Сорокадвухлетний Артур Шакиров (имя изменено) принял свои ошибки молодости, борется с серьезными инфекциями и пытается помочь другим пациентам.

Артур родился в многодетной семье. «Маме приходилось очень тяжело с пятью детьми, поэтому меня в семь лет определили в детский дом в Чуйской области. После четвертого класса мама меня забрала. Сейчас у нас с ней хорошие отношения, я на нее не обижаюсь, просто так получилось.

В 18 лет я впервые попал в места лишения свободы, отсидел, потом второй, третий раз. В общем, отсидел пять сроков — в основном за разбой и кражи», — не скрывая, говорит он.

«В 2009 году я узнал о своем ВИЧ-статусе. Случайно. Пока жена (с ней я познакомился по телефону, когда сидел) не забеременела и не сдала анализ на ВИЧ при постановке на учет. Сам я получил инфекцию от бывшей сожительницы за два года до этого. Вообще по силе воле и по характеру я очень сильный. Но когда у меня нашли ВИЧ, мне это преподнесли так: «У тебя СПИД, и ты умрешь».

На тот момент я заболел туберкулезом в третий раз, сразу принимал АРВ-препараты, противотуберкулезные и плюс от вирусного гепатита. Это было очень тяжело. Но я справился. Знакомство с супругой заставило завязать с наркотиками. Сейчас воспитываем двух дочерей 18 и 6 лет. Младшая — здорова, давно снята с учета в центре «СПИД».

Благодаря Глобальному фонду для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией я работаю, имею семью, помогаю пациентам со схожей судьбой. Жить с ВИЧ или туберкулезом в нашей стране непросто. Иногда родственники выгоняют таких больных из дома, дискриминация есть в обществе, госучреждениях, больницах», — рассказал Артур Шакиров ИА «24.kg».

В Кыргызстане, как и в других странах Восточной Европы и Центральной Азии, отмечаются высокие темпы распространения ВИЧ.

По оценкам экспертов, реальное число больных в несколько раз выше официальных данных. На 1 января 2017-го в республике официально зарегистрировано 7 тысяч 117 случаев ВИЧ-инфекции (начиная с 1987 года). В том числе детей с ВИЧ — 580. Эпидемия находится уже в продвинутой концентрированной стадии в связи с ростом передачи половым путем.

В 2016 году в Кыргызстане завершилась госпрограмма по преодолению ВИЧ-инфекции. Минздрав разработал новый документ на 2017–2021 годы, включающий дорожную карту по переходу на национальное финансирование программ на 2016–2018 годы.

«Исследование, проведенное в Кыргызстане в 2015 году, установило: существующее финансирование позволяет сдерживать эпидемию, но остается недостаточным. При сохранении текущего финансирования ожидается умеренный рост эпидемии ВИЧ», — говорится в проекте госпрограммы.

То есть сохранение текущих расходов с фокусом на лечение и профилактику ВИЧ среди ключевых групп населения позволит предотвратить около 18 тысяч новых случаев ВИЧ-инфекции за 2015–2020 годы. Поэтому перед правительством стоит задача увеличить финансирование, чтобы остановить эпидемию.

По словам директора РЦ «СПИД» Улана Кадырбекова, Кыргызстан намерен подать заявку: «Глобальный фонд выделяет нам около $23 миллионов на три года, начиная с 2018-го. В том числе на программы ВИЧ/СПИДа — чуть больше $11 миллионов, остальное — на ТБ. Конечно, если сравнить с предыдущими годами, когда нам ежегодно выделяли по $7–10 миллионов, этого мало».

«При этом доноры настаивают на увеличении государственного финансирования. В данной заявке обязательным условием является подтверждение увеличения финансирования со стороны бюджета на не менее 15 процентов. Если государство не найдет дополнительных средств, то грант будет уменьшен на эти 15 процентов», — пояснил он ИА «24.kg».

«На препараты и тест-системы хватает. У нас не совсем обеспечивается лечение оппортунистических инфекций (те, которые присоединяются на фоне ослабленного иммунитета ЛЖВ (туберкулез, пневмония). Также у нас не будет хватать на программы снижения вреда, пункты обмена шприцов. Часть, возможно, придется закрывать.

И, соответственно, повышается риск передачи инфекции. По последним данным, почти каждый шестой наркоман инфицирован ВИЧ.

Кроме того, по протоколам мы еще должны тестировать и лечить вирусные гепатиты у ЛЖВ. Но это и сейчас не делается потому, что препараты против гепатитов дорогие. И тесты для этих больных тоже не предусмотрены», — перечислил глава РЦ «СПИД».

Ранее с просьбой увеличить финансирование к чиновникам обращался председатель Общественного совета при Минздраве Айбар Султангазиев. «Денег катастрофически не хватает. По нашим подсчетам, минимальный дефицит с учетом всех донорских средств, это $1,5 миллиона в год, начиная с 2018-го. Государство обязано предоставить эти средства. Иначе мы просто проиграем в борьбе с ВИЧ-инфекцией», — опасается он.

Но Улан Кадырбеков успокаивает: «В последние годы бюджет на программы ВИЧ/СПИДа увеличивается. Если в 2015-м выделили 3 миллиона сомов, то в 2016-м — уже 20 миллионов. На 2017-й также заложено 20 миллионов сомов».

По словам специального посланника генерального секретаря ООН по ВИЧ/СПИДу в Восточной Европе и Центральной Азии Мишеля Казачкина, люди привыкли к тому, что все должно финансироваться донорами.

«Я сам возглавлял Глобальный фонд и знаю это. Доноры помогли создать базу, которая теперь должна развиваться на национальном уровне. Поэтому деньги должны идти туда, где они нужнее всего», — отмечает он.

«Я не говорю, что денег много, и я знаю, что их немного в Кыргызстане. Вопрос — на что и как эти средства используются, — подчеркивает Мишель Казачкин. — Внутри системы здравоохранения можно достаточно сэкономить средств через более эффективные расходы. Это и будет один из источников финансирования программ по преодолению ВИЧ-инфекции».