Новость о том, что театровед Жаныш Кулманбетов, пробующий свои силы в кинематографе, подал в суд на известного киноведа и кинокритика Гульбару Толомушеву и требует от нее 5 миллионов сомов, не могла не удивить меня, если не сказать больше. Человек, сам когда-то писавший рецензии на постановки, как минимум должен понимать, в чем заключается роль критика, как максимум – отнестись к этому с известной долей самоиронии, в самом худшем случае - не заметить оценки, будь она позитивная или негативная.
Но в случае с фильмом «Чынгыз и Бубусайра», а именно эта лента стала яблоком раздора, и не только среди вышеназванных персон, остаться равнодушным, может, и получается, да вот не хочется этого делать. Слишком уж личного и родного это касается – истории двух наших великих соотечественников: писателя Чингиза Айтматова и королевы сцены, балерины Бюбюсары Бейшеналиевой.
А вся подоплека в том, что Жаныш Кулманбетов возмущен оценкой, которую дала Гульбара Толомушева его второй картине. ИА «24.kg» уже писало об этой откровенно халтурной, небрежной работе (несмотря на примитивизм повествования, заставила себя досмотреть ленту до конца), и повторяться вновь не хочется. Однако в отношении недовольства человека, позиционирующего себя как режиссер, а оскорбила его фраза кинокритика о том, что фильм назвали порнографией, хочется привести выдержку из статьи, опубликованной на сайте ИА «24.kg» (http://www.24.kg/kino/2009/04/16/112329.html). Тогда, напомним, Гульбара Толомушева сказала: «Что такое порнография? Когда нет героев, развития, а есть сюжет, кто-то с кем-то встречается, и нет ничего одухотворяющего, все механически. Вот такой вкладываю смысл в это слово».
И, как говорится, сюда же в тему. По материалам интернета, «порнография (от греч. porne – «развратница» и grapho – «пишу») - крайняя натуралистичность и цинизм в изображении половых отношений». Будет ли автор фильма настаивать на том, что тех самых «половых отношений» у него в картине нет? Скорее всего, будет. Но хочется опять же привести выдержку из опубликованного материала ИА «24.kg», где Жаныш Кулманбетов, «объясняя необходимость сцен, где один из второстепенных героев буквально набрасывается на свою любовницу в парке, срывая одежду, сказал, что этим он хотел оттенить ту высокую любовь, которая была между Чингизом Айтматовым и Бюбюсарой Бейшеналиевой».
Бесспорно, что кыргызы, как и другие народы Средней Азии, – люди весьма стеснительные. А потому как подобные ленты, да еще и построенные на материалах личной жизни известных и всенародно любимых персон, будут приняты аудиторией – вопрос актуальный. Хотя людей, которые любят покопаться в чужом белье, да еще и попытаться сделать на этом себе имя, пусть даже путем судебных разбирательств, хватало во все времена и на всех континентах. Но, слава богу, остались еще истинные мастера и профессионалы, которые показывают и доказывают свою точку зрения, свое видение путем создания качественного продукта, который и является прообразом шедевра.
От автора. Эта тема так бы не взволновала, если бы на днях не довелось попасть на премьеру другого фильма, пусть и не отечественного, - узбекской мелодрамы «Вор моего сердца». Вот уже где автор, не спекулируя на чьей-то личной жизни, по-простому и бесхитростно рассказывает историю любви, прощения, вечных ценностей. Причем сделано это все на высоком уровне - присутствуют и прекрасные натурные съемки, и игра со светом, и технически четко показанные кадры погони с элементами паркура.
Кто-то может возразить, мол, не слишком много чести очередной ленте из разряда «кол тохта» (буквально «доска для нарезки овощей») - такое название картины, щедро производимые соседней республикой, получили за скорость исполнения. Однако думается, что отечественные киносоздатели, причем не только авторы так называемого народного жанрового кино («Любовь дочери министра», «Шайтан араба», «Башаламан» и другие), но и приверженцы арт-хауса, уже снимающие на стыке с коммерческим кинематографом, могли бы многому научиться у своих коллег из Узбекистана.
И в заключение. На просмотре «Вора моего сердца» - а с тем, что любое кино делается для зрителя, спорить никто не станет – зал особенно эмоционально реагировал на прекрасно выстроенные диалоги. В них в равной степени присутствовали юмор, лаконичность и искусно вплетенные в узбекскую речь слова из русского языка, придававшие пикантность и колорит бытового общения. И как заметила Гульбара Толомушева, «никогда еще кыргызский язык не звучал так вежливо, как здесь». «А ведь это говорит о воспитанности самого автора, так как любой фильм – это, прежде всего, личное «я» режиссера», - подчеркнула она.
