Политику Джорджа Буша по отношению к Северной Корее оценивает

Если о Северной Корее что-либо и известно, так это то, что с ней бесполезно вести переговоры. Ведь президент Клинтон достиг с ней договоренности по ядерному вопросу, а она его обманула и стала тайно производить ядерное оружие, относясь к соглашению как к бесполезной бумажке.

К сожалению, это не так. Поскольку мнение о том, что переговоры сорвались, настолько широко распространено (и формирует нежелание США вести переговоры с Ираном и Сирией - важнейшими игроками, создающими напряжение на Ближнем Востоке), особенно важно разобраться в истинном положении вещей.

В июле президент Буш больше других лидеров порицал пуски ракет КНДР. Но, несмотря на резолюцию ООН, принятие которой стало большим достижением администрации США, Северная Корея продолжает совершенствовать ракетные технологии и производить плутоний.

Господа Клинтон и Буш продемонстрировали хорошие примеры разных подходов к тому, как поступать с недружественными режимами. В случае с первым это был диалог и достижение согласия, а в случае со вторым — конфронтация и изоляция. Давайте посмотрим, как сработали эти подходы.

Северная Корея стала нарабатывать плутоний при Рональде Рейгане и Джордже Буше­старшем. В начале правления Билла Клинтона ее недружественное поведение привело к яростным переговорам, которые завершились подписанием Рамочного соглашения в 1994 году.

В соответствии с ним КНДР получала нефть и ядерные реакторы в обмен на замораживание и последующее сворачивание своей ядерной программы. Республиканцы негодовали, справедливо отмечая, что на самом деле Северная Корея шантажирует США, заставляя их платить за ее «хорошее поведение». Более того, КНДР вскоре начала жульничать, тайно искать обходные пути к обладанию ядерным оружием через обогащение урана.

В 2002 году Джордж Буш, видя, что Рамочное соглашение на пользу тирании, отказался от него. Как ни печально, этот подход сработал еще хуже. Северная Корея возобновила программу наработки плутония и превратила старые тепловыделяющие элементы в ядерные материалы, годные для изготовления полудюжины бомб. Сейчас КНДР каждый год нарабатывает количество плутония, необходимое для изготовления одного заряда.

Итак, каков счет? Путь переговоров, выбранный г­-ном Клинтоном, привел к тому, что за 8 лет его пребывания в Белом доме КНДР не наработала ни грамма плутония (никто всерьез это не оспаривает). И, напротив — за время президентства г­-на Буша она получила достаточно плутония, чтобы начинить 10 зарядов.

А что насчет плутовства Северной Кореи? Оно не связано с получением плутония, КНДР предпринимала попытки обзавестись оборудованием для обогащения урана и, скорее всего, так и не начала обогащать его.

Получаем: ноль ядерных боеприпасов при г-не Клинтоне и плутоний на 10 бомб при г­-не Буше. Хорошая мера того, чей подход лучше.

Вместо того чтобы вести прямые переговоры с недружественными режимами, г-н Буш избрал тактику уговоров посредников: Китая в случае с КНДР и дружественных арабских государств в случае с Сирией. Не вышло, потому что эти посредники не придерживаются линии поведения США и не имеют большого влияния.

Полагаться на Китай нельзя, в частности, потому, что северные корейцы и китайцы относятся друг к другу с неприязнью. Мне говорили, что сразу после пусков ракет КНДР правительство Китая настаивало на безотлагательной встрече, чтобы высказать Ким Чен Иру мнение по этому поводу. Китайцы негодовали, поскольку им пришлось ждать три дня, пока их выслушали.

Проще говоря, нет альтернативы прямым контактам даже с жестокими режимами, подобным тем, которые успешно установил президент Ричард Никсон с Мао Цзэдуном.

Г-­н Буш неоднократно вступал в контакт с одним из одиозных режимов — с Суданом. Он не смог остановить геноцид в Дарфуре, но прекратил войну между севером и югом страны,  которая за 20 лет унесла два миллиона  жизней. Это был триумф г­-на Буша, который стал возможным благодаря неустанным переговорам.

Давайте надеяться, что г­-н Буш пойдет на прямые переговоры с Сирией и даже с Ираном. Они могут оказаться неприятным занятием, но есть доказательства, что они помогают намного лучше, чем их альтернатива.

Публикуется с разрешения The New York Times News Service and Syndicate Co.