Бэн Слей: Кто контролирует в Центральной Азии верховья рек, тот контролирует ситуацию в регионе

«Кто контролирует в Центральной Азии верховья рек, тот контролирует ситуацию в регионе», - считает главный экономист регионального бюро ПРООН для стран Европы и СНГ Бэн Слей, опубликовавший статью в «Независимой газете» (Россия).

Он пишет, что «общая энергосистема и совместное водопользование в Центральной Азии ушло в небытие вместе с Советским Союзом». «Туркменистан, Узбекистан и Казахстан, поставлявшие в те времена в Таджикистан и Киргизию топливо для выработки электричества и тепла, сегодня распоряжаются нефтью и газом по своему усмотрению, повышая тарифы транзита и экспортные цены для Таджикистана и Киргизии», - отмечает эксперт.

«Снижение производства электроэнергии (по официальным данным, в КР выработка упала на 18,5 процента, а в Таджикистане – на 8 процентов) фактически привело к остановке промышленного роста в обеих странах. Сельские районы РТ получают электричество в зимний период только 2–4 часа в сутки. В Киргизии в большинстве областей ежедневные отключения составляли в зимний период до 12 часов», - говорится в статье.

«В свою очередь, эти страны, расположенные в верховьях крупных центральноазиатских рек, используют по своему усмотрению доставшиеся им после развала Союза гидроэлектростанции, - пишет Бэн Слей. - Для решения своих энергетических проблем водохранилища Нурекской и Токтогульской ГЭС, служившие в свое время резервуарами для хранения воды, активно используются в энергетическом режиме. Это приводит к разливам рек и заболачиванию пахотных земель «нижних соседей». За последнее десятилетие доля засоленной и заболоченной пахотной земли увеличилась примерно на 25 процентов и сегодня составляет 50 процентов площади орошаемых земель. В результате урожайность в низовьях рек в Узбекистане и Туркменистане снизилась на 20–30 процентов».

По мнению эксперта, «такая «кооперация» не сможет продолжаться долго». «Энергетические и водные инфраструктуры постепенно приходят в негодность, их эксплуатация в авральном режиме без серьезных инвестиций рано или поздно приводит к кризису», - отмечает он.

«Борьба за инвестиции и строительство крупных региональных гидроэлектростанций – основной барьер для успешного регионального сотрудничества – может на время потерять свою актуальность, - считает Бэн Слей. - Надежды на помощь инвесторов в условиях глобального экономического кризиса могут оказаться не столь оптимистичными. До недавних пор Таджикистан и Киргизия рассматривались как обладатели огромных запасов ледниковой воды. Однако, согласно отчету Экологической программы ООН и Всемирной службы мониторинга ледников, площадь ледников Тянь-Шаня в XX веке сократилась на 25–35 процентов. Это может положить конец перспективам РТ и КР в сфере гидроэнергетики и повысить их зависимость от ископаемого топлива в будущем».

«Во всей этой истории очень важен и тот факт, что высокий уровень водопотребления в Центральной Азии не связан с повышением потребления воды на бытовые нужды, - отмечает эксперт. - Миллионы жителей региона не имеют доступа к источникам очищенной воды для питья и личной гигиены. В то же время потери поливной воды из-за нерациональных методов орошения в сельском хозяйстве составляют в Центральной Азии, по данным Всемирного банка, 79 процентов. Общий показатель по развивающимся странам составляет около 60 процентов».

По мнению эксперта, «к рискам в области водной, энергетической и продовольственной безопасности прибавились риски, связанные с глобальным финансовым кризисом». «Произошло обесценивание валют почти во всех странах ЦА, вызванное падением экспортной выручки и снижением объемов денежных переводов из-за границы. Уже сегодня 1,5 миллиона человек в Таджикистане ощущают нестабильность в обеспечении продовольствием, 650 тысяч испытывают критический недостаток в продовольствии, а около 1 миллиона жителей Киргизии уязвимы к этим рискам», - отмечает он. И делает вывод - «беднейшим странам Центральной Азии, прежде всего Киргизии и Таджикистану, понадобится серьезная помощь международного сообщества, в том числе и России, в решении как краткосрочных, так и долгосрочных задач развития».