Наверное, нет ничего мучительнее для матери или отца, чем переживать болезнь своего ребенка, когда ты ничем не можешь помочь малышу, всецело полагаясь на врачей. Но медики не волшебники, и порой все заканчивается более чем печально. Больше месяца назад в семье Джумашевых погиб 9-месячный сын. Отец ребенка, оперуполномоченный ГУУР МВД КР Бакытбек Джумашев, помнит те дни, расписывая подробности буквально по часам. Вот что он рассказал.
«Обычный» недуг...
«У моей дочери Алины, ей два года, 25 марта расстроился желудок. А через день заболел и сын Аскар, пропал аппетит, поднялась температура, началась диарея. Вечером 27 марта мы с женой приехали в Республиканскую клиническую инфекционную больницу (РКИБ). Дежурный врач, осмотрев детей, сказал, что положит их в отделение, поскольку по наглядным признакам у них дизентерия. В тот же вечер детям поставили капельницы, взяли на анализы кал, кровь и мочу. Но у Аскара мочу не удалось собрать. Обоим детям назначили антибиотики. На второй день у сына из-за сильного поноса начала выпадать прямая кишка. Но завотделением Надыр Жообаев заверил, что у детей обычная дизентерия, ничего страшного нет, и их вылечат антибиотиками. Жена попросила его уделить побольше внимания детям, и ей пришлось дать ему тысячу сомов, чтобы он сам лично проконтролировал процесс лечения. Вскоре дочери стало лучше, а сыну, наоборот, хуже. Он постоянно плакал от боли в животе. Заведующий говорил, что тяжелая форма дизентерии протекает именно так. Сын перестал сам есть, еду приходилось вливать через шприц.
...встречающийся впервые
Уже 30 марта у сына начали отекать руки, врачи заверили, что это из-за капельниц. Ребенок стал очень вялым, лежал и смотрел в одну точку, как будто не узнавая нас. Температура поднялась до 38 градусов. Медсестры дали парацетамол, а делать литический укол для снижения жара пока отказались. Но через полчаса сын побледнел и его начало трясти, появились судороги в ногах. После это сразу же сделали укол и отправили в реанимацию, где спросили историю болезни. В карточке не оказалось анализов, на что медсестра ответила, что они, наверное, затерялись, и она посмотрит их в других историях. Врач осмотрела ребенка и отправила нас обратно в отделение, поскольку заверила, что отеков нет и судороги прошли. Тогда Жообаев заявил, что такой случай дизентерии за столько лет работы видит впервые. Завотделением проинформировал, что ребенку комбинируют антибиотики, но пока улучшения нет. Второго апреля сына вновь перевели в реанимацию. Лечащий врач рассказал, что у ребенка нет мочи, в крови превышено содержание белков, и взял наше согласие на то, чтобы вставить Аскару катетер в области ключицы.
А после обеда он заявил, что у сына начался ДВС синдром (диссеминированное внутрисосудистое свертывание крови). Медики избегали разговоров с нами, отмечая, что состояние Аскара тяжелое, но стабильное, нет мочеотделения, из-за чего начинают отекать внутренние органы и головной мозг. Надыр Жообаев утром 3 апреля заявил, что врачи пока не знают, что делать, но если у нас есть знакомые, то нужно договориться с врачами отделения нефрологии Национального центра охраны материнства и детства. Что мы и сделали. После этого сына перевели туда, но он уже был в состоянии комы. Через несколько дней пребывания в реанимации Аскар начал приходить в сознание, поскольку его подключили к аппарату искусственной почки (гемодиализу). Но жидкий стул продолжался. И тут возникла другая проблема: в больнице закончились фильтры на аппарат для гемодиализа для новорожденных, пришлось самим искать и заказывать их в Алматы и Москве.
Уже не спасти
Врачи так и не могли понять, из-за чего у ребенка не прекращался понос и какая инфекция у него. Мы покупали различные лекарства, антибиотики, кровь и плазму - все, что говорили врачи. Дежурили у реанимации, но состояние сына не улучшалось. 9 апреля сына перевели в отделение, утром 10-го - вновь в реанимацию... Но сыночка уже ничего не спасло, к пяти вечера он умер. По словам врачей, это произошло из-за внутренних кровотечений. Мы до сих пор не можем понять, отчего же погиб ребенок. Дизентерии, кстати, согласно анализам, полученным через день после гибели сына, не обнаружили.
Почему врачи РКИБ в самом начале без анализов поставили сыну именно такой диагноз и лечили его 6 суток, вкалывая ему различные сильно действующие антибиотики, от которых у него могли отказать почки? Почему у ребенка не брали мочу на анализ? Почему врач, столкнувшийся с такой болезнью «впервые», не проконсультировался с кем-либо, более компетентным? Мы считаем, что медики халатно отнеслись к своим профессиональным обязанностям, что в дальнейшем привело к ухудшению состояния здоровья сына и его смерти. Виновные должны понести наказание в соответствии с законодательством. Мы хотим разобраться в данном случае до конца, чтобы аналогичная ситуация не повторилась с другими пациентами».
Дело под контролем?
Кстати, пострадали от рук врачей инфекционки за последние месяцы и другие родители, как заверяют они сами. У 11-месячного Касымбека, по словам его отца, после лечения в РКИБ якобы пропали зрение и слух, малыш впал в кому. 11-месячная Алтынай тоже впала в кому, и также у нее отказали почки, по словам матери, после курса лечения в инфекционной больнице. Оба малыша переведены в Наццентр охраны материнства и детства. Родителям остается только молиться, чтобы малыши пошли на поправку. Они задаются вопросом, какие лекарства дают детям, отчего так быстро идет осложнение на почки.
Заявление от Джумашевых на имя прокурора Первомайского района Бишкека рассматривается уже больше месяца. «У нас забрали копию истории болезни, идет судебно-медицинская экспертиза, после чего будет определено, виновны ли наши медики. Тогда и будем принимать меры. Случаи разбирались также и на лечебных комиссиях. Согласно медицинской литературе, при острых кишечных инфекциях возможно поражение почек», - рассказал ИА «24.kg» главный врач инфекционной больницы Гулжигит Аалиев.
«Что касается Алтынай, это сложный ребенок. Первоначально, по нашим данным, ее родители отказались от госпитализации, да и необходимости в этом не было. Повторно родители обратились через два дня. Врачи поставили диагноз «острый гастроэнтероколит». Кроме того, обнаружили патологию со стороны почек. А также у ребенка была симптоматика менингита. Чтобы его исключить, произвели спинальную пункцию, а через несколько дней Алтынай перевели в Центр охраны материнства и детства. Ребенок был под постоянным наблюдением наших врачей, все действия, считаю, были правильными, - отмечает главврач. - Касымбек поступил к нам в тяжелейшем состоянии, был выраженный судорожный синдром, отек мозга. Также есть врожденная патология со стороны головного мозга...»
«К сожалению, к нам очень много поступает больных детей с патологиями, неухоженных, недокормленных. При их виде плакать хочется, не знаю, как рожают мамаши и воспитывают детей. Ежедневно в реанимации лежит не менее 10 детей, мы их практически с того света вытаскиваем. Есть и такие мамаши, которые оставляют нам детей на лечение, а сами уходят. Когда ребенок идет на поправку, приходится искать родных и просить их забрать малышей домой, - сетует Гулжигит Аалиев и дает советы будущим мамам. - Обязательно нужно вставать на учет, обследоваться во время беременности. Родители должны вести здоровый образ жизни. Учитесь ухаживать за своими детьми, ходите на консультации к педиатрам».
ИА «24.kg» расскажет читателям об итогах расследования по делу Джумашевых.
