Анара Ниязова: Граждане Кыргызстана не доверяют судам, а значит, не доверяют властям

В Кыргызстане очередная революция одних вознесла на олимп власти, а других спустила вниз. Со сменой власти пришли и новые обещания, реорганизации и реформы, коснувшиеся, кстати, и видавшую виды судебную систему республики. По мнению членов правительства, реформа поможет системе правосудия стать независимой, а судьям - объективными. Идея обозначена, но о том, как планируется ее реализовать, каких положений коснется ноу-хау, власти так и не соизволили разъяснить. Чтобы узнать, каким образом будет проводиться реформа судебной системы, какие ее недуги нуждаются в лечении, корреспондент ИА «24.kg» встретился с заведующей кафедрой гражданского права и процесса Кыргызско-Российского Cлавянского университета Анарой Ниязовой.

- Что вы думаете об идее властей реформировать судебную систему?

- Чтобы рассуждать о ней, нужно видеть и представлять суды как в системе всех ветвей власти, в динамике, так и с учетом проблем, с которыми сталкиваются люди из-за их неудовлетворительной работы. Власти пока ничего конкретного не декларировали, поэтому ни в юридической среде, ни в институтах гражданского общества тема не обсуждалась. Вне зависимости от того, кто является инициатором реформы, в ее проведении необходимо участие судей, юристов, гражданского общества. На сегодня нашей ключевой проблемой является отсутствие преемственности любых государственных институтов. После каждой смены власти прежние идеи и проекты обнуляются, и все начинается сначала, хотя мы не вчера начали строить государство.

- Согласно исследованию агентства «М-вектор», недоверие населения к судебной системе велико - 60 процентов...

- Это показатель недоверия не только к судебной системе, а к власти вообще. Как правило, любое право подлежит защите в суде, и граждане чаще сталкиваются с судьями, а не с депутатами или членами правительства. Люди вообще перестали верить в закон, хотя это единственно возможное основание стабильного развития. Но эти основы подмывают политические и социальные потрясения, испытываемые страной в течение последних лет и сопровождающиеся незаконными действиями должностных лиц, несправедливыми решениями, безнаказанностью и прочим. Отсюда и недоверие.

- Правительство заявляет, что новая Конституция станет основой развития в КР демократии, в том числе и независимости судебной системы...

- Пока Основной закон будет меняться, как инструкция по пользованию, судебная система не сможет быть независимой. Известно, что Конституция - это продукт наших страхов и компромиссов. Политики пытаются вместить в нее все, чтобы обезопасить себя. Думается, в Конституции нужно заложить базовые основы: на каких принципах функционирует государство, каких ценностей придерживается общество, какие точки взаимодействия имеют между собой ветви власти, как обеспечивается система сдержек и противовесов. Что касается составляющих элементов системы власти, то для каждого из них можно разработать отдельные законы, регулирующие их деятельность. В конце концов, в эти законы легче вносить изменения. Только в этом случае мы перестанем кроить-перекраивать Основной закон.

- Что нужно менять непосредственно в самой системе правосудия?

- Проблема в том, что даже внутри своей системы судьи зависимы. Зависимы от председателя, который решает, кто будет рассматривать то или иное дело. Или, например, если принятое судом первой инстанции решение отменяется вышестоящей, то это зачастую рассматривается как некомпетентность первого судьи, что может негативно сказаться на его карьере. Известны ситуации, когда служители Фемиды пытаются сделать все, чтобы вышестоящие органы не отменяли их вердиктов. Чтобы исключить подобную практику, нужно выработать четкие правила процедуры пересмотра актов суда нижестоящей инстанции с целью недопущения влияния на позицию судьи. В то же время на явно незаконное решение должна быть адекватная реакция судейского сообщества. Вообще судьи должны опасаться делать только две вещи - нарушать закон или не защищать то или иное право человека.

- А как же действующие здесь и сейчас законы?

- Наши служители Фемиды вынуждены работать в ограниченном диапазоне нормативных правовых актов в зависимости от своей компетенции. Если человек заявляет о нарушении прав, прописанных в международных пактах, конвенциях, договорах, то судья реагирует на это примерно так: «Вы с ума сошли?! Где они, а где мы?». Но если мы ратифицировали эти международные договоры, значит, они являются частью не просто национального законодательства, но и нашей правовой системы, а права по ним гарантированы гражданам Основным законом КР и обеспечиваются всеми государственными органами.

- Почему такое возможно?

- Риторика и практика имеют разрывы. Права человека провозглашены высшей ценностью, но Конституция не имеет реального прямого действия, а нормы международных договоров игнорируются правоприменителями.

- Конституция, как утверждали ее авторы, создает все условия для независимости судебной системы...

- В стране введена парламентская форма правления. Но судебная система во многом зависима от других госорганов. Ее независимость не означает автономии от других ветвей власти. Главный принцип, обеспечивающий баланс, - единство государственной власти с четким разделением функций, где судебная система должна быть сдерживающим фактором как для законодательной, так и для исполнительной ветвей власти.

- А как же положение в Конституции, где говорится, что судебная система самостоятельно формирует свой бюджет?

- Это попытка обеспечить независимость. Но если раньше в Национальном совете по правосудию принимали участие судьи, депутаты и представители НПО, то по новой Конституции в формировании состава судей принимает участие коалиционное большинство Жогорку Кенеша, его оппозиционное меньшинство и президент, а гражданский сектор остается в стороне. И независимость судов вновь ставится под сомнение.

- Часто слышим от судей, что они работают на «давальческом сырье». Апрельские события суд рассматривает по такому же принципу? 

- Судебные решения зачастую являются точной копией обвинительных приговоров следствия. Тогда зачем, спрашивается, вообще нужно судопроизводство? Суд пытается оценить действия конкретных людей, принимавших участие в апрельских событиях. Но для начала необходимо дать оценку самому событию, и только потом исследовать роль тех или иных лиц в нем. Происходящее связано не только с дефектами в судебной системе. В процессе по апрельским событиям судьям приходится руководствоваться формальными нормами в отношении отдельных лиц. Судебные органы не всегда способны установить истину. Особенно в ситуации, когда существует угроза для некоторых политиков, высокопоставленных лиц быть привлеченными к ответственности.