Июньские события на юге всколыхнули всю страну. Новостные ленты, теле- и радиоэфир мгновенно наполнились откликами и пространными списками физических и юридических лиц, оказывающих помощь пострадавшим соотечественникам. Среди них были громкие имена известных политиков, лидеров различных партий и обычных простых граждан. Трудно однозначно назвать это единым порывом, так как в преддверии парламентских выборов многие партии, их лидеры - политики различных мастей отправляли на юг гуманитарные грузы, сопровождая свои действия мощным пиаром в СМИ, тогда как подавляющее большинство обычных людей делали это, не называя своих имен и не стремясь указать название организаций.
В связи с этим хотелось бы поделиться некоторыми размышлениями о такой важной для нашей страны проблеме, как филантропия...
Начну издалека. Благотворительность, меценатство и филантропия в том виде, в котором они известны сейчас, обязаны своим появлением мировым религиям - иудаизму, христианству и исламу, не только унаследовавшим древнейшие традиции помощи ближнему, но и создавшим организованную систему помощи ближнему со своими учреждениями, этикой и методами управления. В Кыргызстане давно говорят о развитии филантропии, но до сих пор эта проблема остается, выражаясь образно, остроугольной. Ошские события заставили вновь вернуться к ней.
Филантропия естественным образом проявляется в ситуациях необходимой неотложной помощи, как это и было во время Ошских событий, а также при военных конфликтах, различных бедствиях техногенного характера, природных катаклизмах. Отмечу, что масштабные национальные и международные филантропические акции по оказанию гуманитарной помощи отдельным населенным пунктам или целым районам и даже народам, оказавшимся в острой нужде, предпринимаются постоянно.
Однако опыт показывает, что помощь такого рода наиболее эффективно осуществляется государственными организациями или при поддержке государственных служб. Я имею в виду необходимость экстренной мобилизации ресурсов, привлечения дорогостоящих транспортных средств и так далее.
К сожалению, следует признать, что во время Ошских событий государство оказалось неготовым принять такую помощь и самое главное - справедливо распределить ее. Большую поддержку в этом оказали неправительственные и международные организации, которые имели на руках списки нуждающихся и коими, увы, не располагали государственные органы.
Очевидно, что дальнейшее успешное развитие филантропии в Кыргызстане, укрепление общественного потенциала филантропического сектора, а также повышение его роли в интеграции страны в международную среду возможны только при создании следующих условий: совершенствование законодательной и нормативной базы в сфере филантропии, введение благоприятного налогового режима, обеспечение гарантий прав собственности и создание условий для развития предпринимательства, повышение открытости и прозрачности донорских и филантропических структур для общества и властей, формирование позитивного отношения к филантропической деятельности и институтам филантропии.
Примечателен в этом отношении опыт развития филантропии такой маленькой страны, как Дания. Это самая маленькая страна в Скандинавии, население которой составляет 5,3 миллиона человек. В стране существует конституционная монархия. У страны нет собственной сырьевой базы, но тем не менее она занимает 4-е место в Европе по производству на душу населения. В стране одна из лучших систем социального обеспечения населения. 0,84 процента ВВП тратится на гуманитарные проекты за границей (это 2-е место после Норвегии). В Дании благотворителем быть выгодно, налоговые льготы получают и частные жертвователи, и компании. Любое пожертвование на сумму выше 500 крон дает там право уменьшать налогооблагаемую сумму на 500 крон.
Если в США ежегодно на благотворительность тратят 2 процента от ВВП, то частные структуры России на эти цели направляют до 11 процентов доходов. А в Кыргызстане мы с сожалением отмечаем, что многие предприятия проводят лишь разовые акции, приурочивая их к праздникам.
Словом, общая картина такова: благотворительность у нас имеет место быть, но в целом это хаос. При этом многие отмечают, что она на самом деле имеет большие масштабы, чем кажется. Поясню. Многие бизнесмены работают с так называемым черным налом и предпочитают не светиться, помогая кому-то. Даже когда человек оказывает помощь официально, он обычно просит не сообщать об этом всем и вся: сразу набежит масса новых «обездоленных». И тогда закономерно возникает один вопрос - насколько эта деятельность во благо?
Сколько на самом деле филантропов у нас в стране, которые оказывают помощь обществу, исходя из внутреннего, душевного порыва, или же делают это ради получения определенных дивидендов?
Гульнара Дербишева, директор Института социальной политики
