Токон Мамытов: Россия обеспечит Кыргызстан современной военной техникой
Председатель комитета по обороне и безопасности Жогорку Кенеша, член Совета безопасности Токон Мамытов рассказал ИА «24.kg» о взаимоотношениях РФ и КР по пребыванию российских военных объектов в Кыргызстане.
- Договор о пребывании российских военных объектов в КР в России комментируют как составленный не на 15, а на 20 лет, с последующей пролонгацией на следующие 5-летние периоды...
- Период действия договора - 15 лет. По истечении этого времени и согласию сторон срок пребывания может быть пролонгирован еще на 5 лет. Хочу подчеркнуть, вначале Россия настаивала, чтобы договор был составлен на 49 лет, но Кыргызстан настоял на 15.
- Считается, что авиабаза в Канте относится к ОДКБ. По новому договору она же входит в состав Объединенной российской военной базы. Могут ли страны-участницы ОДКБ пользоваться ею?
- В договоре указано, что в состав Объединенной российской военной базы входят испытательная база в городе Караколе, узел связи в селе Чалдоваре, сейсмическая станция в городе Майлуу-Суу и военная авиабаза в Канте. Но статус Кантской базы несколько отличается от других объектов. Чем? База как таковая считается авиационным крылом сил оперативного реагирования ОДКБ. Военные других стран-участниц ОДКБ могут ее эксплуатировать.
- Указана ли в договоре точная численность российских военнослужащих? Будет ли она постоянной? Чем они будут вооружены? Будут согласовываться с кыргызской стороной вопросы прибытия и убытия военных?
- В новом договоре мы внесли уточнение, по которому впредь численность российских военнослужащих будет согласовываться с кыргызской стороной. Ранее такого пункта в договоренностях не было. После ратификации документов обеими сторонами вопрос численности военных будет решаться совместно.
По части вооружения мы также выставили свое требование: не выносить оружие за пределы военных объектов РФ. Понятное дело, внутри военного объекта есть свои порядки - охрана, караул и прочее, но вне базы вопрос ношения оружия нужно согласовывать с Кыргызстаном. И до этого вопрос был под контролем, в новом договоре мы только подчеркнули этот пункт.
- Контролируется ли ввозимый/вывозимый через российские объекты в Кыргызстан груз? Если да, то кем?
- Хочу отметить, мы не знаем, какой груз привозится и вывозится той же американской базой в «Манасе». По новому договору с РФ все грузы будут проходить через таможенный и пограничный контроль. При их досмотре в обязательном порядке должен присутствовать представитель базы. Кроме того, ситуацию будут контролировать специально назначенные офицеры министерств обороны КР и РФ. Если возникнут какие-то проблемы, то они должны принять согласованные решения.
Правовой статус военных объектов и их военнослужащих до этого урегулировался Венской дипломатической конвенцией 1961 года. В договор внесено много уточнений.
- Какова площадь территорий под российскими военными объектами в целом и каждым в отдельности?
- У меня нет полной и точной информации по этому вопросу. До ратификации этот вопрос требует уточнения. В общей сложности военные объекты РФ занимают несколько сотен гектаров. Но, к примеру, сейсмический пункт в городе Майлуу-Суу расположен на крохотном участке. Пусть люди не думают, что станция занимает сотни гектаров. У узла связи в селе Чалдоваре площадь также ничтожна.
- Обладают ли российские военнослужащие и члены их семей дипломатическим статусом? Если да, то какие льготы это им дает? А если ими нарушаются местные законы, уполномочены ли органы правопорядка Кыргызстана привлечь нарушителей к ответственности?
- Никому не придавался дипломатический статус. По Венской конвенции диппаспорта выдаются только дипломатам. А военным и их семьям выдаются служебные паспорта. Такие паспорта также получают водители, переводчики, охранники базы. Лиц, имеющих диппаспорта, нельзя привлекать к ответственности. Но тех, у кого служебные паспорта, можно допрашивать и даже задерживать. Но окончательное решение будет принимать российская сторона. Наши органы правопорядка уполномочены только вести расследования, материалы же отправляются в РФ. Такие же правила действуют и в отношении военнослужащих Центра транзитных перевозок в «Манасе». Это международная норма.
- Последнее время ходят слухи о наносимом экологии озера Иссык-Куль вреде испытательным полигоном в Караколе...
- Реальных причин для беспокойства нет. Торпеды работают на электрической энергии, а не ГСМ, как думают некоторые. Слухи по поводу загрязнения озера из-за использования ГСМ не имеют оснований. И пересуды по поводу «утонувших и сломанных сотен торпед, которые ржавеют на дне», не более чем слухи. Они исходят от некомпетентных лиц, которые мало что понимают в этой военной технике.
Испытания проводятся не на глубине 700 метров, а почти на поверхности, где-то до трех метров. Уж, простите, но я не имею права об этом говорить. В свое время я служил в органах КГБ на Иссык-Куле. Своими глазами видел, как проводятся испытания торпед: видно, как они движутся под водой. Водолазы на катерах собирают не достигшие намеченной цели, оставшиеся на плаву или утонувшие. Но такое случается чрезвычайно редко: на 10 тысяч испытуемых торпед лишь однажды. Торпеды не остаются на дне озера. В противном случае многие распрощаются со своими постами и должностями.
- При каких обстоятельствах представители Кыргызстана могут заходить на территорию российских военных объектов?
- Кто бы это ни был, правительственное лицо или представитель органа МСУ, он должен за день ранее отправить уведомление, после чего с разрешения администрации базы он может свободно пройти на объект. Но при форс-мажорных обстоятельствах или когда речь идет о безопасности представители Министерства обороны КР и ГКНБ имеют право незамедлительно зайти на объекты. Такие пункты включены в новый договор.
- Высказывались мнения, что согласно первоначальному договору РФ не платила за авиабазу. Даже коммунальные услуги, электроэнергию и воду платила кыргызская сторона. Почему были созданы такие условия?
- База появилась после известных баткенских событий по настоятельной просьбе Аскара Акаева. Будучи членом ОДКБ, мы сами просили создать в КР такую авиабазу. Но так как мы не могли оборудовать и оснастить ее - снабдить ее военной техникой, самолетами, даже ГСМ, мы обязались за аренду ничего не брать, также взяли на себя расходы по воде и электроэнергии.
Но Россия не может безгранично пользоваться данными ресурсами. Министерством обороны определены специальные нормы расхода. Та же вода, использованная сверх лимита, должна оплачиваться. За такие перерасходы Россия недавно выплатила нам $10 миллионов.
- За пребывание военных объектов в КР Россия обязалась помочь нам в подготовке военных кадров и вооружением. В прошлом году говорили, что РФ рассчиталась с нами устаревшей военной техникой, точнее автомашинами. В новом договоре оговорены вопросы предоставления военной техники? Какая сторона определяет, что и в каком объеме предоставлять?
- По новому соглашению РФ будет снабжать Вооруженные силы Кыргызстана современной боевой техникой. Мы специально в договоре указали слово «современное». Теперь нам не будут выделять старые танки, машины и оружие. У нас будет такая же военная техника, как в РФ, которая уже начала снабжение вооружением наших Минобороны и ГКНБ, Пограничной службы. Какое оружие нам выделять, зависит от нашего запроса, который уполномочены делать МО и правительство.
- Недавно Минобороны РФ заявило, что со следующего года авиабаза в Канте сможет принимать бомбардировщики стратегического назначения. Насколько я понимаю, речь идет об удлинении взлетной полосы кантского аэродрома. Нам нужны такие бомбардировщики? И какой посыл заложен в этом заявлении?
- Не стоит политизировать это заявление. Большая ошибка военных экспертов - пытаться противопоставить две базы: американскую и российскую. Это неправильно, потому что цели и задачи этих двух объектов совершенно разные.
Американская сторона тоже в свое время в «Манасе» удлиняла взлетно-посадочную полосу. На эти цели ими было потрачено $30 миллионов.
Можно сказать, что в Канте аналогичная необходимость. В соглашении точно не указано, что нужно взлетную полосу удлинить на столько-то метров. Но если РФ берет на себя обязательства по ее удлинению, мы должны сказать только спасибо. Почему? Кантская база хоть и считается российским военным объектом, она еще является запасным аэродромом Кыргызстана. При форс-мажорных обстоятельствах те же транспортные самолеты американской базы в «Манасе» могут приземляться в Канте. В случае острой необходимости базу можно рассматривать как альтернативный аэродром, куда могли бы садиться гражданские воздушные судна, как местные, так и того же Казахстана.
