Не спеши языком – торопись делом

В 2010 году наряду с политическими и социальными проблемами активно муссировались и национальные, и языковые вопросы. С большим удовольствием этим занимались не только крупные чиновники, но и отдельные персоны, изредка мелькающие на политической сцене. Нетрудно было отследить, что и первые, и вторые поднимали языковые и национальные вопросы лишь для самопиара.

С наступлением 2011 года вопрос тотального внедрения госязыка на всех уровнях, похоже, обретет более широкие масштабы. Но насколько хороши методы внедрения языка и правомерны ли они вообще - мнения на этот счет звучат самые разные.      

Покажите язык, голубчик!

Но обо всем по порядку. После апрельских событий один из бывших оппозиционеров Топчубек Тургуналиев, став директором Государственного агентства охраны окружающей среды и лесного хозяйства, решил начать внедрение кыргызского языка со своего ведомства. Он попытался заставить своих подчиненных говорить, писать, читать и даже думать на кыргызском языке. Но эксперимент работники агентства не поддержали, а Топчуке пришлось сменить пост главного лесника на должность советника президента по политическим вопросам.

На новом поприще его идею о тотальном внедрении госязыка поддержал руководитель аппарата президента Эмиль Каптагаев, что вдохновило Топчубека Тургуналиева сесть за разработку законопроектов о титульной нации, диаспорах и идеологии, которые он обещал выдвинуть на суд новых парламентариев. Пока тишина.

Зато повсеместно внедрять госязык решила Национальная комиссия по его развитию, которая, в принципе, и призвана заниматься этим вопросом. В конце 2010 года она провела акцию «Караван в поддержку кыргызского языка», участники которой проверили чиновников местных органов власти Иссык-Кульской, Ошской, Джалал-Абадской, Баткенской областей и города Бишкека на его знание. Как отметил председатель нацкомиссии Азимжан Ибраимов, по итогам работы выяснилось, что большинство региональных чиновников готовы вести делопроизводство на кыргызском, но, по их мнению, этот процесс должен начаться из центра. «Столичные чиновники также готовы учить кыргызский, поскольку в этом назрела необходимость. Сейчас эстафета каравана передана правительству: на знание кыргызского проверяют сотрудников министерств и ведомств страны», - сказал Азимжан Ибраимов.

Профессионализм - в языке?

Азимжан Ибраимов считает знание госязыка одним из критериев профессионализма чиновников. «Если чиновник не владеет кыргызским, то даже при наличии диплома об окончании Гарвардского или Оксфордского университетов ему в системе госуправления делать нечего», - сказал Азимжан Ибраимов и отметил, что такой подход никак не нарушает права и свободы граждан.

«У человека всегда есть выбор: отказаться от госслужбы и сохранить свое конституционное право на использование в работе и жизни официального языка или же выучить кыргызский и служить на благо отечества. Это важно, поскольку 71 процент населения - этнические кыргызы, 19 процентов - тюркоязычные граждане, для которых не составит труда выучить госязык, и лишь 10 процентов - русскоязычные», - говорит Азимжан Ибраимов.

Нацкомиссия решила начать с закона о госязыке. «В нем говорится, что делопроизводство должно вестись на государственном или официальном языке. Необходимо убрать предлог «или». Нужно изменить некоторые положения Конституции и обязать чиновников высшего ранга сдавать экзамен по госязыку, как это обязан делать глава государства», - подчеркивает Азимжан Ибраимов.

В противовес выступает директор правовой клиники «Адилет» Чолпон Джакупова. По ее словам, в Основном законе - да и в любом другом - нет определения понятия «официальный язык», и, значит, нет причин для паники.

«Я плохо себе представляю, где нацкомиссия найдет столько  профессиональных чиновников, которые безупречно знали бы кыргызский язык. Вместо этих инициатив лучше бы она разработала нормальную методику для изучения кыргызского языка в средних школах. Я по своим детям знаю, что по тем книгам и учебникам, которые есть в наших учреждениях среднего образования, выучить кыргызский язык невозможно», - сказала она.

По мнению политолога Токтогула Какчекеева, подобная политика нацкомиссии является одним из признаков пропаганды государством национальной исключительности одной этнической группы. «Если власти будут продолжать в том же духе, то нужно отказываться от ратифицированных международных соглашений, - говорит Токтогул Какчекеев. - Подписав эти документы, республика подтвердила, что ограничения прав и свобод по языковому, национальному, конфессиональному и культурному признакам являются нарушением прав человека. Подобные ограничения в первую очередь нарушают свободу самих граждан КР».

Эксперт ставит под сомнение существование самой структуры. «Создание Национальной комиссии по госязыку, а также ее финансирование я считаю нецелесообразным. Зачем мучить людей, заставляя учить язык? Эта комиссия взяла на себя обязательства переводить учебники, книги на кыргызский, но данная работа на самом деле ведется не комиссией, а международными донорами. На месте правительства я профинансировал бы тот же Кыргызский государственный технический университет имени Исхака Раззакова, чтобы его сотрудники занялись переводом технических терминов на кыргызский», - сказал Токтогул Какчекеев.

Языком масла не собьешь...  

Чтобы продвинуть свои инициативы, нацкомиссия подала соответствующие подзаконные акты на рассмотрение правительства. Вместе с тем кабмин должен определить и порядок принятия экзамена по госязыку чиновничьей братией.

По словам Азимжана Ибраимова, в том или ином ведомстве будет определяться число русскоязычных и двуязычных сотрудников. Среди последних будет оцениваться уровень знания кыргызского. «Если человек плохо владеет языком или вовсе не знает его, то с ним заключается договор, по которому работодатель обязуется создать условия для того, чтобы сотрудник мог выучить язык. Если по истечении отведенного срока сотрудник не овладеет кыргызским на должном уровне, то в отношении него должны быть приняты административные меры вплоть до увольнения», - считает председатель комиссии.

«Согласно подзаконным актам, знание языка будет оцениваться по 9 критериям, - говорит Азимжан Ибраимов. - Это содержание речи, ее четкость, соблюдение литературных норм, стилистика, правильное использование переведенных терминов, языковая культура. Будут учитываться ораторские способности, правильное применение пословиц, поговорок, крылатых выражений, фразеологизмов, терминов и использование грамматических норм литературного кыргызского языка. Принимать экзамен будут отраслевые комиссии, которые мы планируем создавать по мере необходимости. В них будут включены члены недавно созданного совещательного органа при нацкомиссии. При удачном раскладе мы начнем работать в этом направлении уже во втором полугодии 2011-го. Чиновники, сдавшие экзамен, сразу же получат соответствующие сертификаты», - добавил он.      

Как отметил директор Центра методологии науки и социальных исследований Национальной академии наук КР Нурбек Омуралиев, нацкомиссия, нарушая конституционные права граждан, превышает свои полномочия. «Она должна заниматься не повышением профессионализма чиновников посредством экзаменации по госязыку, а развитием как кыргызского, так и русского языков. Если следовать логике членов комиссии, то на госслужбе должны работать одни филологи. Полный абсурд! Началось с того, что комиссия начала снимать рекламные баннеры и плакаты только потому, что кыргызские тексты в них не согласовывались и не утверждались в этой инстанции - нацкомиссии. Получается, что комиссия занимается рэкетом на государственном уровне, поскольку согласование каждого слова в рекламном тексте предусматривает плату, хотя это не относится к их компетенции», - отметил он.

Язык мой - друг мой   

По мнению Нурбека Омуралиева, сделать язык по-настоящему популярным, заставляя людей учить его, невозможно. 

«Учить языку нужно с детства, поощряя и стимулируя, заинтересовывая детей. Не припомню, чтобы нацкомиссия за время своей почти 10-летней деятельности объявляла конкурсы на разработку методических пособий, написание книг или перевод произведений мировой литературы. Она пошла по легкому пути, пытаясь узаконить свои карательные функции. Есть кыргызы, владеющие госязыком на примитивном уровне. Среди чиновников много прекрасно говорящих на русском или кыргызском, но они совершенно не умеют грамотно излагать свои мысли. И факт, что лишь 10 процентов населения страны являются русскоговорящими, - тревожный сигнал. Если так пойдет и дальше, мы можем потерять русский язык. Поэтому и официальный, и государственный языки должны развиваться параллельно. А экзамены должны проводиться на двух языках. И в первую очередь их должны сдавать члены самой нацкомиссии», - подчеркнул Нурбек Омуралиев.

По мнению первого секретаря Посольства России в КР Виктора Харченко, ограничения по использованию языков прежде всего вредят гражданам государства. По его словам, чем больше языков знает человек, тем шире его возможности. «По Конституции Швейцарии, государственными являются 4 языка. Этот фактор только расширяет возможности самой страны и ее граждан. Требование, чтобы дети учили только один язык и в повседневной жизни использовали только его, лишает их возможности ездить в другие страны и получать образование за рубежом», - сказал Виктор Харченко.

Вместе с тем, отметил он, опасения, что кыргызский язык может исчезнуть, необоснованны. «Я вижу, что по Национальному телеканалу часто показывают художественные и документальные фильмы на государственном языке, которые созданы еще при СССР. Нельзя сказать, что язык умирает. Скорее, речь должна идти о развитии языка: написании и издании книг, учебников, сказок на кыргызском. При этом люди должны быть заняты делом. Только в этом случае идея национальной исключительности отойдет на второй план, а кыргызский язык будет развиваться», - добавил Виктор Харченко.