«МиК»: Одержать победу в войне с терроризмом невозможно

По прошествии почти пяти лет можно сказать, что «война с терроризмом» оказалась ложной метафорой, приведшей к обреченной на провал политике. Вводящая в заблуждение фигура речи была использована для развязывания настоящей войны на нескольких фронтах, включая Ирак, Газу, Ливан, Афганистан и Сомали. Погибли тысячи невинных людей, что вызвало гнев миллионов во всем мире.

 

Однако ослабить «Аль-Каиду» так и не удалось, что показал недавний план взорвать направляющиеся в США коммерческие рейсы из Лондона. Его осуществлению помешала бдительность британских разведывательных служб. Однако ясно, что этот заговор далеко не последний, считает Джордж Сорос, известный финансист, оппонент внешней политики Джорджа Буша, автор книги «Век ошибок: последствия войны с терроризмом».

 

Поясняя свои взгляды на ситуацию в этой сфере, он заявляет: «К сожалению, американская общественность слепо приняла метафору войны как очевидную реакцию на 11 сентября. Действительно, даже сейчас, когда широко признается, что вторжение в Ирак было ошибкой, «война с терроризмом» остается рамкой, под которую подгоняется американская политика. Большинство политиков-демократов также поддерживают ее из страха прослыть нерешительными в вопросах обороны».

 

Но продолжающаяся поддержка войны с терроризмом не делает ее менее обреченной на провал. По своей природе война приводит к невинным жертвам, что еще более вероятно, когда она ведется против террористов. Смерть, ранения и унижение простых людей вызывают гнев и возмущение среди их семей и общества, что в свою очередь усиливает поддержку терроризма.

 

Более того, слово терроризм является обобщением, использующимся в отношении всех политических движений, прибегающих к террористической тактике. «Аль-Каида», «ХАМАС», «Хезболлах», суннитское повстанческое движение и «армия Махди» в Ираке очень отличаются друг от друга, но глобальная война с терроризмом Джорджа Буша не дает нам возможности делать различия между ними и использовать соответствующий подход в отношении каждого их них. Она сдерживает необходимые переговоры с Ираном и Сирией — государствами, поддерживающими террористические группировки.

 

В то же самое время, как продемонстрировали британцы, с такими группами, как «Аль-Каида», легче всего справляться при помощи хорошей работы разведывательных служб. Акцент на военных действиях в ходе войны с терроризмом только усиливает его угрозу и усложняет работу разведывательных агентств. Усама бен Ладен и Айман аль-Завахири все еще находятся на свободе, и необходимо сосредоточиться на их поимке.

 

И, наконец, война с терроризмом вбивает клин между «нами» и «ними». Мы — невинные жертвы, они — злоумышленники. В то время как мы, похоже, не замечаем, что мы также становимся злоумышленниками в процессе, это замечает остальной мир — разница в восприятии, серьезно подорвавшая международную репутацию и статус Америки.

 

Вместе взятые, эти факторы говорят о том, что одержать победу в войне с терроризмом невозможно. Наоборот, бесконечная война против невидимого врага наносит огромный вред не только нашему авторитету и престижу в мире, но также нашему собственному обществу. Она привела к опасному расширению полномочий исполнительной власти, запятнала нашу приверженность универсальным правам человека и сдержала критический процесс, лежащий в основе открытого общества. Она также стоила нам много денег. Что более важно, война с терроризмом отвлекла наше внимание от других срочных дел. Например, завершение работы, начатой в Афганистане, предотвращение надвигающегося глобального энергетического кризиса и решение проблемы распространения ядерного оружия.

 

В условиях ослабления международного влияния Америки мир рискует оказаться в порочном кругу эскалации насилия. Этого можно избежать, только если американцы откажутся от войны с терроризмом как от ложной метафоры.

 

Если мы продолжим сегодняшний курс, ситуация будет только ухудшаться. Это является испытанием не нашей воли, но нашего понимания реальности. Больно признавать, что наши проблемы порождены нашими же неправильными представлениями. Но отказ признать это будет еще более болезненным в долгосрочной перспективе.

 

Исследовательская служба Конгресса США, ссылаясь на более ранние публикации Государственного Департамента США, опубликовала доклад под названием «Тенденции в развитии терроризма: 2006», в котором указываются особенности динамики развития террористических групп и организаций по всему миру, сообщает Washington Profile. В докладе перечисляются следующие факторы:

 

1. В террористических структурах по всему миру отмечается рост числа участников, ведущих свою деятельность на рядовом  уровне. Побуждаемые пропагандой, распространяемой в Интернете радикальными исламистскими духовными лидерами и арабоязычным телевидением, и исходя из того, что большинство лидеров «Аль-Каиды» было уничтожены, что значительно ослабило центральное руководство группы, все большее количество независимых участников примыкают к рядам террористов. Фактически происходит децентрализация международных террористических организаций. В докладе указывается, что большинство террористических актов исполняется либо ячейками, либо отдельными лицами. Летальность атак в данном случае ниже, но индивидуальных участников отследить намного труднее, чем членов централизованной террористической структуры.

 

2. Террористические группы по всему миру стали использовать более утонченные методы деятельности. Они пользуются международными потоками информации, финансов и идей. Террористы также в значительной мере усовершенствовали технический аспект своей деятельности в области планирования, коммуникаций, пропаганды и выбора целей для последующих атак.

 

3. Террористические организации активно сращиваются с международными криминальными структурами. Как и криминальные организации, они используют одинаковую систему доставки, транспортировки и перемещения финансовых средств.

 

4. Рост количества террористических актов, совершенных смертниками, является еще одной новой тенденцией в развитии современного терроризма. Кроме того, в докладе указывается на прямую связь между военной кампанией, проводимой США в Ираке, и ситуацией в области международного терроризма. Почти треть всех террористических актов, совершаемых в мире, приходится на Ирак.

 

5. Другим фактором является уменьшение масштабов государственного спонсирования международного терроризма и улучшение в области межгосударственного сотрудничества по борьбе с международным терроризмом. Как указывается в докладе, единственными странами, до сих пор поддерживающими терроризм, являются Иран и Сирия. Куба и Северная Корея отнесены к странам, не сотрудничающим в области борьбы с международным терроризмом. Саудовская Аравия заслужила особую похвалу со стороны авторов доклада. Согласно докладу, благодаря операциям, проведенным правительством Саудовской Аравии, были захвачены или уничтожены 26 разыскиваемых международных террористов. Вклад Пакистана оценивается еще более высоко, так как благодаря усилиям его правительства были захвачены или уничтожены сотни международных террористов. В докладе указывается, что в отличие от предыдущих лет, Ливия и Судан продемонстрировали готовность к сотрудничеству в области борьбы с международным терроризмом.

 

Институт Предотвращения Терроризма также опубликовал доклад, в котором проанализированы тенденции в развитии терроризма за последние четверть века (с 1980 по 2005 год). Авторы доклада подсчитали, что взрывные устройства (бомбы) были и остаются наиболее популярным оружием террористов. В общей сложности, с помощью бомб было произведено 57 процентов от общего числа терактов, причем в некоторые годы «бомбовая составляющая» была еще выше. К примеру, в 1999 году с помощью взрывчатки было осуществлено 70 процентов терактов.

 

На втором месте по степени любви боевиков — огнестрельное оружие, применяемое для обстрела мирных жителей, военнослужащих, полицейских. Однако частота его использования резко варьируется в зависимости от года и региона, в котором действуют террористы. В 1999 году террористы использовали пистолеты, винтовки, автоматы, пулеметы в 7,5 процента случаев, в 2005 году — в 30 процентах. Наиболее часто подобное оружие используется на Ближнем Востоке (56 процентов) и в Юго-Восточной Азии (12 процентов).

 

На третьем месте — похищения, на долю которых приходится примерно 7 процентов террористических атак. Наиболее часты они на Ближнем Востоке, в Латинской Америке и Азии, причем отмечено два пика популярности киднеппинга: в начале 1980-х годов и в середине 1990-х. Похищения стали «визитной карточкой» террористов, действующих в Ливане и Колумбии.

 

На четвертом месте — теракты, осуществляемые самоубийцами. В последние годы самоубийцы проводят 5–7 процентов всех террористических акций, в 1980-е - 1990-е годы популярность этого метода убийства была намного ниже и не превышала 2–3 процентов. Особенно часто подобные нападения организуют исламисты и тамильские экстремисты.

 

На пятом месте оказались поджоги, осуществляемые экстремистами. На их долю приходится 3,7 процента от общего числа инцидентов. Популярность «коктейля Молотова» имеет странную природу: в 1999 году террористы организовали масштабную серию поджогов и взрывов зажигательных бомб в Испании и Турции, на долю рукотворных пожаров пришлось 65 процентов от общего числа терактов, осуществленных в этих странах. Бутылки с зажигательной смесью особо популярны у «экологических террористов», выступающих в защиту окружающей среды, которые атакуют нефтяные объекты, скотобойни. 

 

В докладе также указывается, что в 2002–2003-е годы террористы провели рекордно много политических убийств; что количество случаев захвата заложников и угона пассажирских самолетов снижается с середины 1990-х годов; наиболее часто террористы атакуют полицейских, правительственные учреждения и мирных жителей.

 

Международный терроризм, направленный против иностранных граждан и объектов, наиболее распространен на Ближнем Востоке (66 процентов всех зафиксированных инцидентов). На втором месте — Южная Азия (14 процентов), на третьем — Западная Европа (7 процентов). На долю Восточной Европы приходится лишь 2 процента от общего числа атак, на долю Центральной Азии — 1 процент. В свою очередь, табель о рангах «местных» террористов (локальные группировки, действующие внутри и против одного государства) выглядит несколько иначе: Ближний Восток — 61 процент, Южная Азия — 18 процентов, Юго-Восточная Азия и Океания — 9 процентов. Здесь на долю Восточной Европы приходится 3 процента инцидентов (равный с Латинской Америкой результат).

 

Как относятся к глобальной войне с терроризмом рядовые американцы?

 

35 процентов американцев, опрошенных телекомпанией CBS, уверены, что глобальную войну с терроризмом выигрывают США и их союзники. 41 процент жителей США придерживаются мнения, что чаша весов ныне не склоняется ни на одну сторону. 20 процентов убеждены, что успех сопутствует террористам. Впервые подобный опрос был проведен в начале 2000 года. За это время были заметны определенные колебания, однако пропорции изменились достаточно мало: в победе США традиционно были убеждены от 31 до 52 процентов американцев (последний рекордно высокий результат был показан после взятия Багдада и окончания «правильной» войны в Ираке), в победе террористов — от 9 (тогда же) до 20 процентов.

 

Американцы также убеждены в том, что теракты на территории США неизбежно произойдут. 17 процентов считают, что это «очень вероятно», 47 процентов — «вполне вероятно». Лишь 6 процентов опрошенных видят будущее исключительно в розовых тонах. Любопытно, что примерно схожие ответы были даны на вопрос «Как Вы оцениваете способность властей США защитить своих граждан от будущих террористических атак?». 17 процентов полностью убеждены в адекватности и успешности властей, 51 процентов — убеждены в значительной степени, а 6 процентов — в успешные действия властей не верят.

 

При этом большинство американцев продолжают беспокоить, не успехи властей страны в борьбе с террором, а ограничения прав и свобод жителей США. К примеру, ныне 39 процентов жителей Соединенных Штатов в наибольшей степени волнует, что власти недостаточно активно борются с террором, а 46 процентов — что власти попирают гражданские права граждан. 

 

Опрос журнала Newsweek, в свою очередь показал, что половина американцев считают, что США ныне лучше защищены от атак террористов, чем до терактов 11 сентября 2001 года. Почти столько же — 47 процентов — убеждены в обратном.

 

В свою очередь, агентство Zogby International задало вопрос: «Стоит ли США начать прямые переговоры с такими группировками, как «Аль-Каида», «Хамас», «Хезболла» и т.п.?». 30 процентов американцев считают, что переговоры начинать стоит, 60 процентов — категорически против этого. Как правило, в поддержку переговоров выступают люди, называющие себя либералами. Консерваторы, наоборот, эту идею отвергают. Любопытно, что лишь 16 процентов опрошенных считают, что если подобные переговоры будут начаты и сторонами будет подписано какое-то соглашение, то благодаря этому будет обеспечен мир.

 

Наиболее распространенные мифы о терроризме «Аль-Каиды»

 

Марк Сейджмэн — независимый эксперт по вопросам терроризма, основатель фирмы «Сейджмэн консалтинг», старший научный сотрудник Института внешнеполитических исследований в Филадельфии и старший научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне. В 1973 году Марк Сейджмэн окончил Гарвардский университет, а в Нью-Йоркском университете получил докторские степени по медицине и политической социологии.

 

Нижеследующее исследование Марка Сейджмэна, которое опубликовал электронный журнал Государственного департамента США, было впервые опубликовано под названием «Изучение террористических сетей». В выборку, использованную в этом исследовании, вошли члены «Аль-Каиды» из стран Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии, Северной Африки и Европы. Марк Сейджмэн представил свои результаты на слушаниях в Национальной комиссии по расследованию причин и обстоятельств террористических атак на США и в настоящее время консультирует по вопросам терроризма различные государственные агентства.

 

Нынешняя волна террористических актов, совершаемых террористами-самоубийцами из «Аль-Кийды», не поддается легкому объяснению. В результате появилось множество мифов, которые оказывают влияние на распространенные мнения об этой разновидности терроризма. Приведенные ниже высказывания основываются на биографических данных о более чем 400 террористах, связанных с «Аль-Каидой», и ставят под сомнение общепринятую точку зрения.

 

Миф: терроризм происходит от бедности

 

Реальность: подавляющее большинство террористов из данной выборки являются представителями твердо стоящего на ногах среднего класса, а их главари и вовсе происходят из обеспеченных слоев населения, занимающих высокое социальное положение. Это справедливо для большинства политических движений, включая террористические, и «Аль-Каида» не является исключением. Хотя «Аль-Каида» оправдывает свою деятельность утверждениями о том, что она якобы защищает интересы малоимущих братьев, ее связь с бедными является, по меньшей мере, неубедительной.

 

Миф: террористы — это наивные молодые люди

 

Реальность: средний возраст тех, кто вступает в террористические организации, составляет примерно 26 лет. Это молодые взрослые мужчины, полностью ответственные за свои действия. Однако, возможно, вследствие растущей значимости Интернета средний возраст террористов понижается: в нем они сталкиваются с мифами об «Аль-Каиде», которые вдохновляют некоторых из них на совершение террористических актов от ее имени. За последние два года средний возраст арестованных террористов, связанных с «Аль-Каидой», снизился примерно до 22 лет.

 

Миф: медресе — исламистские школы-интернаты, проповедующие ненависть к Западу, — ведут «промывку мозгов» молодых мусульман, превращая их в террористов

 

Реальность: только 13 процентов террористов из моей выборки посещали медресе, и такая практика распространена в основном в Юго-Восточной Азии, где два директора медресе — Абдулла Сунгкар и Абу Бакар Баасийр — сформировали из своих лучших учащихся костяк террористической организации «Джамаа исламия» — индонезийского филиала «Аль-Каиды». Это означает, что 87 процентов террористов из выборки получили светское образование.

 

Миф: ислам делает молодых мусульман более радикальными, превращая их в террористов и экспортируя насилие из мусульманских стран на Запад

 

Реальность: подавляющее большинство террористов «Аль-Каиды» из выборки происходят из семей, придерживающихся весьма умеренных религиозных взглядов. На самом деле 84 процента террористов превратились в радикальных исламистов уже на Западе, а не в странах своего происхождения. Большинство приехали на Запад для учебы и в тот момент не собирались становиться террористами. Еще 8 процентов приходится на долю христиан, принявших ислам, которые не могли подвергнуться «промывке мозгов» в той культурной среде, в которой они находились.

 

Миф: террористы из «Аль-Каиды» плохо образованы и вступают в «Аль-Каиду» из невежества

 

Реальность: примерно две трети террористов из выборки посещали колледж, что резко контрастирует с ситуацией в общинах их происхождения, где аналогичный показатель составляет менее 10 процентов. Несмотря на свою образованность, эти люди мало знали о религии, но изучали инженерное дело, что сделало их вдвойне опасными. Иными словами, благодаря своей относительной необразованности в религии, они стали особенно уязвимыми перед пропагандой радиального ислама, одновременно обладая навыками изготовления бомб.

 

Миф: террористы-самоубийцы из «Аль-Каиды» — это неженатые мужчины, не несущие семейных обязанностей

 

Реальность: некоторые утверждают, что отсутствие у молодых мусульман-мужчин возможностей для удовлетворения своих сексуальных потребностей трансформирует их сексуальную фрустрацию в самоубийственный терроризм. На самом деле три четверти террористов из «Аль-Каиды» женаты, а две трети из них имеют детей.

 

Миф: террористы из «Аль-Каиды» вступают в эту организацию из отчаяния, потому что не обладают профессиональными навыками, пользующимися спросом на рынке

 

Реальность: примерно 60 процентов террористов «Аль-Каиды» из выборки имеют профессиональную или полупрофессиональную подготовку. Однако такое положение дел меняется: новое поколение террористов становится моложе и, соответственно, обладает меньшими профессиональными навыками по сравнению с предыдущим поколением.

 

Миф: террористы из «Аль-Каиды» — обыкновенные уголовники

 

Реальность: очень немногие террористы «Аль-Каиды» имеют уголовное прошлое. Ни один из 19, совершивших теракты 11 сентября 2001 года на территории США, не был уличен в совершении каких-либо преступлений. Однако такое положение дел меняется, особенно в Западной Европе, поскольку новобранцы «Аль-Каиды» являются представителями «отверженного» поколения, вынужденными совершать мелкие преступления или торговать наркотиками, чтобы свести концы с концами.

 

Миф: террористы из «Аль-Каиды», особенно самоубийцы, являются безумцами или страдают психическими расстройствами

 

Реальность: данная выборка характеризуется почти полным отсутствием психических расстройств. Это принципиальный момент, поскольку люди с психическими расстройствами обычно быстро «отсеиваются» из любой тайной организации по соображениям безопасности.

 

Миф: террористов из «Аль-Каиды» вербуют харизматические лидеры, которые ведут охоту на одиноких, уязвимых жертв

 

Реальность: вербовка в «Аль-Каиду» велась среди друзей и родственников террористов, а не силами специальных вербовщиков. Примерно две трети выборки дружили до того, как впервые задумались о вступлении в ту или иную террористическую организацию. Их умонастроение стало более «радикальным» в группе, и они коллективно решили вступить в «Аль-Каиду». Лучшим примером в этом смысле является гамбургская группировка, которая руководила операцией 11 сентября 2001 года. Восемь друзей решили объединиться и вместе отправились в Афганистан двумя партиями. Те, кто входил в первую партию, позднее стали пилотами захваченных самолетов, а во вторую — членами группы поддержки. Девятый член группировки вступил в нее из родства. Их близкие родственники, отцы, братья или двоюродные братья уже являлись членами «Аль-Каиды». Они просто «воссоединились» со своими семьями.

 

http://www.yandex.ru/redir?dtype=newssubs&aid=1030