Эсенгул Омуралиев: Кыргызстан – это государство, которое живет от выборов до выборов

Когда Кыргызстан объявил о своей независимости, Эсенгул Омуралиев являлся депутатом легендарного парламента и наблюдал становление суверенности, так сказать, воочию. В составе тогдашнего профильного комитета по законодательству и законности он с коллегами составлял декларацию независимости республики.

Сегодня он - полномочный представитель правительства в Жогорку Кенеше. Чиновник убежден, что Кыргызстану раскол не грозит, но все же советует нынешним политикам уделять больше внимания развитию экономики, начать наконец-то проводить реформы и не разыгрывать карту межнациональных и межрегиональных отношений. Экс-депутат легендарного парламента сегодня отвечает на вопросы ИА «24.kg».

- Эсенгул Касымович, можно ли спустя 20 лет сказать, что надежды Кыргызстана оправдались?

- Оправдались. Начнем с того, что в 1990 году впервые состоялись свободные выборы в парламент. Из 350 депутатов легендарного парламента 124 были избраны вопреки партийной разнарядке. Позже именно они образовали костяк здоровых демократических сил и сформировали правовую и политическую основу независимого Кыргызстана. Это главная надежда, которую кыргызский народ ждал веками.

В августе 1991 года, когда члены ГКЧП попытались устроить переворот, у нас уже были все атрибуты независимости, были президент, независимое от центра правительство, демократически избранный независимый высший законодательный орган. Поэтому мы четко удерживали позицию сохранения независимости Кыргызстана, и, собственно, ГКЧП и не был поддержан. Сегодня я могу сказать, что мои надежды оправдались. Мы живем в собственной стране, которая хотя и с трудом, но развивается. Думаю, что постепенно Кыргызстан встанет на ноги, и будут созданы все условия для того, чтобы граждане жили достойно и безбедно. Все возможности для этого есть.

- Но различные эксперты утверждают, что над Кыргызстаном нависла угроза потери суверенитета...

- Нет, я с этим не согласен. Эти политологи не знают менталитет и историю нашего народа. Опасности расчленения государства на части изнутри нет. Но на мировой арене имеются игроки, которые хотели бы нас расколоть, причем не только нашу страну, но и другие государства Центральной Азии. Они и могут проводить такого рода провокации, как июньские события 2010 года. Но в ситуации с Кыргызстаном их планам не суждено осуществиться. Поскольку кыргызы - это совершенно особый народ. Почему мы на протяжении стольких лет не потеряли свою идентификацию, не утратили присущую нам национальную самобытность? Потому что кыргызы - кочевники, и нам присуще объединяться перед лицом внешних угроз. Таков дух кочевников. Это между собой кыргызы могут устраивать склоки и перебранки. События на юге республики в июне 2010 года показали, что весь Кыргызстан встал как единая страна, и наши люди, именно люди, а не политики, сделали все возможное для локализации конфликта и поддержки пострадавших.

- Вы считаете, именно внешние игроки виновны в том, что Кыргызстан - самая отсталая страна в СНГ?

- Нельзя так категорично судить. Кыргызстан не самая отсталая страна СНГ. Мы потеряли очень много в переходный период. При Советском Союзе была плановая экономика. К примеру, я при СССР возглавлял Иссык-Кульское производственное объединение электротехнических заводов. Как мы работали? Мы потребляли эмалевые тонкие медные провода. Их выпускал кабельный завод у нас в Каинды. Но разнарядку на поставку этого провода давали с кабельного завода аж Комсомольска-на-Амуре. Хотя, приобретай мы то же самое в Каинды, остались бы только в выигрыше. Расходов было бы меньше, и транспортных в том числе. То есть плановая экономика была построена на этом воздухе лишних трат. Это первый момент.

Второе - в Кыргызстане не было ни одного завода, готовую продукцию которого можно было бы продавать и поставлять на экспорт. Вся продукция наших заводов, кроме Майлуу-Сууйского электролампового, шла на комплектацию. А в тех же Прибалтике, Украине, Беларуси были заводы, выпускающие товары на экспорт, они сегодня сохранились. В итоге после развала СССР фабрики и заводы, работающие на комплектацию, встали. Другое дело, что на месте вставшего завода можно было наладить новое производство или перепрофилировать предприятие, но для этого нужны были большие деньги. А в начале 90-х в Кыргызстане собственных ресурсов не было, инвесторы про новую независимую республику еще не знали. Но сейчас все упирается в политическую нестабильность. Вот та гидра, которая отпугивает потенциальных бизнес-партнеров. Как только наступит стабильность, жизнь в Кыргызстане наладится.

- Что для этого нужно? Наличие управляемой демократии, может быть?

- В мире лучшей системы управления, чем демократия, никто не придумал. Но демократия - это не значит, что все вопросы нужно решать на митингах. Это уже охлократия. Когда несколько десятков человек выходят на площадь и криками пытаются достучаться до властей, а власть идет у них на поводу, - это не демократия. Необходима децентрализация власти. Человек должен все свои проблемы решать там, где он живет, а не бежать за помощью в столицу. Но чтобы представители на местах смогли обеспечить народу, проживающему на вверенных их заботам территориях, те условия жизни, которые люди требуют, «верхи» должны часть полномочий, включая экономические, финансовые рычаги, передать в ведение местного самоуправления. Государство также должно создать совершенную правоохранительную систему. Наши милиционеры не должны бояться толпы, а уметь останавливать ее. Но для этого силовые структуры не должны быть политизированы и коррупция там должна быть сведена к нулю. Мы уже 20 лет пытаемся реформировать эту систему, и без толку.

- Что же мешает создать профессиональную милицейскую службу?

- Мешает неправильное понимание реформы. Причем во всех сферах. На протяжении 20 лет считалось, что реформировать означает сократить численность работающих. Но это не реформа. Изменения должны быть кардинальными. Необходимо также заняться административно-территориальным переустройством. К примеру, в той же Эстонии есть центр, районы и города. Все эти звенья одной цепи координируются великолепно. Но мы не идем по пути упразднения лишних территориальных единиц. Почему? Потому что любое начинание рассматриваем через призму политической выгоды. Кыргызстан - страна, которая живет от выборов к выборам, а этот процесс невозможно себе представить без влияния административного ресурса.

Потом необходимо ввести прямые выборы мэра и акима. Пусть люди сами выбирают, а не исполняют директиву «сверху». Но чтобы провести реформу, нужна политическая воля.

- Разве хватит коалиционному правительству политической воли начать реформирование страны?

- Нет, с тем форматом правительства, который мы имеем на сегодня, никаких реформ проводить нельзя. Поскольку реформы возможны только в том случае, когда есть согласие и консолидация усилий. Я очень надеюсь, что после 30 октября к власти придет человек, у которого хватит мудрости и решимости поставить вопрос формирования кабинета министров перед правящей коалицией ребром. То есть пусть депутаты коалиции выбирают премьер-министра, но он в свою очередь должен представить программу и сам набрать себе команду, с которой будет реализовывать эту программу. Парламент ни в коем случае не должен диктовать, кому какой портфель отдать. Тогда будет стабильное и работоспособное правительство.