Когда мы договаривались о встрече со Станиславой Васильевной Мысковой, пережившей в годы Великой Отечественной войны блокаду Ленинграда, то и не думали, что 84-летняя женщина живет в крохотной комнатке общежития.
Здание постройки 70-х годов, продуваемое всеми ветрами, давно нуждается в ремонте. Темные коридоры и грязные лестницы общежития привели нас на третий этаж.
Станислава Васильевна уже ждала гостей и с порога пригласила к столу. Долго отказывалась от конфет, принесенных нами к чаю. «Ну что вы, не надо, - говорила она. - У меня хорошая пенсия, а вы сами, поди, копейки получаете. Зачем тратились?».
Из удобств в комнате у Мысковой только раковина. Детей ей заменили две кошки, которых она подобрала на улице и долго выхаживала. Муж умер в 90-х.
Кажется, что жизнь постоянно испытывала ее на прочность. Родилась Тася в Брянской области. Вскоре отца раскулачили и отправили в Сибирь. Мама с дочерью уехали в Ленинград. Жить было негде, и Тасю оставили у тети. Только через несколько лет они смогли воссоединиться. «В 7 лет я пошла в ленинградскую школу № 239, - вспоминает Станислава Васильевна. - В ней проучилась до 10-го класса». Все это время Тася переписывалась с отцом. Его как талантливого агронома перевели из Сибири на северо-запад СССР, в район, ранее принадлежавший Финляндии.
«Однажды я решилась поехать к папе. С большими трудностями, не имея паспорта, добралась на поезде до поселения. Там провела чудесное время. Все вокруг цвело. И среди этой красоты и ароматов лета я узнала о начале войны. Нам пришлось ночью быстро собраться и уехать. Уже на вокзале я увидела страшную картину: покореженные от бомбежек рельсы, разрушенные здания, везде дым пожарищ. Мама уже знала о начале войны. Представляете, что ей пришлось пережить? Ведь я была на самой границе. Так я убежала от войны в первый раз», - рассказывает Станислава Васильевна.
«В Ленинграде встретила подругу Милю, она позвала меня на дачу под Гатчину, - продолжает наша собеседница. - Там мы прожили неделю. Как-то пошли в лес, и неожиданно над нами начался воздушный бой. Один самолет упал. Он оказался нашим, но летчики катапультировались. Было страшно. Мы вернулись в Ленинград. Так во второй раз мне удалось избежать смерти».
В августе 1941 года Станислава зашла в школу. Там она увидела объявление: «Все старшеклассники отправляются на рытье окопов». «Нас послали под Петергоф. Мы копали окопы и на носилках выносили землю. Вдалеке фронт - бесконечные всполохи, страшно. Мы и раньше их видели, но не так близко. Однажды начался обстрел: немецкие летчики заметили нашу бригаду. Кого-то ранили. А вечером, как стемнело, нас построили по четыре человека в длинную колонну и приказали бежать. Молча около 20 километров мы бежали до места, откуда должны были выехать в город. Так я убегала от войны в третий раз», - говорит Станислава Васильевна.
В Ленинграде, несмотря на постоянные бомбежки, она продолжала учиться. «Я помню один дом, который разбомбили фашисты. Он был разрушен ровно наполовину. И с одного из этажей свисала железная кровать. Потом в воспоминаниях блокадников я читала об этой кровати», - смеется Станислава Васильевна.
Обстрелы случались все чаще и жестче. «Немцы неделями методически бомбили определенный район города, потом другой, - говорит Станислава Мыскова. - Поняв их тактику, мы не ходили в ту часть Ленинграда, которая обстреливалась».
«Становилось все голоднее. Но в школе ученикам давали горячий мутный суп, - продолжает Станислава Мыскова. - И этот суп с древесной золой был настоящим спасением. Какой же он был вкусный! Иногда на дне можно было найти рисинку».
«Мать отправили на заготовку леса. Иногда она приезжала, хоть это и было очень опасно, привозила талоны на крупу», - рассказывает ветеран.
«Моя подруга Миля перестала ходить в школу, - продолжает Станислава Васильевна. - Вся ее семья медленно погибала. Тогда я рассказала, что в школе дают суп, горячий суп. Мама Мили за это мне дала черную лепешку. Я шла домой и понемногу откусывала от нее. Поделиться лепешкой в то время было неслыханной щедростью. Миля стала приходить в школу, брала там немного супа для мамы. Уже после войны Миля сказала, что я спасла жизнь ей и ее маме. Ведь Милю в школе заметили учителя и помогли ее семье эвакуироваться».
Одним из других ярких воспоминаний для Станиславы Мысковой стало посещение государственного учреждения. «Я не помню, куда нас пригласили на праздник, вроде бы, в какое-то министерство. Всех, кто пришел, группами по 15-20 человек заводили в одну из комнат. Там на столе, покрытом белой скатертью, стояли тарелки с белым кремом. Мы ели его в полной тишине, а потом молча вставали и уходили. А как хотелось еще!», - говорит она.
«В марте 1942-го домой привезли маму. Она умирала, - продолжает Станислава Мыскова. - За 600 рублей на Сенном рынке у летчиков я купила плитку шоколада. Но было уже поздно. Мы лежали с мамой в одной кровати, когда она умерла. Через два дня я отдала последний кусочек хлеба знакомой девочке, чтобы на ее салазках отвезти маму на Пискаревское кладбище. После я слегла. Несколько дней не вставала. Тогда я поняла: если не встану - умру. С трудом, с частыми остановками дошла до школы. Идти было больше некуда. Школа для меня стала всем. В вестибюле ко мне подошел мальчик и спросил: «Вы сестра Мысковой?». Я ответила, что сама Мыскова. Не узнал, потому что я напоминала скелет».
Преподаватели в школе дали талон в столовую. «Может быть, это меня и спасло. В городе открылось 2-3 столовых, на всю школу выдали три талона. Один достался мне. Там я питалась 10 дней. Нам давали первое, второе, даже кашу. Потом я работала патронажной медсестрой, а осенью 1942 года увидела объявление: «Окончившие 10 классов направляются через линию фронта для продолжения учебы». Желающих со всего Ленинграда набралось 40 человек. Ладогу мы переплывали на катерах. Озеро бомбили. Перед нами трижды поднимались столбы воды. Но мне опять повезло, мы добрались до Вологды», - рассказывает Станислава Мыскова.
Там я получила путевку в институт. «Познакомилась с девушкой, родственники которой жили на Иссык-Куле, и мы попросились в Николаевский кораблестроительный институт в городе Пржевальске, - говорит Станислава Васильевна. - Но приехав в Киргизию, я передумала и поступила в педагогический».
Станислава Васильевна убеждена: у каждого в жизни должна быть цель. «У меня была. Я должна была выполнить просьбу матери. «Учись!» - всегда говорила она. Это меня и спасло», - считает ветеран.
