Вес без лишнего шума. Политический почерк Улана Ниязбекова

Накануне Дня кыргызской милиции стало известно о награждении министра внутренних дел Улана Ниязбекова орденом «Манас» первой степени. Конечно, это стечение обстоятельств, и решение о награждении принято задолго до 1 ноября и просто совпало с профессиональным праздником генерала. Но этот заметный знак государственного признания — повод присмотреться к тому, чье влияние значительно шире присутствия в новостях и мелькания в социальных сетях. Хотя, конечно, об уровне этого влияния мы знали и без наград.

От детской мечты к министерскому креслу

Улан Ниязбеков родился 28 августа 1975 года в селе Аманбаево Кара-Бууринского района Таласской области, вырос и учился в Кызыл-Адыре. Его отец в советское время работал водителем, после распада СССР занялся фермерством, мать работала медсестрой. В семье двое детей: у Ниязбекова есть младшая сестра, которая тоже выбрала службу в правоохранительных органах. Сегодня она начальник одного из факультетов Академии МВД. И, как утверждают источники, близкие к ней, брат-генерал сказал ей прямо, что эта должность — ее «потолок», чтобы не было никаких разговоров и подозрений.

Но учиться на милиционера он не пошел, хотя в Бишкеке получить специальное образование было невозможно. Нужно было ехать как минимум в Караганду. Поэтому Ниязбеков поступил на юридический факультет Кыргызского национального университета, который успешно окончил. А в 1993–1994 годах прошел службу в армии.

В систему МВД Улан Ниязбеков пришел не сразу. Его карьера началась в 1998-м с должности оперативника в подразделении налоговой, а затем и Финансовой полиции, работавшей по Аламединскому и Иссык-Атинскому районам Чуйской области. Потом занимал руководящие должности в подразделениях Финансовой полиции Чуйской и Таласской областей. В общей сложности этой службе Ниязбеков отдал около десяти лет. В 2008 году перешел в органы внутренних дел: сначала работал в подразделении общественной безопасности УВД Баткенской области, а далее — в Бишкеке.

Генерал и кудалар

В 2010 году Улан Ниязбеков стал помощником министра внутренних дел, в 2011-м возглавил финансово-хозяйственное управление МВД, позднее занимал должность заместителя начальника 7-го управления. Таким образом, к оперативной работе и вопросам общественной безопасности добавился опыт внутри самого министерского аппарата — с его финансовыми, хозяйственными и организационными задачами.

При этом путь Ниязбекова не был непрерывным продвижением по ведомственной лестнице. В 2014 году он ушел из органов и в 2015-м баллотировался в Жогорку Кенеш по списку партии «Ата Мекен». Его протежировал покойный Болот Шерниязов. Партия прошла в парламент, однако Улан Ниязбеков депутатский мандат не получил. Тогда места распределялись по списку, и до него очередь просто не дошла. Точную дату его возвращения в МВД опубликованные биографические материалы не называют, но к октябрю 2020 года Ниязбеков вновь работал заместителем начальника 7-го управления ведомства.

Почему выбор в то тревожное время пал именно на Ниязбекова как главного в наведении порядка на улицах столицы и по всей стране, ответа нет. Можно только строить версии. Естественно, Жапаров и Ниязбеков знакомы были давно. Улан Ниязбеков не чужак в политической тусовке Кыргызстана и свой для системы внутренних дел.

Позднее к отношениям с президентом добавилась и семейная связь. 17 декабря 2022 года дочь Ниязбекова вышла замуж за племянника Садыра Жапарова со стороны родственников его супруги. Таким образом, семьи главы государства и министра стали кудалар. Но последовательность событий все-таки стоит подчеркнуть: эта семейная связь возникла более чем через два года после назначения Улана Ниязбекова и, конечно, никак не связана с его приходом на этот пост. Так бывает, что чиновники и политики становятся родственниками через детей. Кыргызстан — маленькая страна, и в этом ничего особенного нет.

Негромкий, но заметный

Публичный образ Улана Ниязбекова сдержан. Особенно на фоне своего бывшего коллеги по силовому блоку, отличавшегося любовью к демонстративным жестам. Хотя сегодня, кажется, такое время: если тебя нет в социальных сетях, то тебя вроде как бы и совсем нет. Тем более если ты занимаешься политикой. И это понятно. Открытость повышает доверие к политику и его деятельности. Но для силовиков все-таки действуют другие правила.

«Наша служба и опасна, и трудна и, на первый взгляд, как будто не видна»… Известные строчки из старого советского фильма про милиционеров отражают то самое профессиональное нутро: многое из того, что ты делаешь, не предназначено для публики. Обо всем не расскажешь, каждое решение не объяснишь, а иногда лишнее слово может помешать выполнить задачу или поставить под угрозу человека.

Чтобы слышали без повышения голоса

Это, конечно, не освобождает МВД от обязанности объяснять свою работу и отвечать на неудобные вопросы. Но личный пиар министра здесь далеко не главная задача. Куда важнее, что происходит после его поручений и как работает ведомство, когда рядом нет ни самого руководителя, ни камер.

Улан Ниязбеков, судя по его публичной манере, чувствует себя в этой логике вполне уверенно. Он не стремится ежедневно подтверждать собственную значимость. За него должны говорить дела, и именно по ним имеет смысл оценивать его влияние. И изменения в самом МВД за эти годы вполне конкретные. В стране открыли центры обслуживания граждан по принципу «единого окна», создали центры мониторинга и командные центры, обновили служебный транспорт, начали переход на цифровую защищенную радиосвязь.

За техническими названиями стоит понятная задача: чтобы кыргызстанцу, простому гражданину, было проще получить услугу, а сотрудникам — быстрее обмениваться информацией и реагировать. И, кстати, по всему Кыргызстану открывают новые современные здания РОВД и УВД. Без помпы, напутственных речей со стороны министра и длинных телевизионных репортажей. И в этом тоже почерк генерала.

Мы поговорили с его подчиненными и коллегами по правительству, как отзываются об Улане Ниязбекове. Хорошо отзываются. Вот только некоторые эпитеты: «старается дружить со всеми», «палачом не является, стремится перевоспитать, объяснить, а не сразу «закрывать», «веселый, юморной», «сечет все», «по складу управления и поведения больше чекист, чем милиционер», «командный игрок», «всегда заботится о своих подчиненных», «не бросает своих, если виноваты — наказывает сам», «не кичливый».

Шесть лет во главе МВД — для кыргызской политики срок немалый. За это время сдержанность Ниязбекова уже трудно объяснить случайностью или неумением работать на публику. Скорее, ему просто не требуется постоянно доказывать, что он главный на этом важнейшем участке, порученном ему президентом. В кыргызской политике многие умеют заставить говорить о себе. Гораздо труднее добиться, чтобы тебя слышали без повышения голоса. Похоже, Улан Ниязбеков эту разницу понимает.