Врачи не боги. Как отразится на пациентах и медиках приговор нефрологу

По данным Всемирной организации здравоохранения, здоровье человека на 50 процентов определяется образом жизни, на 20 процентов — экологическими факторами, на 20 процентов — наследственными и лишь на 10 процентов — медицинским обслуживанием. Именно поэтому говорят, что нельзя возлагать на врача полную ответственность за здоровье пациента.

Сложный случай

Несколько дней назад Бишкекский городской суд приговорил нефролога Насиру Бейшебаеву к трем годам тюрьмы. Ей запретили заниматься врачебной практикой в течение трех лет. Кроме того, доктору предстоит выплатить более 2 миллионов сомов за моральный и материальный ущерб потерпевшей.

Такое решение потрясло медицинскую общественность, соцсети разрываются от постов с поддержкой в адрес Насиры Бейшебаевой.

Медики крайне обеспокоены тем, что врача посадили в тюрьму за исполнение своих профессиональных обязанностей. 

Насиру Бейшебаеву, напомним, задержали в феврале 2026 года. Мать пациентки отделения нефрологии Национального центра охраны материнства и детства (НЦОМиД) обвинила медиков в том, что девочка-подросток осталась без ноги.

Председатель Независимого медицинского профсоюза Бермет Барыктабасова тогда говорила, что случай был изначально сложным.

«У девочки выявлена генетическая предрасположенность к тромбофилии, она перенесла COVID-19. Поступила в больницу с отеками типа анасарки, нефротическим синдромом осенью 2024 года. Это достаточно грозное заболевание. Картина была стерта, симптомы непонятные, не поддающиеся коррекции. Поэтому неоднократно проводились консилиумы, когда собирались лучшие специалисты учреждений третичного уровня НЦОМиД и Нацгоспиталя. Назначалось комплексное лечение.

Однако после того, как ситуация стала ухудшаться, врачи сказали — все идет к тому, что нужно ампутировать конечность. Мать девочки наотрез отказалась от ампутации, они полетели в Турцию, где ногу все-таки ампутировали. После этого мать стала жаловаться в различные инстанции, потому что расходы семьи действительно были большими. Но это не значит, что виноваты врачи», — поясняла она.

В НЦОМиД подчеркивают: особенно при тяжелых и сложных состояниях невозможно предусмотреть абсолютно все возможные осложнения и последствия лечения. Даже при добросовестном выполнении профессиональных обязанностей и принятии необходимых медицинских решений, к сожалению, не всегда удается предотвратить неблагоприятный исход.

За и против

После оглашения решения суда мнение общественности разделилось. Кто-то считает, что вынесенный приговор станет уроком для всех врачей и будет способствовать повышению требовательности к ним — медики будут внимательнее относиться к пациенту, и в идеале это должно привести к более качественному контролю лечения. 

Никто не хочет оказаться за решеткой, а значит, врач начнет думать не только о том, какое решение лучше для пациента, но и о том, не станет ли это решение основанием для уголовного дела. Тогда в сложных случаях медики могут чаще перестраховываться, назначать дополнительные обследования, откладывать рискованные вмешательства или направлять тяжелых пациентов в другие учреждения. В итоге «отфутболивание» пациента может закончиться плачевно.

Особенно чувствительно это для реанимации, хирургии, онкологии, нефрологии, акушерства — областей, где даже правильное лечение не всегда гарантирует хороший исход.

Это не первый приговор врачам

В июле прошлого года Верховный суд Кыргызстана поставил точку в деле о смерти трехлетней девочки в частной стоматологии. Тогда причиной смерти ребенка стал анафилактический шок. В исправительную колонию общего режима отправили стоматолога и ее мужа, а также анестезиолога. Кроме того, врачам запретили заниматься медицинской деятельностью в течение двух лет.

Несколько лет назад после смерти ребенка судили врачей Национального центра охраны материнства и детства и Городской детской больницы. Троих признали невиновными и оправдали за отсутствием в их действиях состава преступления. Еще троих признали виновными, но на основании закона об амнистии освободили от уголовного наказания в виде лишения свободы.

Продолжаются судебные разбирательства, где по факту смерти пациентки обвиняются врачи Ак-Суйской районной больницы. Известны и другие случаи, когда пациенты обвиняли врачей в халатности и требовали, по их мнению, справедливого наказания, а именно лишения свободы.

Представители Независимого медицинского профсоюза часто участвуют в судебных заседаниях.

«Зачастую мы проигрываем, особенно если пациенты или их родственники не готовы идти на контакт. По словам психологов, у многих в подобных случаях есть гипертрофированное чувство вины. Но люди не могут обвинять себя, а ищут виноватых. И виноватый находится — простой врач», — сказала 24.kg Бермет Барыктабасова.

По ее словам, в медицинских делах чаще смотрят не на доказательства сторон, а на горе пострадавших и учитывают больше эмоциональную сторону.

«Адвокаты и эксперты пытаются преподнести клиническую сторону вопроса, потому что почти всегда это сложнейшие клинические ситуации, но суды все равно идут на поводу эмоций», — считает председатель Независимого медицинского профсоюза.

Она напомнила, что раньше за летальные случаи отвечало руководство больницы и Минздрава, сейчас же отвечает только лечащий врач пациента.

«В Законе «Об охране здоровья граждан» прописана ответственность лечащего врача. Но тогда встает ответственность за создание безопасных условий труда и оснащение рабочего места. Если нет оснащения, специалистов или знаний на третичном уровне, то врач в этом не виноват», — подчеркнула эксперт по доказательной медицине.

На самом деле ответственность за действия врача и за пациента несет система — раз доктора так научили работать или не научили вовсе.

Бермет Барыктабасова

Сейчас эксперты озвучивают ключевой момент: если сажать за каждое осложнение, то врачи уйдут из профессии или будут бояться браться за сложные случаи; если же не наказывать за халатность, то пациенты или их родные никогда не добьются справедливости.

Тем более примеры объективных претензий к врачам тоже были. Одной девушке, напомним, по ошибке удалили здоровую грудь, другая судилась с хирургом, которая оставила во время операции внутри брюшной полости марлевый тампон...

Как же быть?

По мнению Бермет Барыктабасовой, можно обращаться в суд в порядке гражданского судопроизводства, но не уголовного.

«Нидерланды, к примеру, абсолютно отказались от обвинения врачей. Есть независимый медицинский орган экспертизы, проводящий профессиональную оценку ситуации, и государство выплачивает компенсации пациентам. Во многих развитых странах есть подобные государственные фонды для компенсаций. Кроме того, есть страхование врачебной деятельности — врача не сажают в тюрьму (если только он не воткнул специально скальпель в сердце), но бьют рублем. В нашем случае сомом. Плюс там хорошо обучают врачей», — отметила она.

В обществе высказывается мнение, что в медицине должна быть культура ответственности, а не культура страха. Потому что врач, который боится ошибиться, однажды начнет бояться лечить. Звучат призывы провести реформу, которая никого бы не обижала и работала во благо всех сторон.