В Центральной Азии продолжается борьба за ресурсы, рассказывает,

В последние недели государства Центральной Азии и их лидеры развернули такую внешнеполитическую активность, что впору говорить об «осеннем обострении» борьбы за перспективные среднеазиатские энергоресурсы. Верные избранной тактике «многовекторности» во внешней политике, руководители Туркменистана и, в меньшей степени, Казахстана, использовали имеющиеся политические площадки для раздачи векселей претендентам на свои газовые ресурсы.

Туркмению вполне закономерно не устраивает тот факт, что Газпром продает ее газ Украине по $100 за тысячу кубов, а российский направляет в Европу по $300. И Ашхабад использует все дипломатические возможности для обострения ценового вопроса. Точно так же желание повысить цены на свой газ высказывают и руководители Казахстана. Хотя позиция Астаны в вопросах диверсификации транспортных коридоров сдержаннее.

Тем не менее постоянно декларируемая Астаной, как и Ашхабадом, приверженность укреплению энергетического сотрудничества с Россией – не просто декларация. Судя по последним событиям в районах, непосредственно примыкающих к Каспийскому региону, решения о путях транспортировки нефти и газа центральноазиатским государствам необходимо принимать, исходя из общего политического контекста.

В этом контексте проект Транскаспийского газопровода выглядит отнюдь не предпочтительно. Ставшие недавно достоянием общественности планы США по расчленению Ирака с выделением независимого государства Курдистан вполне могут превратить обширный регион проживания этнических курдов в зону серьезного вооруженного конфликта. Это подтверждается планами Турции начать военную операцию против курдов, базирующихся в северном Ираке. Конфликт может принять затяжной характер, существенно увеличив риски не только гипотетических проектов вроде ТКГ или Nabucco, но и существующих маршрутов: Баку – Тбилиси - Джейхан, трубопроводы из Ирака и Ирана в Турцию.

Получается на редкость дружное сочетание негативных факторов политического, экономического, ресурсного плана, девальвирующих саму идею прокладки дорогостоящего газопровода по дну Каспия. И прямо противоположная картина в оценке перспектив Прикаспийского газопровода, решение о строительстве которого приняли лидеры России, Казахстана и Туркменистана в мае 2007 года.

Не стоит недооценивать и геополитической значимости проекта. Именно это обстоятельство и заставляет западных потребителей газа столь настойчиво проталкивать альтернативные проекты в обход России. Реализация проекта Прикаспийского газопровода означает возникновение де-факто региональной версии так называемой «газовой ОПЕК», которая сможет диктовать условия поставок газа европейским потребителям.

Игорь Томберг, ведущий научный сотрудник Центра энергетических исследований ИМЭМО РАН.