О продаже российской газеты «Коммерсант» рассуждает

То, что «ИД Коммерсант» будет продан, стало очевидно еще в феврале этого года, сразу после того, как Борис Березовский передал активы своему партнеру Бадри Патаркацишвили. Сначала переговоры о покупке «Коммерсанта» вели «структуры Романа Абрамовича», потом к изданию проявили интерес две государственные компании — «Газпром» и РАО РЖД. Довольно быстро именно компания Владимира Якунина стала главным и почти безоговорочным фаворитом. На РЖД как на будущего владельца прямо намекали сотрудникам «Коммерсанта» высокие кремлевские начальники, а в медиаподразделениях железнодорожной компании уже делили коммерсантовские должности. И это при том, что РЖД в качестве медиаигрока никто всерьез не воспринимал: активы компании в этой сфере составляют газета «Гудок» и журнал «Саквояж СВ» — бюллетень, распространяемый в вагонах.

Однако время шло, а «Коммерсант» продолжал оставаться у прежних хозяев. От притязаний на покупку уже прямо отказались и «структуры, близкие к Роману Абрамовичу», и «Газпром-Медиа». Затихли и представители РЖД. Летом появились слухи о покупателе в лице «Альфа-Групп», но тут же и ушли.

И вот история с продажей «Коммерсанта» завершилась внезапно и сенсационно. Покупателем ИД оказался человек, имя которого не фигурировало ни в аналитических записках специалистов, ни среди множества слухов, — гендиректор Газпроминвестхолдинга и стальной магнат Алишер Усманов.

Алишер Усманов — фигура в российском бизнесе заметная. Основное место его работы — компания Газпроминвестхолдинг, 100−процентная дочка «Газпрома», которая занимается непрофильными (не связанными с добычей и транспортировкой газа) активами. Однако параллельно Алишер Усманов — владелец двух крупнейших в России ГОКов, Лебединского и Михайловского, Оскольского электромагнитного комбината (ОЭМК) — самого современного в стране, а также компании «Уральская сталь», входящей в восьмерку сталелитейных компаний страны. За счет контроля над крупнейшими предприятиями по добыче руды он сегодня, пожалуй, самый значительный игрок на рынке черной металлургии.

Вне черной металлургии бизнес-активность Усманова незначительна, и никаких активов в медиасфере у него до сих пор не было. Покупка «Коммерсанта» в этом контексте выглядит неожиданно. Впрочем, «Коммерсант», кроме всего прочего, тоже бизнес. Ведь он остается одним из наиболее успешных проектов в отечественном медиабизнесе. Его рентабельность соответствует верхней рыночной границе, в России по пальцам можно пересчитать издания с такими показателями. А с учетом выручки за прошлый год в $61 миллион «Коммерсант» входит в пятерку крупнейших издательских домов страны.

Однако в последнее время компания несколько сдала бизнес-позиции. По данным TNS Gallup Media, с лета 2005 года показатели средней аудитории одного номера газеты «Коммерсантъ» и журналов «Деньги» и «Власть» снижаются.

Впрочем, опрошенные нами эксперты сходятся во мнении, что у ИД «Коммерсант», несмотря на отдельные сложности, есть перспективы, а сложности скорее носят временный характер. Во-первых, за последние полгода, когда ИД находился в состоянии ожидания продажи, менеджментом никто особенно не занимался. Теперь же многое из упущенного можно довольно быстро наверстать. Кроме того, по мнению директора департамента по медиапроектам группы «Промсвязькапитал» Василия Гатова, бизнес-показатели можно улучшить, если закрыть журнал «Власть», который, скорее, распыляет ресурсы ИД — деньги по сравнению с другими проектами он приносит небольшие, а «с точки зрения рыночного позиционирования ничего не дает, для этого у него слишком низкий тираж». Если журнал закрыть, контент газеты «Коммерсант» станет разнообразнее, и туда или в «Деньги» может пойти значительная часть рекламы.

Есть резерв для роста и у самой газеты. Даже по самым приблизительным подсчетам, потенциальных читателей у «Коммерсанта», по крайней мере, в два раза больше.

С учетом динамично растущего рекламного рынка, лидирующих позиций коммерсантовских изданий, наличия новых проектов, недвижимости и определенной премии прозвучавшая в прессе рыночная стоимость ИД «Коммерсантъ» в $200 миллионов может быть адекватной.

Какая бы сумма в действительности ни была заплачена за «Коммерсант», она в любом случае либо неоправданно завышена, либо предельна с точки зрения бизнеса. Что, естественно, наводит на мысль о политической составляющей сделки (весьма показательны слухи, что разницу между рыночной и реальной ценой доплатил кто-то третий).

Чем ближе 2008 год и уход Путина с поста президента, тем сложнее становятся взаимоотношения конкретных людей и групп во власти. В 2008–2009 годах будет выстраиваться новая конфигурация этой самой власти, и уже сегодня начинается борьба за то, чтобы оказаться в этой пьесе не на последних ролях. Отсюда и очевидно возросший интерес самых разных игроков к разным ресурсам влияния. В том числе и медиаактивам. И в этом контексте «Коммерсант» действительно имеет дополнительную ценность.