«Ведомости»: Российские компании инвестируют в беднейшую экономику Центральной Азии – в Таджикистан

Российские инвестиции в таджикскую энергетику будут расти, если только позволят местные чиновники. А пока страна живет на заработок мигрантов, работающих в России.

«Добро пожаловать, дорогие китайские друзья!» — этот плакат увидел премьер Михаил Фрадков, спускаясь с трапа самолета в Душанбе. Туда премьер прилетел на заседание глав правительств Шанхайской организации сотрудничества. ШОС образована в 2001 году, в ее составе Россия, Китай, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан.

У входа на государственную дачу, где проходило заседание, рядом с надписью «ШОС — реальный фактор обеспечения мира и безопасности в регионе» тоже висел стенд, провозглашающий важность сотрудничества между двумя странами. А по всему городу стояли щиты «Да здравствует дружба народов Таджикистана и Китая!». Китайцы же заняли все лучшие места в гостиницах, а части российской делегации пришлось жить на загородной турбазе, напоминавшей заброшенный пионерлагерь.

Не то чтобы Россию здесь не ждали — просто премьер Госсовета Китая Вэнь Цзябао приехал в Душанбе с официальным визитом, а Фрадков — просто в гости. Пока для Таджикистана, самого бедного государства в СНГ, Россия важнее любой другой страны. В стране живет 7 миллионов человек, а 1 миллион работает в России. От присылаемых ими своим семьям денег таджикская экономика зависит почти как российская от нефти.

В 2005 году мигранты официально перевели на родину, по данным Международного валютного фонда (МВФ), $247 миллионов. Реальный объем пересылаемых мигрантами денег, по оценке ЕБРР, — около $1 миллиард (половина ВВП страны), а 92 процента переводов — из России. «В стране стало слишком много долларов», — говорит душанбинский юрист Фархад. Вопреки надежде ЕБРР эти деньги тратятся на текущее потребление и хранятся «под подушкой», а не инвестируются. Благодаря переводам потребление многих семей в 3-4 раза превышает их официальные доходы, говорит Фархад.

Доходы от алюминия, который обеспечивает половину экспортных поступлений, вдвое ниже, чем от мигрантов: $550 миллионов в 2005 году. На втором месте — экспорт хлопка. Все предприятия этих отраслей напрямую или через родственников высокопоставленных чиновников контролируются государством. Фондового рынка и банковской системы как таковых нет. Зато нет проблем с инфляцией (в 2005 году — 7 процентов) и рождаемостью: за последние 15 лет население выросло на 30 процентов. Рождаемость, правда, мешает бороться с бедностью — по расчетам МВФ, 63 процента населения живут меньше чем на $2 (по паритету покупательной способности) в день.

Доля России в прямых иностранных инвестициях (ПИИ) менее заметна, чем в переводах мигрантов. В 2005 году Таджикистан получил $54,5 миллиона ПИИ, из России — всего 5 процентов этой суммы, подсчитало таджикское Минэкономики. Но инвестиций из России будет больше: РАО ЕЭС достраивает Сангтудинскую ГЭС—1 (на это понадобится почти $600 миллионов). «Русал» инвестировал $50 миллионов в достройку Рогунской ГЭС, хотя проект еще в подготовительной стадии, и строит пятизвездочный отель в Душанбе. В бюджете «Газпрома» на 2006 год предусмотрено $6 миллионов на создание совместного с правительством Таджикистана нефтегазового предприятия. «Лукойл» готов построить в Душанбе текстильное предприятие, гипермаркет, деловой центр, обещая привлечь $1 миллиард инвестиций, говорится в правительственных материалах к визиту.

Предложения «Лукойла» уже полгода изучают в таджикском Минэкономики. «Мегафон» владеет контрольным пакетом оператора ТТ mobile, а «Вымпелком» в конце 2005 года купил за $12 миллионов контрольный пакет таджикской компании «Таком». Московский застройщик «Жилкапинвест» вкладывает $41 миллион в строительство элитного дома в Душанбе.

Кто в нем будет жить, непонятно. Средняя ежемесячная зарплата в 2005 году — $25,3. Этих денег хватает, например, на покупку мобильного телефона, а на разговоры — нет. Водитель такси в Душанбе мастерски укладывается в 9,5 секунды (10 секунд — бесплатно) и за 5-6 звонков выясняет, что хотел сообщить ему друг.

Российские компании обратили внимание на Таджикистан только в последние годы, отмечает директор департамента Минэкономразвития Виктор Спасский. Во-первых, у них появились деньги, а во-вторых, таджикская экономика растет, говорит он. В 2000-2004 годах ВВП страны ежегодно прибавлял больше чем по 10 процентов, а в 2005-2006 годах — примерно по 8 процентов. «Наша активизация [в Таджикистане] — прагматический подход», — говорит Спасский. Больше всего компании интересует гидроэнергетический потенциал Таджикистана (пока реализован на 5 процентов) и запасы полиметаллов. «Это растущий рынок: не придем мы — придут китайцы, которые уже дали правительству три кредита на $600 миллионов», — уверен Спасский.

Энергетическая тема стала одной из главных и на встрече глав правительств ШОС. Нужно создавать условия для доступа членов ШОС к энергосетям, строить газотранспортные коридоры и магистральные энергосистемы для передачи избыточной энергии таджикских и киргизских ГЭС в страны Центральной и Южной Азии, считает российский премьер. Фрадков предложил создать международный центр по проектированию атомных энергостанций, производству и поставкам ядерного топлива. Пока это планы, но «ШОС состоялся как экономический и политический альянс», уверен казахский премьер Даниал Ахметов.

http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2006/09/18/112737