Большой резонанс в обществе вызвала новость о смерти новорожденного ребенка, проданного медицинскими работниками и купленного 40-летней бишкекчанкой за $1,3 тысячи. Предположительно биологическая мать девочки приехала в столицу на заработки из Нарынской области, забеременела вне брака. Как часто случается, возвращаться с позором в село не решилась. А захотела отказаться от дочери. Воспользовались этим обстоятельством предприимчивые «оборотни» в белых халатах. Эта история не получила бы огласку, если бы не смерть ребенка.
К сожалению, подобные случаи в республике не редкость. Социально-экономическая нестабильность, ухудшение условий жизни кыргызстанцев, безработица, вынужденная миграция привели к росту числа беспризорников. Детские дома переполнены, в стране тьма неучтенных маленьких граждан. Известно, что Кыргызстан ко всему прочему давно стал страной детского трафика. Причиной страданий тысяч детей является не только злосчастный экономический кризис.
У семи нянек...
За 2 десятилетия самостоятельности Кыргызстан так и не смог создать механизм предоставления помощи семьям, оказавшимся в тяжелой ситуации. Между тем в законодательстве закреплены меры по профилактике разлучения детей и родителей, предполагающие организацию консультативных, правовых центров дневного пребывания, телефонов горячих линий. Однако необходимую помощь частично оказывают лишь неправительственные организации. Эксперты считают, что именно из-за невозможности получить социальные услуги на месте родители определяют ребенка в интернат. Хотя, как показывает практика, чтобы сохранить семью, порой нужна самая малость. Зачастую поводом для помещения ребенка в детдом становится банальная отдаленность школы от места проживания или отсутствие средств на приобретение школьных принадлежностей.
В Общественный фонд «Лига защитников прав ребенка» перед новогодними праздниками обратилась молодая беременная женщина, приехавшая в столицу из глубинки. Не будучи замужем, испытывая финансовые трудности, девушка решила отказаться от новорожденного. После вмешательства правозащитников, которые провели 2 консультации с матерью, поговорили с ее родителями и оказали небольшую материальную поддержку, девушка от первоначального намерения отказалась. Что было бы с ребенком, если бы не вмешались правозащитники?
«Корень всех зол заключается в несовершенстве системы защиты детей, - полагает правозащитник Назгуль Турдубекова. - За уязвимых детей-сирот, с ограниченными возможностями и находящихся в конфликте с законом несут ответственность различные ведомства. К примеру, часть детских домов на балансе Министерства образования и науки КР. Между тем это учреждение должно заниматься только образовательными функциями. Проверки подведомственных интернатов показывают, что воспитанники в них подвергаются насилию, постоянно болеют. К тому же достаточная для питания ребенка сумма, а именно 65 сомов в день, не доходит до ребенка в полном объеме. Согласно нашему исследованию, из 7 тысяч 194 сомов, выделяемых в месяц на воспитанника Военно-Антоновского детдома, ребенок получает лишь 2,7 тысячи».
В настоящее время в республике количество резиденциальных учреждений достигло 62. Это в разы больше, чем в начале 1990-х годов. В них содержится 5 тысяч детей. «Получается, государство в силах содержать детские дома, которых становится все больше. Воспитанники таких учреждений нередко становятся клиентами психиатрических больниц, а организовать помощь на местах государство не может. Если часть средств направлять нуждающимся семьям, число детей в интернатах сократилось бы. Содержать кризисные центры, как это делают многие страны, дешевле и действеннее, нежели детдома. В России есть целые регионы, где власти, проявив политическую волю, отказались от создания подобных учреждений и перешли к развитию альтернативных вариантов - приютов, школ приемных родителей», - говорит Назгуль Турдубекова.
Перемен!
Во времена правления Курманбека Бакиева статус Министерства социальной защиты и развития со всеми вытекающими последствиями был понижен до Государственного агентства. С приходом новой власти более 30 неправительственных организаций, продвигающих права пожилых, детей, лиц с ограниченными возможностями здоровья, совместно с правительственной рабочей группой внесли в Жогорку Кенеш предложения по улучшению институциональных механизмов социальной защиты, добившись в результате возврата в структуру правительства прежнего министерства, что само по себе явилось большим достижением. Однако ряд важных преобразований, предлагаемых участниками рабочей группы, пока рассматривается.
«Мы разработали новую схему работы Министерства социальной защиты и развития КР, - говорит заместитель руководителя правительственной рабочей группы Назгуль Ташпаева. - Согласно ей, все вопросы, касающиеся защиты уязвимых детей, объединены в одном ведомстве. К примеру, департамент защиты детей, который в настоящее время является подведомственной структурой Министерства труда, занятости и миграции КР, должен войти в качестве отдела в центральный аппарат Минсоцзащиты».
К слову, у экспертов накопилось немало претензий к работе департамента защиты детей, а именно отделов по поддержке семьи и детей. Службы ОПСД не оправдали ожиданий, ограничившись контролирующими функциями. В то время как на местах необходимо развивать сети по оказанию социальных услуг. Кроме того, находясь в подчинении у акимов, сотрудники этих служб зачастую вынуждены выполнять поручения по организации выборов или проведению других мероприятий, то есть на побегушках у местного начальства. Между тем во время июньских событий в городе Оше коэффициент полезного действия сотрудников ОПСД вырос в несколько раз.
«Последний случай с продажей новорожденного - пример того, что никто не занимается вопросами социальной защиты детей, - говорит эксперт Нуржамал Ибраева. - Управления соцзащиты заняты только выдачей пособий. В России существуют огромные центры, которые работают с пенсионерами, ветеранами, людьми с ограниченными возможностями, детьми и семьями. Правда, в РФ они находятся в структуре Минсоцзащиты».
Оппоненты нововведений считают: затраты по созданию министерства с новой структурой превысят миллиарды сомов. Между тем на содержание его аппарата потребуется 5 миллионов сомов, поскольку департамент защиты детей и Госагентство социального обеспечения станут частью ведомства, в котором появятся лишь 23 новые штатные единицы. Но так как реформа затрагивает местный и районный уровни, где увеличится число социальных работников, потребуется еще 45 миллионов сомов.
«Доноры готовы финансировать необходимые реформы в социальной сфере, - говорит Назгуль Турдубекова. - А если Кыргызстан продолжит заявлять о своей социальной ориентированности, не подкрепляя слова делом, они, наоборот, могут отозвать уже выделяемые средства».
По мнению исследователей, детское благополучие не зависит от уровня ВВП страны. Главное - качественный пакет социальных услуг, предоставляемый нуждающимся семьям в сложной ситуации. Воплощению чаяний экспертов, членов неправительственных организаций может помешать нежелание политиков разобраться в вопросе, а также стремление чиновников ряда ведомств сохранить для себя дополнительную кормушку. Между тем на весах судьбы тысяч детей, из года в год пополняющих детдома и ряды беспризорников.
