Домашнее насилие: никто не поможет?

«Бить вас, женщин, надо, бить. Тогда вы будете шелковыми, лишний раз рот не откроете», - нередко слышу из уст особо самодовольных мужчин.

Такого же мнения придерживался и Нурлан Алманбетов, 36-летний житель села Казармана Джалал-Абадской области. Но в тот роковой день привычное для него битье слабой половины переросло в настоящую поножовщину...

С меня хватит!

Двенадцать лет назад, имея за плечами лишь 8-летнее школьное образование да временный заработок, по принятому в некоторых семьях обычаю он украл незнакомую девушку - медсестру Тогуз-Тороуской районной больницы Чолпон Матаеву.

Уже через год после женитьбы мужчина стал избивать супругу. Не повлияло на него (как ожидают того многие женщины) и появление на свет первенца. Не раз молодая мать сбегала от тирана, приходила в поисках убежища к своим родным. Но каждый раз жестокий супруг, оказавшись на ступеньках ее дома, слезно вымаливал прощение. «Чолпон жила надеждами, верила обещаниям Нурлана, потому и возвращалась, - рассказывает ее сестра Забилла Матаева».

Вскоре в семье появилось еще двое детей. Но ситуация абсолютно не менялась. Однако любому терпению когда-нибудь приходит конец: женщина решила развестись.

Не пущу! Убью!

«Почти полгода она регулярно обращалась за помощью в госорганы - прокуратуру, милицию, местное самоуправление. Однако никто так и не обратил внимания на ее проблему и не оказал хотя бы психологической помощи. Последней инстанцией, куда обратилась Чолпон, стал районный суд, где пообещали рассмотреть заявление. Но не успели. За 2 дня до процесса разъяренный муж пришел к ней на работу в больницу, и на глазах у десятков свидетелей буквально искромсал женщину, нанеся ей 12 ножевых ранений, - продолжает Забилла Матаева. - Проведенная экспертиза показала, что муж убитой в момент совершения преступления был абсолютно вменяем и трезв. А самое страшное, что очевидцами произошедшего стали трое их малолетних детей. Вы представляете, какую психологическую травму они получили? Но даже сейчас власти не горят особым желанием помочь малышам».

Родственница погибшей отметила, что районный суд всячески затягивал дело. «Несколько месяцев не было никаких подвижек. Однако, узнав о нашем обращении в прессу, суд поспешил вынести приговор - 19 лет лишения свободы. За последние 2 года это уже второй подобный случай в Казармане. Правда, тогда мужчина после убийства супруги сам повесился, - напомнила она. - Между тем многие жители отдаленных регионов даже не знают о существовании кризисных центров для женщин, где они могут найти временное убежище. Не знают они и о законе, предусматривающем оказание социальной помощи пострадавшим от домашнего насилия. Из-за халатности местных властей, не соблюдающих законодательство, происходят трагедии по всей республике».

Невозможность или нежелание?

«В Кыргызстане действует более 7 тысяч НПО, но оказать конкретную помощь, предоставить убежище жертвам семейного насилия готовы единицы. Наш кризисный центр «Сезим» рассчитан всего на 15-17 мест, и он всегда заполнен, - говорит руководитель организации Бюбюсара Рыскулова. - К сожалению, доехать до каждого нуждающегося мы просто не в состоянии. А сообщения о семейных драмах появляются в прессе чуть ли не каждый день. Что греха таить, в смерти Чолпон виноваты все мы, а власти - в первую очередь. Но стоит признать: если за 15 лет многие люди так и не узнали о нашем телефоне доверия, грош цена такой работе».

Правозащитник отмечает, что суды не торопятся выносить приговоры насильникам. Выступая 5 августа 2011 года на пресс-конференции, она сказала: «Несколько лет назад мы добивались наказания для мужчины, расстрелявшего супругу на глазах у двух малышей. Процесс длился более полутора лет. В итоге преступника все же приговорили к 13 годам заключения. Сидит ли он сегодня?». «К сожалению, даже журналисты в погоне за сенсациями забывают о насущных социальных проблемах. Если бы сегодня пострадала не рядовая кыргызстанка, а какая-нибудь публичная личность, уверена: в пресс-зале яблоку негде было бы упасть. Доколе мы будем молчать? Сколько можно проводить мониторинги и писать сухие отчеты, что в стране все хорошо?», - продолжила Бюбюсара Рыскулова.

«Вот только недавно у нас вопиющий случай был. Приехала женщина с тремя детьми из Иссык-Кульской области, мы поместили ее в транзитный социальный дом. А несколько дней назад мужу удалось тайком ее вывезти. По пути в Кант женщина смогла передать знакомым записку для «Сезима» с просьбой остановить машину. Наши специалисты обратились в отдел оперативного реагирования. Но никакой реакции не последовало. В итоге женщина с многочисленными побоями попала в больницу. В подобных случаях страдают не только взрослые, но и дети. Какой урок они извлекут, ежедневно сталкиваясь с такой жестокостью? Какие люди из них вырастут? - вопрошает Рыскулова. - 90 процентов из них пойдут по стопам своего родителя-насильника».

Эксперты отмечают, что значительную роль в росте насилия играет не только изменившаяся модель семьи, но и сложившаяся социально-экономическая ситуация в стране. «В поисках работы люди годами скитаются на чужбине, сутками пропадают на базарах и стройках. От такой жизни у них появляется озлобленность на весь мир. И не только у сильной половины человечества, но и у женщин. Что могут дать эти люди своим семьям? - говорят специалисты. - Им не к кому обратиться. Да и психологов, тем более кыргызскоязычных, настолько мало, что не хватает даже в Бишкеке, не говоря уже об отдаленных селах».

Старые песни о главном

«В Кыргызстане есть очень хороший Закон «О социально-правовой защите от насилия в семье», принятый еще в 2003 году, в котором четко прописано, что жертвам домашнего насилия бесплатно должен предоставляться приют, а вместе с ним - питание, юридическая, медицинская и социальная помощь, - говорит председатель профильного парламентского комитета Дамира Ниязалиева. - В реальности же этот закон чисто декларативный, никто не следит за его исполнением. Государство вообще в этом направлении никого не контролирует. В республике уголовное наказание даже за кражу скота жестче, чем за кражу невесты».

Депутат Жогорку Кенеша считает, что для запуска механизма необходим «специальный орган, который и будет координировать работу соответствующих структур». «Сегодня ответственность за реализацию документа лежит на Министерстве труда, занятости и миграции. Хотя это прямая обязанность Минсоцзащиты. Вот при нем-то и необходимо создать департамент или управление, немногочисленные специалисты которого будут вести статистику, готовить отчеты...», - считает Дамира Ниязалиева.

Да-а-а, кардинально действенные меры, не правда ли? Снова переливание из пустого в порожнее, снова бумагомарание вместо живой работы с человеком. Вспомним: защитой детей какое только ведомство ни занималось, создавался и специальный департамент. Но проблем в этой сфере меньше не стало.

Глупо всю жизнь ждать, что человек, привыкший решать проблемы исключительно кулаком, образумится. К сожалению, как отмечают эксперты, менталитет женщин, проживающих в глубинке, зачастую не позволяет идти против «хозяина дома», писать на него заявление в милицию, просить временный охранный ордер, бороться за свои права. А вот их-то многие как раз и не знают.

Что мешает чиновникам работать над повышением информированности граждан, спросите вы. Ничего. Разве что отсутствие желания.