Скотт Шейн
События недели перед саммитом в Санкт-Петербурге напомнили собравшимся здесь лидерам о той большой роли, которую играют маленькие группы экстремистов в разжигании конфликтов и управлении миром.
10 июля российские спецслужбы убили Шамиля Басаева, организатора самых ужасающих злодеяний чеченских боевиков. На следующий день в Индии взорвались бомбы, заложенные в битком набитых поездах, унесшие почти 200 жизней. В теракте подозревают кашмирских сепаратистов, хотя это пока не доказано. Следом в Ливане боевики "Хезболлах", взяв пример с палестинцев из ХАМАС, захватили двух израильских военных, спровоцировав ответ Израиля, ввергший регион в очередной кризис.
Экстремисты в разных краях исповедуют общую идеологию воинствующего исламизма, враждебно настроены к Западу и патологически нетерпимы к чужим мнениям. Но события той недели также указывают на то, что понятие "глобальный терроризм" может быть стратегически неверным.
Для боевиков "Хезболлах" статус Кашмира не важен, а чеченские террористы не замечены в подготовке атаки на США. Чеченские и кашмирские сепаратисты воюют из подполья, а "Хезболлах" имеет крупную фракцию в парламенте Ливана и контролирует несколько министерств.
Грегори Тревертон, бывший заместитель председателя Национального совета по разведке при президенте США, говорит, что такие группировки не состав- ляют единого движения, даже если они иногда и заявляют о своих связях с "Аль-Каидой" и ненавидят Америку. Глядя на события второй недели июля, "становится ясно, что нельзя всех подгонять под одну мерку", говорит г-н Тревертон.
Подавляющее большинство террористов преследуют локальные цели, считает политолог из Чикагского университета Роберт Пейп. При подготовке книги "Смерть для победы" он проанализировал действия террористов-самоубийц с 1980 по 2004 год и выяснил, что в 95 процентах случаев их причиной стало возмущение присутствием иностранных войск. Он говорит, что признание исламского терроризма глобальным "выдвигает на первый план религиозные, а не политические цели".
"Ни на секунду не сомневаюсь в том, что эти группировки обмениваются информацией и помогают друг другу деньгами, - продолжает г-н Пейп. - Но движут ими прежде всего отдельные проблемы местного значения. Главное, к чему стремятся террористы, - это контроль над территорией".
Вопреки статистическим данным г-на Пейпа, теракты 11 сентября - самый яркий пример деяний тех, кого президент Буш назвал "террористами глобального масштаба", тех, кто считает свои цели важнее местных споров, кто замышляет массовые убийства, не думая о практических результатах.
Радикализм Осамы бен Ладена основан на территориальных проблемах - присутствии советских войск в Афганистане и американских - в Саудовской Аравии. Но, в конечном счете, для его организации террор стал не средством, а результатом.
Для того чтобы в значительной мере лишить "Аль-Каиду" возможности действовать, потребовались усилия армий и спецслужб Америки и ее союзников во всем мире. Термин "глобальная война с терроризмом" был ясен и полезен для придания кампании амбициозности, обеспечения ее поддержки и привлечения союзников в США и за рубежом.
Редактор консервативного журнала Weekly Standard Уильям Кристол рьяно отстаивает формулировку. "Перед Первой и Второй мировыми войнами были локальные конфликты, - говорит он. - Но это не значит, что не происходило решительной схватки. Многие из этих местных группировок связаны друг с другом".
"В Ираке до нашего вторжения не было джихадистов, - говорит Дэниел Бенджамин, который при Клинтоне был членом Совета национальной безопасности. - Теперь там их тысячи, иракцев и иностранцев, и эта проблема надолго, поскольку многие воспринимают идеи глобального джихада". Он приветствует перемену риторики президента Буша, который отказался от широкого определения противника. "В долгосрочной перспективе мы заинтересованы в постепенной дипломатической ликвидации местных джихадов, которые питают глобальный джихад", - говорит он.
Во времена холодной войны иногда разгорались подобные концептуальные споры. Был ли коммунизм монолитной глобальной угрозой? Или кое-где он был неясным мировоззрением, имел местные отличия часто в зависимости от национальных интересов?
Европейцы часто осуждали американцев за упрощенный антикоммунизм. Американская риторика по поводу войны с террором вызывает подобную критику даже со стороны тех, кто тесно сотрудничает с США в вопросах безопасности.
"Европейцы не принимают концепцию глобального терроризма как стратегическую и политическую идею", - говорит Оливье Руа, французский эксперт по терроризму.
Крупнейшие теракты в Мадриде и Лондоне, проведенные местными ячейками, разделявшими взгляды "Аль-Каиды", не укладываются в схему г-на Пейпа. Г-н Руа утверждает, что с такими группировками лучше всего бороться, помогая мусульманам получить гражданство и участвовать в политической жизни.
"Это прямая противоположность объявлению глобальной войны исламскому терроризму", - говорит он.
