Выход статьи был под угрозой срыва. Зима в этом году выдалась не снежной, а мне приспичило побывать с Министерством чрезвычайных ситуаций на спуске лавин. Осадков ждала, как чуда, но выезд постоянно переносили.

Обычно МЧС не берет с собой журналистов на такие мероприятия. Уж больно рискованное и опасное это дело. Для ИА «24.kg» сделали исключение.

...27 марта сотрудники Дорожно-эксплуатационного учреждения № 23 везли своим коллегам, которые расчищали проезжую часть от сошедшей лавины, топливо. Никто не подозревал, что снег сойдет повторно и накроет «Ниссан Пикап». В нем находилось четыре человека: водитель, двое рабочих и сын одного из них. К сожалению, никого спасти не удалось.

Они уже начали терять сознание от нехватки воздуха. Кричать не было сил. Мужчина лишь услышал характерный звук грейдера и включил фонарик на сотовом телефоне, рассчитывая, что через толщу снега спасатели увидят свет.

Чудом техника не повредила машину. Пассажиров спасли.

Чтобы таких ситуаций не возникало, МЧС проводит артобстрел. Мы отправляемся на 246-й километр трассы Бишкек — Ош, где год назад неподалеку отсюда произошла трагедия.

Принудительный спуск лавин производится в ясную погоду с рассветом. С сотрудниками МЧС выезжаем в 3.00, чтобы поспеть к первому выстрелу. Ближе к 7.00 уже проехали перевал Тоо-Ашуу, что для зимнего периода весьма быстро. Благо дорожные службы не подкачали и вовремя расчистили дорогу.

Впереди ожидают опасные виражи Ала-Беля. Водитель решает надеть цепи. Без них в горы выезжать опасно.

Артиллерийский расчет выехал за день раньше и ожидал в назначенном месте. Обстрел производят из зенитной установки КС-19 боевыми снарядами. Для этого сюда командированы солдаты. Их задача разобрать пушку, заряжать ее и стрелять.

Всем процессом руководит один человек от МЧС — начальник снеголавинной станции «Итагар» Алмазбек Андашев. Его указаниям подчиняются МВД, Министерства транспорта и дорог, здравоохранения и даже Госкомитет по делам обороны. Он же выступает наводчиком.

«Предупредительный спуск лавин необходим для того, чтобы снег произвольно не сошел на проезжую часть дороги. Все службы находятся здесь. На 246-м километре мы должны обстрелять два лавиносбора. Они угрожают трассе, — рассказывает он. — Снега накопилось около 60 сантиметров. Осенью выпало 10 сантиметров осадков. От интенсивности движения пара в снежной толще образовалась глубинная изморозь. Она свободная. Сверху выпал еще снег. В результате возникает опасность схода лавины».

Накопление снега определяется по рейкам. Они устанавливаются осенью на каждом лавиносборе.

Однако по одной рейке невозможно определить, что возникла угроза схода лавины. На трассе Бишкек — Ош организованы стационарные площадки. На них лавинщики берут пробы снега, производят его растяжение.

Незадолго до спуска лавин в пункты временной дислокации на дороге Бишкек — Ош доставили два многоцелевых легкобронированных тягача сухопутных войск ВС КР.

То и дело разговор с Алмазбеком Андашевым прерывают позывные рации. Он успевает и рассказывать мне про пушку, и контролировать подготовку, отдавая распоряжение патрульной службе перекрывать движение по трассе на два километра выше и два километра ниже от места обстрела в нелавиноопасном месте.

А тем временем зенитная установка развернута. Оказывается, это обычный артиллерийский расчет, который участвовал в боевых действиях в 60-е годы во время даманского конфликта между СССР и Китаем. Тогда Кыргызстан и получил КС-19.

В прямом смысле слова эта пушка прошла огонь и воду. До выхода реактивных лайнеров ею сбивали пропеллерные самолеты. Их устанавливали звеньями по шесть штук.

Но почему именно боевой расчет? По словам капитана гвардии Сапара Эрмекова, КС-19 используют для обстрела потому, что у нее дальность стрельбы более 15 километров. На автодороге Бишкек — Ош есть такие участки, где необходимо стрелять на расстояние 10 километров. Для этого используются осколочно-фугасные снаряды. 

Сегодня лавинщики планируют обстрелять семь точек. Алмазбек производит последний осмотр в бинокль перед выстрелом. Как бы я ни пыталась разглядеть те самые рейки, ничего, кроме белых просторов и елок, не увидела.

«Погода вносит свои коррективы в нашу работу. У нас есть прогнозы по осадкам, но они не совсем корректные. Может за 3 дня выпасть 10 сантиметров снега или за 3 часа — 60 сантиметров», — говорит Алмазбек Андашев.

Солдат несет снаряд, как младенца, прижимая к груди. Заряжают. Алмазбек еще раз убеждается в правильности наводки. Раздается команда «Огонь!», а за ней — оглушающий звук выстрела. По горам пошел гул, с деревьев посыпались мелкие веточки и сухая листва.

Я наивно жду, что вот-вот с вершины сорвется лавина и — как в мультфильме «Ну погоди!» — устремится вниз. Однако солдаты несут новый снаряд и готовят повторный выстрел. Опять по ушам бьет ударной волной. Алмазбек, привыкший за 17 лет работы в МЧС к обстрелам, спокойно продолжает смотреть в бинокль.

— Будем стрелять, пока не сойдет снег? — интересуюсь у него.

— От взрыва снег оседает. Мы не добивались схода лавины. Произведено семь выстрелов в один лавиносбор. Если мы собьем снег на дорогу, это дополнительный расход для бюджета, — развеял он мои надежды увидеть сход лавины.

«В снежные годы лавины сходили интенсивно, куда бы мы ни стреляли. Наша задача предотвратить сход снега», — рассказывает Алмазбек.

После обстрела лавинщики будут пристально наблюдать за склонами. Перед этим они уже оповестили автолюбителей о возможном сходе лавин. МЧС настоятельно рекомендует водителям соблюдать на горных участках дистанцию в 500 метров, однако мало кто следует этому.

Самыми лавиноопасными в Кыргызстане считаются трассы Бишкек — Ош, Кара-Кульджа — Алайкуу, Чаткал — Ала-Бука, Энилчек — Каракол.

Мы переходим на два километра выше и запускаем в другую вершину еще пять снарядов. Лавина не сошла. По удовлетворенному виду Алмазбека понимаю, что все идет по четко отработанному плану.