Партии, несомненно, нужны, но их боссы никак не могут уяснить, в чем заключается успех организаций. Как свое детище привести в парламент, удержаться на плаву, не растеряв ни финансовые ресурсы, ни человеческие. Почему наши партии хрупки, как карточный домик? Почему разваливаются на части, едва пройдя выборы? На эти вопросы 24.kg ответили эксперты.

Феликс Кулов, экс-премьер-министр, бывший депутат парламента Кыргызстана:

— Партии, как любая динамическая конструкция, переживают несколько этапов становления. Одни трансформируются и движутся дальше. Другие распадаются на несколько частей. За примерами далеко ходить не надо. Распались созданные под президентов партии «Алга, Кыргызстан» (партия свергнутого в результате мартовских событий 2005 года президента Аскара Акаева. — Прим.24.kg) и «Ак-Жол» (бывшего президента Курманбека Бакиева. — Прим. 24.kg).

В России тоже были партии, которые быстро скончались. «Наш дом — Россия», к примеру. Это болезнь роста. Поиграли в парламентскую демократию, а потом взрослая жизнь все расставила по местам. С учетом этих ошибок я и еще ряд политиков разработали свои предложения.

Чисто мажоритарный принцип не пройдет. При нем теряются общенациональные идеи. Поэтому мы говорим о введении пропорционально-преференциальной системы. То есть человек голосует за партию и ее кандидатов из этой партии, но не списком, а персонально. Преимущество системы и в том, что не надо менять Конституцию.

А если будет та система, о которой я говорю, избиратель вправе потребовать отзыва депутата, если он не исполняет программу партии.

Мы прошли общественное обсуждение и внесли нашу инициативу в парламент, но VI созыв не хочет рассматривать наши предложения. Хотят, как и в 2015 году, на мешках с деньгами въехать в Жогорку Кенеш.

Да и многие начинают понимать, что реформы нужны. Созыв слабый, предвыборные обещания не исполняет, а спросить не с кого.

Мурат Суюнбаев, политолог:

— В Кыргызстане партий нет. Есть чучела. Причина их отсутствия в том, что мы постоянно стараемся кому-то подражать, но суть и механизм скопировать не можем.

Это объединение на основе общей идеологии, которая отражена в программе партии. У нас же партийные программы списаны с аналогов других стран и реалии Кыргызстана не отражают. Смотрите, у нас две трети населения живет в айылах. Где аграрная партия? То есть самый большой процент электората не охвачен.

Сказать, что нужно менять избирательную систему, переходить от пропорциональной к мажоритарной и это есть панацея от раскола и партийного разложения, я не могу. Надо для начала разобраться, зачем нам нужны партии.

Если совершим экскурс в историю, то обнаружим, что партии создавали в обществах, разделенных на классы, в эпоху индустриализации и при такой структуре людям был необходим своего рода рупор для выражения их чаяний. Но в Кыргызстане необходимости в партиях никогда не было. Тогда зачем они созданы?

А потом удивляемся, почему партии распадаются. Это закономерно. Не может в политической прослойке удержаться искусственно созданная формация, которая держится на длинном соме, а не на идеологии.

Чинара Эсенгул, политолог:

— Строительство партии равнозначно возведению дома. То есть если у вас слабый фундамент, то конструкция не выстоит. Поэтому разберемся, на основе чего создаются партии. Политическое объединение будет устойчивым, если оно базируется на общих ценностях, принципах, миссии и видении. Иными словами, должна быть идеология, поддержанная всеми членами.

На долгосрочную перспективу они не работают. Идеи-то нет, ради которой идут во власть. Я сейчас говорю не о желании набить собственный карман, а именно о партийной идеологии.

Посмотрите на Великобританию. В Объединенном Королевстве идет процесс рефлексии в связи с выходом из Евросоюза. Все смотрят на партии, смогут ли они разрешить кризис или их подход безнадежно устарел. Представители Лейбористской партии и Тори проводят дискуссии, как улучшить положение страны, как решить вопрос безопасности, то есть формируют внутреннюю и внешнеполитическую повестку. Это и называется парламентской демократией. У нас таких дебатов между партийными деятелями нет. И это свидетельствует о том, что партии не имеют идеологического посыла.

А политики будут бегать из одной политической организации в другую. Мы все еще экспериментируем, пытаясь приладить парламентскую форму правления. Но ничего не получится до тех пор, пока не заработают партии. Мы говорим о чем угодно, а о ситуации с их строительством — нет.

Нет у нас и серьезной поддержки со стороны государств с развитой парламентской демократией, где сильные партии. Страны Евросоюза не хотят помогать, опасаясь, что на международной арене такой шаг воспримут как вмешательство в политику суверенного государства. Но я считаю, это не вмешательство, а обмен опытом. Нашим партиям он необходим, так как у нас они очень слабые, пораженные вождизмом.

Вероятно, в Кыргызстане следует создать некую площадку, где политики с помощью доноров будут учиться строительству партий. Без них парламентской формы правления быть не может.

Шерадил Бактыгул, политолог:

— То, что партийные функционеры не могут организовать работу партий, а избиратели продают голоса, — это следствие.

Оглядываясь в советское прошлое, мы считаем, что партия должна иметь крепкий аппарат с упором управления на районном и областном звеньях при регулярном источнике финансирования — партийных взносах. Но поскольку этих вложений нет, то люди и не понимают, зачем им работать в партии.

На Западе, к примеру, партии поддерживает бизнес. У нас же богачи начинают вкладывать в партии только на выборах. Тогда и привлекают агитаторов, распространителей и прочих партийных работников.

Вот и голосуют за вождя. А когда надо получать депутатские мандаты, появляется вообще неизвестно кто. ЦИК регистрирует списки, состоящие из 200-300 человек. Но по Конституции ни одна партия набрать больше 60 мест не может, зачем такие рулоны с абсолютно неизвестными именами? Даже на этапе избирательных кампаний борются за мандаты не партии, а какие-то непонятные сообщества.

Нам предлагают только пять-шесть известных политиков, и за них мы голосуем. Остальных они сами набирают. А когда такой приглашенный депутат приходит в парламент, то занимается не партийной работой, не консолидацией электората, а помогает только тому населенному пункту, откуда родом. По городам он разъезжает как политический турист — отчитать полномочного представителя правительства в области, пальцем погрозить главе айыл окмоту — этим их партийная деятельность и ограничивается. Поэтому нет доверия у населения ни к Жогорку Кенешу, ни к партиям. Не знают наши люди эти партии, не понимают, как они работают, с кем, какие у них программы. И кого в этом винить? Простых людей? Так им до сих пор выбирать не из кого.