В Свердловском районном суде Бишкека продолжается рассмотрение уголовного дела по модернизации столичной ТЭЦ. Процесс проходит под председательством судьи Инары Гилязетдиновой.

На прошлом заседании допрос свидетеля Бердибека Боркоева не закончился. А сегодня он в суд не явился по неизвестным причинам.

Суд перешел к допросу директора ТЭЦ Бишкека Андрея Воропаева. Он работал директором теплоцентрали и в момент модернизации — с марта 2013 года по январь 2017-го. Одновременно Воропаев был замом главного инженера. Однако приемкой объекта не занимался.

По его словам, вопрос проведения реконструкции поднимался с 2005 года. «Особых документов мы не нашли. В январе 2013-го узнали о компании ТВЕА. До этого были предложения других компаний. Техническое задание писалось на коленке, в течение двух суток. За такой короткий срок проработать такой объем работы невозможно. Было распоряжение подготовить техзадание от Жолдошбека Назарова (тогда первый заместитель главы ОАО «Электрические станции». — Прим. 24.kg)», — сказал Андрей Воропаев.

Новые блоки могут работать автономно, но обеспечить Бишкек теплом не смогут. Зимой городу необходимо 570 гигакалорий, а новые блоки вырабатывают 300 гигакалорий.

За неделю до заключения контракта энергетики узнали, что он будет заключен на условиях ЕРС (то есть реализация проекта под ключ. — Прим. 24.kg).

«Все риски берет на себя подрядчик — это положительная сторона. Тяжело контролировать затраты — это отрицательная сторона», — пояснил директор ТЭЦ.

По его словам, как такового технико-экономического обоснования не было. Многие вопросы решались после заключения контрактного соглашения. Было техническое предложение без подписей и печатей.

Андрей Воропаев рассказал, что из 600 замечаний рабочей комиссии, выявленных в ходе эксплуатации, не исправлено 26. «Из них можно выделить очень серьезные замечания, которые ставят под сомнение эксплуатацию новых блоков. Они могут превратиться в памятники. Отсутствует деталировка, проектные чертежи. Без них оборудование автоматически может стать неремонтопригодным. Потом вопрос обеспечения грузоподъемными механизмами котельного цеха. Это серьезный вопрос, тяжелые части. Там нет никаких мостовых кранов», — сказал свидетель.

Он добавил, что существует проблема управления блоками. Персонал не может самостоятельно работать в этой системе.

Кроме того, у работников теплоцентрали возникают сложности перевода. Китайская сторона не предоставляет переводчика персоналу. В смену выходит 12 специалистов. Для них выделяют только одного переводчика, который физически не успевает.

Персоналу также обещали ознакомительные поездки на объекты КНР. Однако обещание так и осталось обещанием.

По его словам, деталировки оборудования нет. «Нас китайцы ставят колени, чтобы мы покупали запчасти у них, так как мы не знаем даже, из какой стали они изготовлены. Без деталировки и чертежей мы не сможем подобрать аналогичное оборудование», — сказал Андрей Воропаев.

Андрей Воропаев отметил, что стоимость оборудования в смете проставлена произвольно. «Никто не знает реальную цену. Что-то было дешевле, что-то дороже. Им было плевать на цену. До копейки расшифровки не было. Мы требовали все, что нужно. Они дали то, что дали. Но даже этого не хотели давать», — пояснил директор ТЭЦ.

Руководство теплоцентрали направляло письма в ТВЕА относительно строительства нового химцеха, но компания не принимала во внимание обращения. Позже его построили. Андрей Воропаев не знает, вошла ли стоимость химцеха в $386 миллионов.

Экс-премьер-министр Жанторо Сатыбалдиева отметил, что по проекту мостовой кран должен был остаться ТЭЦ. Кто-то попросил вместо него другое оборудование.

«ТВЕА поступила хитрее и наняла технику на территории Кыргызстана. Я спрашивал, почему технику не оставили. Руководитель группы по управлению модернизацией Темирлан Бримкулов ответил, что мостовой кран ввезли временно. Кто изменил условия, я не знаю», — пояснил Андрей Воропаев.

В свою очередь Темирлан Бримкулов отметил, что кран и не должен был оставаться. «Вы хотите сказать, если строят дом, то кран должен остаться на месте? Если будем ремонтировать крышу, подрядчик найдет технику», — сказал он.

Директор ТЭЦ считает, что в будущем при ремонте оборудования отсутствие крана станет проблемой для теплоцентрали, а не подрядчика.

В контракте есть пункт, что в процессе модернизации могут быть внесены дополнения, которые подлежат исполнению подрядчиком. Андрей Воропаев не считает, что выявленные замечания — упущение кыргызской стороны. Китайская сторона должна их исправить.