Дэвид Грант: Граждане должны знать, что государственные финансы – это на самом деле их финансы

При анализе любого явления необходим несколько отстраненный взгляд на вещи, как говорят, «со стороны». На вопросы ИА «24.kg» отвечает человек, с одной стороны, достаточно долго проживший в Кыргызстане, с другой – культурно принадлежащий к иному типу людей, бывший глава Международного делового совета, ныне руководитель проекта по реформе государственных финансов Министерства международного развития Великобритании (DFID) Дэвид Грант.

- Дэвид, как вы знаете, недавно трансформировалась структура кыргызского правительства. Как вы думаете, это положительные изменения? 

- За время моего пребывания в Кыргызстане структура правительства менялась несколько раз, поэтому для меня проводимые изменения не представляют интереса. Например, экономику переносили из Минфина в Министерство промышленности, потом вернули обратно, а теперь снова хотят отдать ее в ведение Минпрома. На практике нет никакой разницы в том, какое ведомство занимается экономическими вопросами, так как заработная плата, выплачиваемая государством, является недостаточной, и, кроме того, правительство не в силах создать профессиональную среду для привлечения к работе лучших экономистов.

- На что бы вы обратили внимание, если бы от вас зависели изменения в структуре правительства?

- Я думаю, необходимо уделить внимание именно улучшению работы и повышению уровня профессионализма чиновников. Здесь требуется эффективное руководство сверху. Также необходимо, чтобы высшее руководство республики выказало заинтересованность в этом и ввело соответствующие средства поощрения и правила деятельности для государственных служащих.

Я с большим участием отношусь к чиновникам. Понимаю, что их работа очень сложна в том плане, что к ним постоянно поступают запросы. Документ приходит сегодня – завтра ты должен ответить. Чиновники пытаются профессионально делать свою работу, но у них нет особого стимула. Поэтому они либо получают деньги за какую-то «левую» деятельности, либо теряют всякую мотивацию и просто уходят с работы. Необходимо также установить четкие правила, которым все должны следовать в равной степени, без каких-либо исключений для лиц, имеющих хорошие связи.

В Кыргызстане много прекрасных специалистов. Примером может послужить недавно разработанная Стратегия развития страны, которая намного лучше, чем предыдущие программы, но эксперты-разработчики зачастую уезжают работать за границу либо переходят в частный сектор. Во всех странах правительство должно изыскивать средства, чтобы удерживать квалифицированных специалистов, выплачивая им соответствующую заработную плату, предоставляя льготы и создавая справедливую, профессиональную рабочую среду.  

- Говорят, главная проблема госструктур Кыргызстана – коррупция. Основываясь на своем опыте, вы могли бы предложить эффективные меры по борьбе с ней?

- Коррупция есть везде. И сложно определенно сказать: такие, такие и такие меры спасут от нее. В условиях диктатуры было бы проще. Все эти проблемы можно было бы решить на низком уровне, используя систему контроля. Но в Кыргызстане нет диктатуры. Он считается более свободной страной, в которой власть распылена по всей территории. Ситуацию может изменить только управление сверху. При условии, что сами руководители не будут коррумпированными. И, конечно, надо проводить работу с населением, чтобы изменить его отношение к взяточничеству. Только потом возможно медленное продвижение к цели - полному искоренению коррупции.

Хорошим примером может служить Сингапур. В начале 1960-х в этой стране тоже была повсеместная коррупция. Но новое руководство страны решило кардинально изменить ситуацию. За 30 лет, медленно продвигаясь к своей цели, оно все-таки добилось своего. Сейчас Сингапур – одна из самых «чистых» от коррупции стран. Государство, которое не приемлет взяточничество.

В Кыргызстане есть много областей, к которым применимо понятие «полупрозрачность», то есть люди все понимают, все знают, что коррупция – это плохо. Но в обществе, где человек относятся к взяточничеству как к приемлемому и нормальному явлению, вряд ли что-то изменится.
 
- Что вы думаете о вступлении Кыргызстана в инициативу HIPC?

Экономика в Центральной Азии развивается быстрыми темпами. К примеру, годовой экономический рост Китая и Казахстана составляет 10 процентов в год. В принципе, нет разницы, делает что-либо кыргызское правительство или нет. Кыргызстан, конечно, не развивается так быстро и так стремительно, но все равно развивается. Только за счет того, что республику окружают страны со стремительным ростом экономики.

Ввиду этого страна могла бы сказать HIPC «нет», выплатить свой внешний долг и попасть в долговую яму. Проблема в том, как правительство будет расходовать бюджетные средства: выплатит по займам, повысит зарплату учителям или построит высококачественные дороги?

Я понимаю тех людей, которые задаются вопросом, почему долговое бремя настолько велико и что произошло с полученными кредитами. Большинство займов были взяты на льготных условиях, а также при условии осуществления выплат по очень низкой процентной ставке. Если даже при этом Кыргызстан не может получить возврат с инвестиций, то встает вопрос об эффективности осуществляемого правительством управления заемными средствами. Есть, например, деловые люди, которые берут кредиты под высокие проценты, но, тем не менее, они их отдают, получая прибыль. Почему правительство не может изыскать средства для погашения займов, выданных под гарантию правительства?

- Какова практическая польза проекта DFID «Реформа государственных финансов», которым вы руководите?

- В нем есть два аспекта. Во-первых, это оказание поддержки правительству в совершенствовании системы управления и контроля государственными финансами. А, во-вторых, – оказание поддержки населению в соблюдении подотчетности действий правительства в сфере использования государственных финансов.

В 2006 году правительство страны сделало огромный шаг вперед в сфере управления финансами. К примеру, были представлены новая бюджетная классификация, позволяющая отслеживать расходы через Казначейство; новый формат представления бюджета, облегчающий проведение анализа; и, наконец, двухуровневая система бюджета, способствующая более строгой подотчетности на местном уровне. Следует приветствовать такие изменения.

Но все же граждане должны делать еще больше в этой сфере и помнить, что государственные финансы – это, на самом деле, их финансы (налоговые выплаты и другие сборы). Даже выплаты по внешним займам должны осуществляться за счет поступающих от граждан средств. В связи с ситуацией по вступлению в HIPC могу сказать, в будущем население Кыргызстана должно широко вовлекаться в процесс распределения внешних займов. Люди обязаны знать, стоит ли тратить средства на то, на то или на это. Ведь они будут понимать, что потом необходимо будет по этим займам платить. На все финансовые операции надо смотреть с точки зрения: необходимо ли это стране? Действия правительства должны быть подотчетны населению.

- Некоторое время назад, когда речь заходила о списании внешнего долга, говорили только о программе HIPC. Сейчас появились другие проекты, например, выпустить государственный займ или использовать госпакет акций компании «Центерра». Как вы оцениваете перспективы этих вариантов?

- Нет никакой необходимости сейчас принимать какие-то кардинальные меры по выплате внешнего долга. У правительства есть возможность погасить их из текущих поступлений в бюджет. Продать акции «Центерры» или выпустить государственные займы – я не знаю, какой из этих проектов лучше.

- Последнее время часто высказывается мнение, что Кыргызстан 15 лет шел на поводу у иностранных организаций. Как вы считаете, такая точка зрения оправдана?         

- Я понимаю тех, кто так говорит. Можно сказать, я согласен с ними наполовину. С одной стороны, если бы не было международных доноров, то Кыргызстан столкнулся бы с серьезными проблемами раньше, и пришлось бы проводить реформы для того, чтобы избежать банкротства. Такой вариант, если бы он сработал, был бы лучшим для страны. С другой стороны, это слишком рискованно. Таким образом, позитивный момент заключается в том, что международные доноры предлагали помощь для сохранения стабильности и безопасности в Кыргызстане, чтобы страна, проще говоря, вообще не развалилась.

В то же время я понимаю, что существует и обратная сторона медали. Если говорить о работе международных организаций, то половина их проектов, на мой взгляд, абсолютно бесполезна. Другая же половина – весьма эффективна. На чаше весов иногда сложно увидеть, где преимущества, а где недостатки.

Однако не совсем корректно говорить, что Кыргызстан все эти 15 лет шел на поводу у международных доноров и во всем следовал их советам. Многие проекты не были реализованы до конца, и винить здесь надо госструктуры, конкретных личностей, которые просто не хотят изменений. Свои интересы они преследовали и во времена Акаева, и сейчас. Все изменится, когда народ сможет контролировать правительство в смысле подотчетности средств.

В мире вообще очень мало правителей, которые работают во благо своей страны. Некоторые продвигают реформы, потому что боятся негативной реакции народа. Другие делают это, чтобы быть переизбранными на второй срок. Кыргызстан в этом смысле – не исключение.