Ежегодно в Кыргызстане регистрируется более 5,5 тысячи новых случаев туберкулеза (ТБ), из них около 900 - у детей и подростков. Умирает от этого коварного недуга около 500 человек в год.

НЕдетские судьбы

В детском отделении Национального центра фтизиатрии сегодня на лечении находится 31 несовершеннолетний пациент в возрасте от годика до 17 лет. Тут можно встретить целые семьи. «Симпатичная четверка нарынских сорванцов - мал мала меньше: восемь лет, четыре, три и год… Они - родные братья и сестры, и все - на лечении от туберкулеза. Мать не досмотрела. Сама женщина не в состоянии заботиться о своих детях, потому что пьет. С психическим расстройством находится на лечении их отец. Роль мамы и папы в заботе о маленькой сестренке, к сожалению, вынуждена взять на себя их восьмилетняя дочь. Дети идут на поправку. Администрация больницы потом отправит их на реабилитацию в иссык-кульский санаторий, далее их ждет детский дом…», - рассказала о нелегкой судьбе ребят консультант пресс-центра Минздрава Елена Баялинова.

По словам заведующей детским отделением НЦФ Айсалкын Тешебаевой, ребят обнаружили соцработники. При оформлении в детский дом малыши прошли стандартный профосмотр, в результате у всех четверых подтвержден туберкулез. «Выявляемость у нас еще пока низкая. Чаще это происходит по обращаемости, а не по контакту или в ходе профосмотров, как должно быть», - отмечает она. «Туберкулеза среди детей меньше не становится. Более того, у маленьких пациентов в последнее время все чаще диагностируется МЛУ – множественная лекарственная устойчивая форма туберкулеза, более тяжелая и длительная по срокам лечения», - признают в Минздраве.

Из 31 маленького пациента у четверых МЛУ. «Большая часть наших больных - школьники. Но только у одной девочки была открытая форма ТБ, и она, соответственно, могла кого-то заразить. В таких случаях мы сразу направляем извещение, и местная санэпидемстанция должна отреагировать, обследовать остальных учащихся. Чаще наши пациенты из неблагополучных семей, растут без родителей. А если и есть родители, то они работают в России или Казахстане», - рассказывает Айсалкын Тешебаева.

В больнице детей лечат, кормят, обеспечивают за ними уход. «Но проблем в отделении полно. Во-первых, необходимо разделить палаты для больных с открытой и закрытой формой. Ведь у нас даже груднички лежат. Нужны детские кровати, шкафы, тумбы. Отдельной игровой комнаты тоже нет», - перечисляет завотделением.

Диагностика диагностике рознь

В 2015 году детская заболеваемость туберкулезом по республике выросла. Показатель составил 29,3 на 100 тысяч населения против 24,1 в 2014-м. Рост в министерстве объясняют улучшением выявляемости недуга, что связано с поставкой туберкулина (один из основных методов диагностики заболевания у детей) в КР в 2015 году и его отсутствием в 2014-м. Тогда, напомним, единственный поставщик препарата - Харьковский завод - по техническим причинам прекратил производство.

Перебоев в ближайшее время не будет, заверяет директор НЦФ Абдуллаат Кадыров. Пока же Кыргызстан обеспечен туберкулином лишь до июля 2016 года. «На вторую половину 2016-го и 2017-й необходимо 17 миллионов сомов. Мы отправили заявку в Минздрав. Как будут выделены деньги, объявят тендер. Туберкулиновая диагностика в настоящее время делается не всем детям, а только из группы риска, контактным и по показаниям», - поясняет он.

«Есть у нас и методы быстрой диагностики - экспертная система Джин. Всего по республике установлено 11 аппаратов Джин-эксперт. В течение двух часов платформа определяет наличие у человека ДНК микобактерии туберкулеза и чувствительность к одному из препаратов», - добавляет Абдуллаат Кадыров. 

Но еще одна история из уст Елены Баялиновой подтверждает, что с диагностикой заболеваний в Кыргызстане пока еще не все благополучно: «Восьмилетний Адахан уже два месяца на больничной койке в НЦФ. Туберкулезный менингит. Почти год ошские медики не могли выставить точный диагноз. Мотали ребенка из одной больницы в другую. Даже онкологию ему ставили и, теряя драгоценное время, какое-то время шли по ложному следу. В Бишкек его привезли уже живым трупом. Парнишку вытянули на кровати солдатиком, и лежать ему как минимум еще несколько месяцев. Рядом в качестве бессменной сиделки отец Женишбек. Мама мальчика уехала на заработки в Россию пять лет назад и не только не хочет возвращаться, но и не отзывается даже. Возвращения матери с нетерпением ждет дома еще и сестра Адахана».

История победы над болезнью

Диагностика и лечение в Кыргызстане предоставляются бесплатно. Важно знать: туберкулез излечим. 15-летняя Клара знает о трудностях борьбы с палочкой Коха не понаслышке. Школьница изложила свои воспоминания на бумаге в рамках конкурса сочинений среди пациентов, проведенного при поддержке проекта USAID «Победим туберкулез». «Каждое утро я просыпаюсь в больничной палате. Вместо маминого «Доброе утро» слышу «Подъем!» от медсестры. Вокруг много незнакомых лиц, таких же пациентов, как и я. Все мы живем в надежде, что спустя некоторое время вылечимся и покинем здание, наполненное тоской и печалью…», - пишет подросток.

«Прием лекарств. Пациенты знают, каковы они на вкус. Перед употреблением лекарств медсестры подбадривают нас, говоря, что нужно вылечиться и продолжать жить счастливой жизнью. После приема начинается боль - физическая и моральная. Вокруг никого. Я одна. Одна со своей болью, которую никуда не деть, она терзает меня изнутри и не дает покоя. За что мне это, за какой грех – задаюсь одним и тем же вопросом. «Это судьба, скоро все пройдет», - отвечают мне люди. Но позже я поняла: жизнь преподносит всем нам уроки, испытания. Одни их проходят, приобретая силы, другие ломаются и исчезают. Думаю, я отношусь к первым. Хотя каждая моя встреча с родными не обходилась без слез. В 14 лет я впервые столкнулась с депрессией. Чувство, когда слезы наворачиваются на глаза из-за пустяка. Просыпаюсь – плачу, засыпаю – плачу, пью лекарства – снова плачу. И так несколько месяцев… Я благодарна врачам за их труд, за поддержку. Теперь я хочу начать жизнь с чистого листа», - мечтает Клара.

В целом в 2015 году в Кыргызстане отмечается снижение уровня заболеваемости туберкулезом. Но растет число случаев МЛУ-ТБ. Устойчивость к лекарствам является серьезной проблемой общественного здравоохранения. Лечение тяжелых больных с широкой лекарственной устойчивостью обходится очень дорого - от $4 до $10 тысяч. Поэтому так важно не нарушать режим лечения, не прерывать прием лекарств.

Это должен знать каждый

От туберкулеза никто не застрахован. Основные симптомы: кашель более двух недель, ночная потливость, повышение температуры тела, потеря веса, слабость и утомляемость. Чтобы победить туберкулез, нужно своевременно пройти диагностику и как можно раньше начать лечение. Обращаться нужно к своему семейному врачу или медсестре в ближайший центр семейной медицины (ЦСМ) или группу семейных врачей (ГСВ). Чтобы излечиться от ТБ, необходимо принимать противотуберкулезные лекарства непрерывно до полного окончания курса лечения, и обязательно под наблюдением медработника. Лечение чувствительной формы этого недуга длится не менее 6 месяцев. Если его прервать, то заболевание переходит в более тяжелую форму, лечить которую сложнее и дольше (до двух лет). Большинство больных не заразны уже после начала лечения и могут вернуться к работе. Амбулаторное лечение в три раза дешевле стационарного и внедряется в Кыргызстане с 2012 года.

На старые грабли

Препаратами республика на 2016 год обеспечена в полном объеме. Сейчас с этим республике помогают доноры. Еще бы научиться рационально использовать столь необходимую помощь.

ИА «24.kg» сообщало о том, что в Кыргызстане должны утилизировать просроченный препарат от туберкулеза на $300 тысяч. «Тут вопрос халатности расчетов. Мы постоянно просим деньги, у страны огромные потребности в них. Кто-то должен быть привлечен к ответственности. Мы уже направили письмо в Минздрав и в правительство. Будем ждать ответ. Есть предложение передать материалы в правоохранительные органы», - говорил председатель общественного совета Минздрава Айбар Султангазиев.

Но как выяснилось, никто ответственности не понесет. Абдуллаат Кадыров рассказал о встрече с региональным менеджером Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией (ГФСТМ) Николя Канту. «Он сказал, что причины системного характера. Они не собирается никого наказывать и тем более не требуют возмещения причиненного ущерба. Препарат мы уже утилизировали. Нам рекомендовали провести хороший анализ остатков препаратов второго ряда, чтобы в будущем такого не повторилось», - сказал глава НЦФ. 

«Мы ожидали, что Минздрав инициирует какое-то расследование на уровне правоохранительных органов. Но раз министерство не инициирует вопрос, очевидно, что общественный совет должен будет взяться за этот процесс. В Глобальном фонде есть Генеральная инспекция – контролирующий орган, действующий независимо от фонда. Мы сможем обратиться в инспекцию. Думаю, эта история только начинается. Так не должно быть, когда за $300 тысяч никто не несет ответственности. Мы доведем историю до какого-то логического завершения», - подчеркивает Айбар Султангазиев.

Впрочем, примеры нерационального использования грантовой помощи уже были. ГФСТМ уже несколько лет не может взыскать с нашей страны долг в $120 тысяч. Возможно, предстоящий уход доноров из Кыргызстана научит считать каждую копейку.