Саммит завершился, вопросы остались. Эксперты об итогах ШОС
В Бишкеке прошел юбилейный саммит Шанхайской организации сотрудничества с участием более 20 лидеров различных стран мира. Присутствующие обсудили ряд тем и подписали множество документов.
Насколько важны принятые решения и сделанные заявления в рамках саммита, проанализировали эксперты.
Дипломатические дивиденды Кыргызстана
Прибывшие в Бишкек президенты иностранных государств высоко оценили уровень проведения саммита, а генеральный секретарь организации Нурлан Ермекбаев отметил, что Кыргызстан блестяще справился с ролью государства — председателя Шанхайской организации сотрудничества. Он заметил, что председательство КР пришлось на юбилейный, 25-й, год ШОС, поэтому страна столкнулась с двойной нагрузкой: в председательстве и организации чествования юбилея «не только мероприятиями праздничного характера, но и содержательной работой».
Политолог Медет Тюлегенов в интервью 24.kg выразил мнение, что само проведение юбилейного саммита в Бишкеке и председательство Кыргызстана в ШОС сыграли в дипломатическом аспекте на руку стране.
«Здесь было много дивидендов, возможности активнее взаимодействовать со всеми членами организации в период подготовки и во время самого саммита. В практическом смысле, может быть, будет где-то и выгода от каких-то институтов, которые будут дальше развиваться в рамках ШОС», — считает эксперт.
Научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Темур Умаров в интервью BBC отметил, что прошедший в Бишкеке саммит — это действительно нерядовое событие.
«Шанхайской организации сотрудничества в этом году исполнилось 25 лет. Конечно, когда собирается такое количество международных лидеров, их было больше 20 в эти дни в столице Кыргызстана, Бишкеке, это действительно событие международного масштаба», — сказал Умаров.
Он добавил, что для Кыргызстана это событие — одно из самых крупнейших в независимой истории страны, а для мировой политики — это одно из главных событий этого года.
Ни к чему не обязывающие встречи
Исполнительный директор Центра стратегических решений «Аппликата» Кубатбек Рахимов в интервью 24.kg отметил, что не может назвать бишкекский саммит прорывом. По его мнению, это был саммит консолидации, а не саммит решений.
При этом он обратил внимание на продвижения по административно-институциональной части: подписано порядка 28 документов, включая протокол поправок к Хартии ШОС 2002 года — базовый документ меняется не так часто.
Кыргызстан получил конкретный институциональный актив по итогам года председательства в ШОС — универсальный центр противодействия вызовам и угрозам безопасности и Антинаркотический центр получили статус постоянных структур, а в Бишкеке открывается подразделение по борьбе с транснациональной преступностью.
Кроме этого, утвержден план развития портов и логистики на 2026–2030 годы, принята концепция региональных дата-центров и ИИ.
«А вот с банком и валютой ожидания действительно не оправдались. Политическое решение о создании банка развития ШОС было зафиксировано еще год назад, в Тяньцзине. В Бишкеке декларация говорит лишь о «прогрессе» переговоров — ни устава, ни капитала, ни даты запуска. Но политическая поддержка второй год подряд не конвертируется в институт. С валютой похожая картина. Единой финансовой архитектуры ШОС себе так и не создала», — сказал Рахимов.
Медет Тюлегенов отметил, что в ШОС возникает много инициатив, но вызывает вопросы то, как это потом реализуется. При этом он выразил мнение, что реализация проектов всегда сложна, особенно когда в организации много членов и у них зачастую разные приоритеты.
Темур Умаров считает, что саммит ШОС не задает какие-либо тенденции, меняющие реальность и ожидать от организации решений, которые изменят ситуацию на всем евразийском пространстве, не стоит.
«Важно понимать, что и сами страны, участвующие в этих мероприятиях, не живут этими ожиданиями. С их точки зрения, Шанхайская организация сотрудничества — это такая очень комфортная среда, в рамках которой можно встречаться друг с другом, общаться с мировыми лидерами. Но ничего важного никто не пропустит, если не прочитает декларацию саммита ШОС, или не прочитает официальные заявления лидеров государств. Там ничего фундаментально нового нет, это все очень-очень поверхностные, всеобъемлющие, расплывчатые заявления, ни к чему не обязывающие», — отметил эксперт.
При этом Умаров выразил мнение, что намного интереснее следить за двусторонними встречами лидеров различных стран для того, чтобы понимать примерно, какие условные договоренности могли быть достигнуты в рамках этих переговоров.
Призывы Моди и молчание по Украине
В ходе прошедшего саммита прозвучали заявления о необходимости мира и прекращения войн. Премьер-министр Индии Нарендра Моди обратился с таким призывом к президенту РФ Владимиру Путину.
Однако эксперты сомневаются, что такие призывы могут привести к концу войны в Украине.
«Но даже сами заявления о мире — тоже важно. Понятно, что интересы стран всегда превалируют над общими. В ШОС, конечно, ситуация непростая, Россия ведет войну, а не так давно были конфликты между Индией и Пакистаном. Премьер Индии сказал, что нам не нужны бесконечные войны, — это тоже определенного рода сигнал. Может быть, и хорошо, что есть такие организации, где можно встретиться и поговорить. Понятно, что эти заявления могут быть как о глухую стену, но в любом случае заявления такого рода тоже нужны. Важно что-то проговаривать, надеясь на то, что это потихоньку будет становиться нормой, потому что сейчас так получилось, что нормой стала война, а не мир», — заметил Медет Тюлегенов.
Кубат Рахимов обратил внимание на то, что в декларацию включили высказывания по Ирану — стороны осудили удары по иранской территории, подтвердил поддержку ее суверенитета, выразили соболезнования в связи с гибелью Хаменеи.
Однако война России против Украины второй саммит подряд не упомянута вообще.
«Это не столько лицемерие, сколько довольно точная карта консенсуса внутри организации: по Ирану он есть, по Украине — нет. ШОС и не задумывалась как механизм прекращения войн между собственными членами или с их участием — это форум с консенсусной логикой принятия решений, а не инструмент коллективной безопасности с обязывающими полномочиями, и ждать от него посреднической роли в вооруженных конфликтах было, наверное, изначально завышенным ожиданием. Саммит эффективен ровно там, где ШОС и раньше была эффективна — институциональное строительство и символическая консолидация к 25-летию. Там, где нужен реальный финансовый или политический прорыв — банк, единая валютная архитектура, позиция по войне с участием собственного члена, — организация в очередной раз показала пределы формата, определяемого консенсусом, а не большинством голосов», — сказал эксперт.
Темур Умаров же считает заявление Моди — одним из самых важных на прошедшем саммите. Он напомнил, что пару месяцев назад обсуждалось примерно такое же заявление президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева. Он, правда, использовал термин «заморозка» и привел в пример ситуацию с Нагорным Карабахом и то, как мирный процесс развивался между Арменией и Азербайджаном.
«Соответственно, это уже не новая тенденция. Нарендра Моди здесь не задает тренд, а, скорее, следует ему и видит, что в рамках ШОС у него есть поддержка, есть страны, которые с ним согласны. Будет ли у этого заявления какой-то эффект, сказать довольно сложно. Я бы здесь был скептически настроен, потому что не думаю, что действия России в войне в Украине отталкиваются от внешнеполитической ситуации. Поэтому я бы здесь не сказал, что после этого заявления можно услышать или увидеть какую-то деэскалацию или улучшение в войне в Украине», — сказал эксперт.
Он также добавил, что большинство стран, входящих в ШОС, возможно, солидарны с Нарендрой Моди, но они придерживаются другой дипломатической тактики и не делают таких заявлений напрямую Владимиру Путину.
Темур Умаров в своем анализе также обратил внимание на то, страны Запада достаточно часто видят в ШОС некую опасность, думая, что участники организации подают какой-то сигнал о потенциальной угрозе.
Он отметил, что в международном информационном поле регулярно встречаются статьи и высказывания различных политиков, которые утверждают, что ШОС в будущем может подвергнуть сомнению нынешний мировой порядок.
«Шанхайская организация сотрудничества не соглашается с таким нарративом. Официально, если мы посмотрим документы, то там не будет никаких заявлений о том, что ШОС хочет поменять мир или каким-то образом изменить глобальный порядок. Наоборот, она встраивается в глобальный порядок. На саммите присутствовал и Генсек ООН, что говорит о том, что ШОС на самом деле не противопоставляет себя нынешнему мировому порядку, а скорее рассматривает себя как часть этого порядка», — сказал эксперт.
Новый председатель — Пакистан
Кыргызстан передал председательство в ШОС Пакистану. Следующий саммит состоится в Исламабаде в 2027 году. Пакистан может использовать председательство для укрепления своего влияния в регионе.
После саммита ШОС в Бишкеке состоялась двусторонние переговоры президента КР Садыра Жапарова и премьер-министра Пакистана Шахбаза Шарифа. Глава Кыргызстана отметил, что страна рассматривает Пакистан как «надежного и приоритетного партнера в Южной Азии». По итогам встречи было подписано 16 двусторонних документов.
Эксперты отмечают, что Исламабад нужен Кыргызстану как ворота в Южную Азию и кратчайший путь к портам Аравийского моря.
