву и своих сограждан в том, что именно ее считает главным партнером и союзником для Кыргызстана. С этим посылом, кстати, он вышел на выборы.
Алмазбек Атамбаев оказался не единственным, кто обратился в Кыргызстане к пророссийской риторике. На выборах козырной туз с триколором демонстрировали несколько партий, три из которых, не считая СДПК, впоследствии вошли в парламент. Все это, на первый взгляд, можно назвать успехом российской дипломатии, если бы не одно «но» - рост националистических настроений так называемого «титульного большинства». Некоторые эксперты говорят об увеличивающемся давлении не только на этнических узбеков, но и на русскоязычных граждан, миграция которых на историческую родину стремительно набирает обороты.
Мародеры не сдаются
Для экономики республики этот год, конечно же, совершенно неудачный. Рост, наблюдавшийся в начале 2010-го, сменился резким падением. По разным оценкам, ВВП страны по итогам года сократится на 3,5-5,4 процента. Но в реальности откат назад может быть большим, а упущенные выгоды исчисляются цифрами с девятью нулями. Из-за потрясений и промахов руководства страны во внешней политике бюджет Кыргызстана потерял около двадцати процентов доходов.
Крайне негативное влияние на экономику Кыргызстана оказали политика Казахстана и Таможенного союза в целом. ТС ужесточил режим на границах из-за необходимости снизить поток контрабанды. Эти меры, впрочем, в большей степени ударили не по теневому сектору (контрабандист всегда найдет тайную тропу), а по реэкспорту товаров из Китая, который давал солидные поступления в бюджет горной республики. Официальная Астана, напомним, отметилась закрытием границ с КР. Простой товара на рынке «Дордой» и продукции сельхозпроизводителей привели, по оценкам местных экономических экспертов, к потере около 1 миллиарда сомов.
Примерно в такую же сумму оценивается ущерб, нанесенный предпринимателям мародерами в ходе апрельских событий, которые, как и в марте 2005 года, закончились банальными погромами и разграблением торговых объектов. Как и пять лет назад, некоторые инвесторы принялись выводить капиталы из неспокойной страны. В первые же недели после «революции», по неофициальным данным, из Кыргызстана вывезли несколько миллионов долларов США. Чуть позже удар по экономике нанесло уже временное правительство, затеяв кампанию по национализации. В Кыргызстане ослабло доверие к государству и банковской системе. Ликвидность последней снизилась, а развал «АзияУниверсалБанка» едва не привел к настоящему кризису, поскольку АУБ в последние годы реально претендовал на статус системообразующего.
Огромный удар по экономике нанесли беспорядки в двух крупнейших городах на юге Кыргызстана. В течение нескольких дней только в Оше сожгли или разрушили несколько сотен зданий, включая жилые дома, кафе, магазины и другие объекты бизнеса. Общий ущерб, нанесенный предпринимателям, оценивается в миллионы долларов США. Однако конкретных цифр по Ошу и Джалал-Абаду пока нет.
Потрясения, свалившиеся на Кыргызстан, заставили власти в срочном порядке перекраивать бюджет, увеличив в нем и без того внушительные дыры. Залатать их официальный Бишкек попытался за счет поступлений от международных донорских организаций, увеличивая бремя внешнего долга. Оптимисты полагают, что рост объема заимствований не столь страшен, как его малюют. Пессимисты склонны рассматривать перспективы страны как крайне удачные для новой попытки вхождения в программу HIPC, от которой Кыргызстан гордо воротил нос несколькими годами ранее.
Парламент интриг
Как бы плохо ни было, но Кыргызстан остается восточной страной, где люди все же смотрят в будущее с оптимизмом. С таким же настроением воспринимается и парламентская демократия, разочароваться в которой народ пока не успел. Видимо, все впереди, поскольку даже эта форма правления не сможет решить экономические проблемы и достичь того уровня благосостояния, о котором мечтает среднестатистический гражданин, если к власти не придут толковые и более-менее честные менеджеры. Однако эту категорию граждан к руководящим постам, как правило, не подпускают и на пушечный выстрел. Традиция, однако...
Как долго проживет в Кыргызстане парламентская демократия? На этот вопрос до сих пор нет однозначного ответа. Существуют два противоположных мнения. Часть экспертов полагают, что парламентская форма правления позволит Кыргызстану состояться как государству и даже выведет его на путь успешного развития. Но эта точка зрения основана на выводах от противного. Иными словами, основой ее служит разочарование в президентской форме правления и вполне справедливые опасения, что менталитет «кыргызов во власти» рано или поздно сломает любого государственного деятеля, в руках которого окажутся бразды правления страной. В этом случае, опасаются эксперты, неизбежно произойдет реставрация авторитарного режима, где все влияние сконцентрируется у некой семьи или клана.
Более осторожные оптимисты в среде экспертов полагают, что будущее у парламентской демократии, бесспорно, есть. Но сначала Кыргызстану предстоит пережить непростой период ее становления. К успеху парламентаризма может привести повышение политической и правовой культуры так называемой элиты. Впрочем, кто будет учить ее нормам политправового этикета, пока неясно. Но то, с каким трудом депутатам удалось собрать правящую коалицию, говорит: нынешнему созыву грозят серьезные испытания. Так называемым революционерам пришлось пойти на сделку с идеологическими противниками, которых еще совсем недавно они клеймили как реваншистов и бакиевцев. Вполне очевидно, что мир да любовь между ними - до первой размолвки.
Число пессимистов тем временем растет. Причем не только в среде высоколобых экспертов, но и в народе. Одно из распространенных мнений, озвучиваемых простыми гражданами, далекими от политики, сводится к одной горькой фразе: «Раньше кормили одну семью, теперь придется 120!». Но кормить 120 семей нынешнего созыва, как предполагают те же пессимисты, придется недолго - от полугода до полутора лет. Если, конечно, раньше в Кыргызстане не случится новой революции. Ведь две предыдущие, по сути, в стране мало что изменили...
